Небосвод мечей - Дейв Дункан

— Не смей говорить так с ее высочеством! — закричал Магистр Ритуалов.

— Пускай она скажет, если ей не нравится.

И ни малейшего намека на улыбку, ни малейшего.

— Я предпочитаю, — спокойно проговорила Малинда, — чтобы ко мне обращались в более официальной манере.

— Как вашей милости угодно, — ответил Пес, кланяясь. — Если ваше высочество желает потренироваться на живом теле, я не против пойти сегодня первым.

— Ох, Пес, веди себя прилично! — чуть не простонал магистр Лотэр. — Он всегда такой, ваша милость. Его тысячу раз предупреждали, так что если вы не хотите взять…

— Нет! — зарычал Пес. Он упал на колени и протянул молитвенно сложенные руки. — Я всего лишь пытаюсь быть полезным вашему высочеству. Просто предлагаю себя первым, если вы сначала ошибетесь.

Сэр Лотэр покачал головой.

— Я прошу прощения у вашей милости. Он говорит серьезно. Мы ничего не можем поделать. Мы испробовали на нем все записанные в книгах наказания, а ему все безразлично. Боюсь, Пса можно или взять, как есть, или не брать вообще.

— Он не опасен?

— О нет. Он никогда никому не сделал больно, хотя в принципе может всем нам переломать кости. Я скорее опасаюсь, что он не сумеет поразить настоящего врага… Решать вам, ваше высочество.

Пес опустился еще ниже, как будто желая поцеловать землю.

— Пожалуйста, пожалуйста! Я стараюсь. Я все время стараюсь.

— Продолжай, и мы посмотрим, — слабым голосом сказала Малинда.

Сэр Лотэр вздохнул.

— Уж такой он есть. Идемте в Кузницу, ваша милость.

На первый взгляд Кузница казалась всего лишь низким, заросшим мхом сараем с маленькими остроконечными окошками; ее основная часть находилась внизу. К подземной крипте вела лестница. Потоки весенних вод текли из восьми каменных устьиц, обегали зал по периметру и с журчанием скрывались в водостоке. В пяти очагах пылал огонь, три оставшихся едва тлели. По стенам висели клещи, щипцы и молоты, на полу стояли корзины с рудой, восемь больших наковален, расставленных по кругу, лежали слитки металлов и различных сплавов — все эти предметы говорили о том, что именно здесь создаются знаменитые мечи с кошачьим глазом. А на девятой наковальне, огромной железной пластине в центре, юноши превращались в Клинков. Выложенная белыми плитами октограмма содержала все восемь обычных знаков.

— Теперь вы должны медитировать, — бодро сказал Магистр Ритуалов.

Малинда поежилась от холода.

— О чем медитировать?

— О чем угодно. В книгах особо не указано. — На его очках блеснул красный огонек. — Думаю, это делается для того, чтобы кандидаты не могли пожаловаться, что им не дали времени на размышления.

Хохотнув, он поклонился и стал подниматься по ступеням.

Малинда пошла к самому жаркому очагу. Винтер, Абель и Одлей разделились, и каждый постарался устроиться поудобнее у огня. Пес остался на месте, не отрывая глаз от принцессы.

— Я нужна вам? — спросила Диана, неприязненно озираясь вокруг. — Потому что если нет, ваше всемогущее высочество, то я отправлюсь обратно в постель, гм… одна, — добавила она со слабой тенью прежней усмешки. — В самом деле.

— Принеси мне плащ и можешь идти.

О чем еще медитировать, кроме как о будущем, которое она не способна предсказать ни на день вперед?

Вскоре пришел магистр Оружейник и спросил каждого кандидата, как он хочет назвать свой меч. Когда он удалился, делать снова стало нечего. Примерно через час Малинда поняла, что больше не вынесет такой скуки, и подошла к ближайшему Клинку. Это оказался Абель. Он поднял на нее огромные глаза и зашевелился, собираясь встать.

— Нет, сиди, — сказала она и опустилась рядом. — Скажи мне, почему ты выбрал такое имя.

Он заколебался.

— Ну, ваша светлость… Оно звучит красиво. Респектабельно. В Ордене уже было пять Абелей, но давным-давно, и никто из них не попал в «Литанию».

— Хочешь стать первым?

Он широко усмехнулся.

— Может, мне повезет.

— Да, резонно. А как ты назовешь свой меч?

— «Жаждущий».

— Мне понадобится командир для моей Гвардии. Скажи, почему я должна назначить именно тебя, а не кого-нибудь другого?

Он выпучил глаза.

— Меня, ваша милость? Ох. Лучше меня мечом владеет только Винтер. Командир Бандит был очень хорошим командиром разве не потому, что его все любили? Думаю, я пользуюсь достаточной популярностью, ваша светлость.

Доводы не произвели на Малинду большого впечатления, но ей понравилось, что парень быстро соображает.

— А если я решу назначить кого-нибудь другого, то кого мне выбрать?

— Пса!

— Все говорят, Пес — бешеный.

— Да, это правда. Но еще он умный.

Окончательно запутавшись, принцесса спросила:

— А почему ты думаешь, что из него получится хороший командир?

Абель пару секунд пожевал губу.

— Потому что последний месяц он у нас Второй, а вторые отвечают за дисциплину, то есть держат младших в узде. Это очень трудно, у многих вторых ничего не получается, и они идут за помощью к Магистру. Все думали, что Пес для такого дела слишком мягкий, и Шип нагрубил ему в первый же день. Шип сам не маленький, но Пес схватил его за ноги и выставил за окно — и продержал там вверх тормашками, одной рукой, на третьем этаже — пока тот не досчитал до сорока девяти — Абель захихикал. — Он… обмочил штаны, ваша светлость. А Пес сказал, что следующему придется считать до ста пятнадцати. С тех пор Пес только взглянет на них, и они… прошу прощения, ваша светлость. Его боятся. Думаю, Пес сможет управлять нами.

— Я запомню, — сказала она, вставая.

Великий Магистр не слишком погорячился, когда назвал Абеля глупым ребенком.

Следующим в восьмиграннике оказался Винтер, который яростно грыз ногти. Она задала ему те же вопросы, что и Абелю.

— В «Литании» шесть Винтеров. Это великое имя, надо быть его достойным.

— А как ты назвал свой меч?

— «Страх».

— Почему?

— Потому что страх это… потому что я надеюсь вселять страх в сердца ваших врагов, миледи.

— А теперь скажи, почему я должна назначить тебя командиром.

Он вздрогнул, потом секунду поразмышлял.

— Конечно, я лучший мечник из нас четверых, хотя Пьерс и не в восторге… Но из меня не получится хорошего командира. Я человек времени и огня.