Секретарь для инкуба - Юлия Майская

- Прости, - не успела я даже моргнуть, как инкуб вдруг оказался рядом и присел на корточки, беря мою вторую руку в свои. – Я не уберег.

- Я ведь жива, - тихо проговорила, глядя в его глаза. – Значит, всё хорошо.

Инкуб несколько мгновений смотрел на меня, а потом вдруг подался вперёд и легко поцеловал в губы. Я забыла, как дышать, замерла от неожиданности и… расстроилась, что он быстро отстранился.

Пока он возвращался в своё рабочее кресло, я пыталась разобраться в своих чувствах. Мне явно хотелось вернуться в его объятия и снова почувствовать этот легкий поцелуй… А может, и не только его, но и более откровенный, вспомнить, как он целовал меня в центре гимнастики… Я что, влюбилась?!

- И всё же, почему она не торопилась? – напомнила про свои слова, пытаясь вернуться в русло беседы. – Может, она не хотела убивать? – в душе робко подняла голову надежда, но дальнейшие слова инкуба её убили:

- Не хочу тебя расстраивать, но эта женщина просто любит играть с жертвами. Обычно магической верёвкой, ею она владеет в совершенстве, так что следов не остаётся, и доказать что-либо сложно. Долго мучит, чем дольше, тем больше ей это нравится… Всё, давай не будем о ней, - заявил он, заметив моё выражение лица. Да уж, приятного мало узнать, что тебя хотели помучить подольше, а потом убить. Я теперь не смогу спать без кошмаров…

- А что с камерами? Там ведь должны были быть камеры.

Инкуб вздохнул:

- Охрана выясняет, но предварительно кто-то проник в систему слежения и запустил вирус. На то, чтобы очистить данные, понадобится время.

В этот момент пиликнул его коммуникатор, и Ильяс настроил вызов себе на телефон:

- Да? – послушал говорившего, всё больше темнея лицом. – Задержать, - произнес отрывисто и положил трубку.

- Что случилось? – встревожилась я. Видимо, что-то совсем плохое.

- Выяснили, кто передал информацию о нас и запустил вирус в нашу систему, - мрачно сказал он.

- И кто?

- Лика.

- Она не могла! – я просто отказываюсь в это верить. – Она ведь не знала, что я раэлита, я никому не говорила, даже Лекси.

- Лика умная, она догадалась, когда я распустил любовниц. Да и она занималась доставкой цветов, я просто выбирал сорт, - признался он. – Сложить два и два было легко. Мне жаль.

- Но ей-то это зачем? – простонала я.

Жизнь, вся понятная и определённая, рассыпалась на глазах, будто песочный замок под накатившей волной… Ты пытаешься задержать воду, удержать хлипкие башенки, но тщетно…

- Выясним, - хмуро произнес инкуб, гипнотизирую взглядом коммуникатор. Потом поднял глаза на меня.

- Думаю, тебе лучше поехать домой, оказаться в знакомой обстановке и отдохнуть от всего. Может, всё-таки вызвать целителя…

- Нет-нет, спасибо. Я просто поеду домой, - поднялась с готовностью.

Инкуб тоже встал и подошёл ко мне. Долго смотрел мне в глаза, и я замерла, будто кролик перед удавом.

- Я тебя сегодня чуть не потерял, - прошептал он.

У меня мелькнула мысль, что ему же легче было бы – влюбился бы в подходящую ему девушку. Но язык не повернулся ляпнуть такое усталому мужчине с встревоженным взглядом. Да и в голове крепко осели его слова, что, потеряв раэлиту, инкуб может сойти с ума… Не верилось, что это действительно так, но… Что я вообще знаю о любви, а тем более – о любви инкуба? Ничего!

Пока я размышляла, Ильяс вдруг шагнул ближе, почти вплотную. Медленно поднял руки и обнял ладонями лицо, пронзительно глядя в глаза, будто ожидая момента, когда я его остановлю.

Должна остановить.

Но инкуб всё наклонялся к моему лицу, а протест не шел на язык.

Почему я его не оттолкну? Я же четко решила, что мы не пара!

Сомнения разрастались, как снежный ком, и в последний миг перед поцелуем я всё же чуть повернула голову, так что губы мужчины коснулись уголка моего рта… Сердце бешено стучало, в горле пересохло, казалось, я сейчас упаду от напряжения.

Снова пиликнул коммуникатор, и я вздрогнула, отстраняясь. Растеряно посмотрела на мужчину.

- Мне нужно заниматься покушением, а тебе – отдыхать. Сегодня я прекрасно справлюсь без тебя.

- Хорошо, - выдавила тихо, пока Ильяс подходил к столу и что-то набирал в коммуникаторе.

Губы покалывало от не случившегося поцелуя, и я разозлилась на саму себя за неподходящие мысли. Ну что это такое? Меня чуть не убили, а я сожалею, что не дала инкубу себя поцеловать. Чем скорее мы перестанем видеться, тем лучше. Значит, нужно вернуться к вопросу о моём увольнении…

Завтра обязательно скажу. А пока инкуб передал меня Корусу, наказав впредь без телохранителя не ходить. Даже по офису…

На следующий день ничего я так и не сказала. Будто язык к нёбу присох – слова просто не шли. Ильяс, весь взбудораженный, сразу с утра сообщил, что стражи возбудили дело касаемо покушения на меня и объединят его с тем, что открыли по взрыву на Нимасе. Женщина, напавшая на меня, раскололась, и благодаря этому появились доказательства причастности Крайнёра Полоцковского.

В общем, покоя в тот день не было ни минуты – мы ездили в отделение стражей на допросы, благо меня опрашивали в присутствии Ильяса, на чем настоял сам инкуб. И я была ему безумно благодарна, потому что наедине с безразличными стражами с холодными глазами мне было не по себе.

Лику успели задержать. Девушка, с которой я так часто общалась и которую считала пусть не подругой, но близкой знакомой, во всём созналась. И да, дело было даже не в деньгах, которые ей посулили за информацию. Она выдала инкуба из злости, ведь сама очень жалела, что потеряла невинность, а вместе с ней – место секретаря. Не знаю, любила ли она инкуба, но ревновала ко мне – точно. Всё было нормально, пока Ильяс не распустил штат любовниц и не начал дарить цветы мне. Если простого секретаря она еще могла потерпеть рядом с этим инкубом, то любимую девушку – нет. А зная об инкубах очень многое, конечно, догадалась, кем я стала для Ильяса. Поэтому, когда на неё вышли люди из «Е-крайн», с особым удовольствием рассказала всё, что могла. А ведь она давала магическую клятву не раскрывать информацию, но о раэлитах Полоцковский знал откуда-то сам, а Лика смогла передать открытую информацию, но подать её так, что преступникам всё стало понятно.

Итогом дня стало объявление Крайнёра Полоцковского в розыск, так как дома его не оказалось. Инкуб уверил, что найдут его быстро, а мне хотелось просто, чтобы весь этот кошмар закончился. Поразительно, как один человек может устроить столько неприятностей целой корпорации и её главе. Правильно Ильяс говорит: ломать не строить, и уничтожить доброе имя какой-нибудь гадостью вполне возможно. Хорошо, что у инкуба оказалось столько знакомых в нужных слоях общества, и мы смогли обелить репутацию, хотя отголоски, конечно, всё еще чувствуются.