Тёмный: Королевская битва - Артём Соболь

— Не сбавляем натиск! — командует в рацию Константин. — Победа у нас в руках. Сапёры, к замку. Пехота, прикрывать их. Моор, организуй лагерь для пленных. Мирное население не трогать. Вперёд! Работаем!

Глава 19

Замок Воющих Скал. Фреки.

— Смотри, — указывая в окно хихикает Чёрный Король. — Они идут. Вот глупцы, собрались такими малыми силами взять мой замок. Мой замок! Идиоты! Без лестниц, таранов и всего прочего. И это армия? Сброд в зелёно-пятнистой форме. А что у них на головах? Разве это шлемы? Где перья, плюмажи, шипы? Где?!

— Повелитель, — сглотнув шепчет стоящий рядом стражник. — Вы…

— Так! Приказывай Мерзкому и Синеусому отбивать осаду. Пусть из кожи вон выпрыгнут…

— Повелитель… Мерзкий и Синеусый бежали через подземный ход. Мы разбиты, армия уничтожена. Осталась только королевская стража, но этого…

— Колдуны! Маги? Ведьмы? Где все они?

— Пали в бою, захвачены или сдались сами. — склоняет голову стражник. — Всё кончено.

— Аха-ха! Так тебе и надо, собака, — смеётся сидящий в клетке Тилиан. — Ну что, страшно? А как же твоё оружие? Ну то, которое должно было испепелить армию Лэртонцев. Неужели не помогло? Ай-яй-яй, какая досада!

— Не помогло, — глядя на свои трясущиеся руки шепчет Фреки. — Но ничего ещё не кончено. Я всё ещё могу вызвать Константина на поединок. Победить и всё исправить.

— А духа у тебя хватит? Посмотри на себя, Повелитель Ужаса. Ты дрожишь как малолетняя шлюха перед тремя орками. Кого ты вызывать собрался? А знаешь, я кое-что понял. Сейчас, когда смерть стоит у меня за спиной, я…

— Заткнись!

— Сам заткнись! — с трудом поднимаясь кричит Тилиан. — Ни големы, ни дракон, ни моя магия, ни даже объединённая армия четырёх Повелителей не смогла его замедлить. Замедлить, не то что остановить. Он и есть Тёмный Император. И он нас не пожалеет.

Фреки рычит, подбегает к клетке и собирается уже было вытряхнуть из неё бесполезного эльфа, как вдруг грохочет взрыв. Фреки несётся к окну и видит воплотившийся кошмар — ворота замка рухнули, стены по сторонам обвалились. Упавшие стражники и редкие уцелевшие солдаты кашляя от пыли встают, поднимают оружие, но увидев заходящего на площадь Константина, бросают оружие и падают на колени.

Константин, его жена госпожа Любица, великанша и орчанка не спеша идут. На площадь прибывают солдаты. Они валят стражников, связывают их и утаскивают к стене

Фреки глядя на Константина улыбается под шлемом. Память выдаёт образы того, как отец возвращался из походов… И сейчас он более чем уверен. Кастиан и Константин, один и тот же человек. Доспех, движения, повороты головы…

— Тёмный Император, — вздыхает Фреки. — Мой отец.

— И что ты сделаешь? — спрашивает Тилиан. — Будешь умолять о прощении?

— Буду, обязательно буду, но потом, — садясь на трон кивает Фреки. — После того как убью. А я его убью. В этом нет сомнения.

— Самоуверенный…

— Не дурак, в отличии от некоторых. На нём «Чёрный дракон». Прекрасный доспех, защищённый, обладающий своим разумом и волей. Но у него есть одно очень интересное место. На правом боку, между сегментами. Там маленький кристалл. Даже не кристалл, а россыпь маленьких, вплавленных в тонкую золотую пластинку. Один удар, поворот и… Кастиан падёт, а доспех превратится в гроб.

Подперев рукой голову, не обращая внимания на вопли Тилиана Фреки ждёт. В замке начинается суета. В коридоре слышны крики прислуги, раздаётся несколько выстрелов. Дверь в зал со скрипом открывается и…

От вида входящего Кастиана затуманенный разум Фреки начинает выдавать памятные картины. Как он, будучи ещё ребёнком, с радостными криками бежит встречать отца. Как могучий Император, подхватывает Фреки, его братьев и сестёр на руки и смеясь рассказывает как скучал по ним в походе.

— Здравствуй, Фреки, — стоя в дверях кивает Кастиан.

От его голоса Фреки хочется вскочить, бежать к нему и прыгая рассказывать о своих достижениях. И вместе с этим поднимается чёрная, затмевающая последние искры разума зависть.

— Отец, — выдыхает Повелитель Ужаса. — Как твой поход? Как всегда удачно?

— Хех… Более чем, — усмехается Кастиан и как когда-то давно, раскинув руки идёт.

Фреки встаёт, шагает вперёд и вдруг засмеявшись бежит навстречу. Понимает что сейчас отец обнимет его и всё будет так как раньше. Раскинув руки он бежит к Императору… Активирует встроенное в наруч лезвие, пытается обнять чтобы раз и навсегда покончить с ним… Кастиан резко шагает назад. Снимает с пояса странного вида оружие, наводит его на Фреки, громкий хлопок, яркая вспышка. Фреки теряет равновесие и падает прямо у ног Императора. С трудом встаёт, смотрит на отвалившуюся левую руку, зажимает правой рану…

— Где они?! — схватив Фреки за забрало и впечатав в пол рычит Кастиан. — Где они? Аби и Арата! Где?

— Скажу… Но сначала… Обещай что не убьёшь меня. Моя жизнь взамен на их.

— Ты не в том положении, чтобы мне условия диктовать! Говори, ничтожество, где они?

— Умру я — умрут и они! — шипит Фреки. — Клятву! Клятву Тёмного Императора и тогда я выпущу их.

— Хорошо, — отпуская его кивает Кастиан. — Клянусь. Ни я, ни мои солдаты, будь то: эльфы, гномы, гоблины или люди, не тронем тебя и никак не навредим. Как только отпустишь моих жён, можешь делать что хочешь.

— За мной… — вставая хрипит Фреки. — Один.

Видя что Император кивает, Фреки отходит к стене, открывает потайную дверь и ведёт его за собой. По пути судорожно перебирает варианты каким образом завершить начатое и даже находит несколько вариантов. От чего на лицо выползает ухмылка…Приводит он его в подземелья, где после долгого похода по залам и коридорам открывает дверь. Зайдя внутрь указывает на два светящихся куба, читает заклинания и как только кубы начинают растворяться являя Арату и Сангви, отходит назад. Видя что Император полностью поглощён процессом, усмехается, вытягивает руку, начинает читать заклинание, но тут…

Пальцы его хватает большая женская рука. Хватает и ломая их сжимает. Фреки поднимает голову, смотрит на мрачную Арату…

— Не успел, — кивает она.

Дёрнув руку Арата валит Фреки на пол, наступает на грудь и треском отрывает конечность.

— Скажи, сын мой, — наклоняясь спрашивает Арата. — В чём причина? Почему ты предал нас? Разве мы недостаточно сильно тебя любили? Разве мы тебя хоть в чём-то ущемляли? Зачем?

— Вы… вы всегда ненавидели меня! Вы все… Лицемеры… Вы улыбались в лицо, а за спиной жалели. Глядя в глаза называли сыном, но стоило мне отвернуться, обзывали приблудком. Ненавижу вас. Вы дали своим детям всё. А мне? Мне…

— Тебе мы дали даже больше, — мрачно говорит Кастиан. — Я, забывая о