Дарья Искусница - Светлана Суббота

– Таки да.

– Так вот после вашего ухода, у нас пропали две серебряные ложки.

– Лёва, неужели ты думаешь, что это мы с Цилей украли ваши ложки?

– Я не знаю, кто их украл, а все-таки в гости к нам больше не приходите.

На следующий день поссорившиеся друзья снова встречаются на улице. Обиженный говорит:

– Рабинович, а ведь наши ложки вчера нашлись!

– Ну вот, а ты на нас думал! Так что, можно уже приходить к вам в гости?

– Э, нет! Ложечки-то нашлись, а вот осадок остался!

Глава 26. Влюбленный мужчина - безумен

Дмитрий Можайский

Ты меня заводишь, детка

«Остин Пауэрс»

Вовка прыгнул в машину в последнюю секунду, чуть не сорвав дверь. И сейчас нудно тарахтел мне в ухо.

- Ладно, ты бортанул Джэнкс Корпорэйшн и Сирокко. Они муд-ки, я согласен, базара нет. Но мы только что подписали договор о намерениях с Эсти Бразерс, и ты подрываешься прямо с переговоров, не оговорив деталей.

- Вообще-то это было поручено тебе, - огрызнулся я.

Но, по сути, Володя был прав, надо брать себя в руки. Все чаще я ловил себя на мечтательных взглядах в окно вместо работы над программой или изучении отчетов тестеров. Но я тоже человек, а не машина создания идей и печатания денег.

- Партнеров выбрал? Выбрал. Дай мне хоть немного времени, меня невеста с утра ждет.

Пару минут в машине было тихо, что странно не соответствовало характеру моего закадычного друга. Наконец, Ломов отмер и пробормотал:

- Уверен? По телику показывают вы вроде опять поругались. Я ж не просто так тебе на мозги капаю. Говорят, на тебя дело заводят за избиение девушки… Ты знаешь как международные партнеры к этому относятся. Как бы все не сорвалось.

- Что?!

Под визг шин мы вырулили на обочину.

- Кого я избил? Какое дело?

Потерев лицо, друг посмотрел на меня прямо. И словно очнувшись от гипноза, я впервые за сегодняшний день обнаружил насколько уставшим и измотанным он выглядел. У всегда одетого с иголочки адвоката галстук свернулся на сторону, а шевелюра выглядела всклоченной.

- Не хотел тебя дергать перед подписанием договора, - признался он. – Но СМИ дико раздули происшествие у воды. Вас очень неудачно сфотографировали на набережной, прямо во время Дашкиного прыжка, очень подозрительного. Не знал бы правду, сам бы поверил. И как только о скандале узнает Эсти Браузерс, нас могут ждать проблемы. По всему миру слетают с постов и теряют контракты женоненавистники, даже судов не ждут, одних слухов достаточно. Уже все начинают отворачиваться. Я, конечно, постараюсь замять это дело, но ты предупреди Дашу, чтобы была осторожнее, ни с кем не разговаривала. Твои детективы ее еще пасут?

- В смысле? Ты же знаешь мое отношение к личной жизни. Я нанимал собрать информацию, но категорически запретил приближаться к ней или к ее родным. И перестань напрягаться из-за дурацких сплетен. Вся эта история – курам на смех.

- У судьбы, Дим, плохое чувство юмора, мне лично вообще не смешно. Надеюсь, мы все уладим, да и Даша умная девочка, дипломатичная, глупостей не сделает. Не то что ты у нас, правдоруб. Это и правильно. Женщина должна быть с выпуклостями и вогнутостями, а мужчина хорош… прямолинейностью.

Ломов двусмысленно хохотнул и мне этот смешок очень, очень не понравился. Что за дурацкие намеки? Остаток поездки я настороженно молчал в ответ на попытки Ломова меня разгововрить.

Весь день я сегодня был на взводе, пришлось прямо на работе переодеваться в большеразмерную футболку, благо они по старой памяти еще лежали у меня про запас. Как только я вспоминал Дашу, ситуация сразу осложнялась. Перед переговорами пришлось вызывать Вовку и полчаса с ним болтать о работе, иначе позора было бы не избежать.

И сейчас, чем ближе подъезжал к парку, где договорились встретиться и погулять, тем как-то становилось напряженнее.

Какая тут к черту работа?!

- Эй, Димыч, ты опять задумался? Я тебя спрашиваю, подкинешь меня до метро?

А это вариант.

- Вов, заберешь машину? Я переночую у невесты, а завтра на работу такси вызову.

И не дожидаясь реакции озадаченного приятеля, выскочил из машины, подхватив только сумку с телефоном и планшетом.

Дашка… Черт тебя подери.  Кажется, ты меня сводишь с ума.

К парку я приближался медленным шагом, запрещая себе торопиться и переходить на бег. Несмотря на близость вечера, солнце продолжало палить, подсвечивая листья на кустах и деревьях, выбеляя цветы.

При моем появлении у входной арки Даша выключила телефон, по которому только что разговаривала и улыбнулась светло, куда ярче солнце.

На мгновение я закрыл глаза, сохраняя эту картину глубоко под веками, убирая в кладовые памяти. Нежную, только мне предназначенную улыбку.

- Привет.

- Привет.

- Я скучал.

- Я тоже.

Пальцы сами потянулись навстречу и переплелись, в замок.

- С кем болтала?

Хм, надеюсь не прозвучит слишком ревниво. Этого еще не хватает, устраивать допрос девушке… которая с кем-то увлеченно разговаривала вместо того, чтобы ждать меня.

Даша стеснительно оглянулась на проходящих совсем рядом гостей парка. И шагнула поближе.

- Я? Жаловалась Иде на аппетит. Вчера и сегодня ем, не останавливаясь, кажется, на нервной почве.

- Ида - это подруга?  Кира о ней часто рассказывает. И что она ответила?

Обняв за талию, я повел девушку вглубь парка. С дурными намерениями напасть и зацеловать. Маньяк я или кто, буду оправдывать обвинения. Фотографировать и следить за мной уже нет смысла, сегодня официально объявили партнера, интрига закончилась, ломаем ручки и сливаем чернила, писаки.

Потершись щекой о мое плечо, Даша хмыкнула.

- О, Ида, как всегда, над всем смеется. Сказала, что только девушке с неправильной ориентацией может ночами нравится холодильник. И посоветовала больше общаться с тобой.

- Мм-м. Какая у тебя правильная подруга.

И я ладонью опустился немного ниже, совершенно нечаянно огладив округлое бедро, спрятавшееся за тонкой, почти невесомой тканью.

- Дима, - придушенно охнули мне в ухо. – Это же общественное место, сфотографируют и… Ты уже в курсе что пресса придумала насчет глупой случайности у реки?

- Я сегодня завизировал контракт. Это означает, что мы уже никому не интересны, интриги нет. А прошлое Ломов заполирует и скроет, он уже этим занимается. Объявим себя официально парой и заткнет всем сплетникам рты, - шептал я, утыкаясь носом в ее шею и вдыхая знакомый запах.

-