Плащ и кинжал - Арвер

У двери стояла фигура, её спина напрягалась от каждого удара. Инфицированный. Его изодранная одежда и хриплый звук дыхания подтверждали это. Но он нас пока не заметил.

Я прижал палец к губам, бросив взгляд на Руслана, и медленно вытащил клинок. В тишине квартиры даже моё дыхание казалось оглушительным. Каждый шаг подкрадывания давался мне всё тяжелее. Но всё-таки… Размах. Удар.

Лезвие вошло в шею заражённого, перерубив позвоночник. Он рухнул на пол с тяжёлым глухим звуком, больше не представляя угрозы.

— Чисто, — выдохнул я, обернувшись к Руслану. — Давай быстро обшарим эту квартиру. Я голодный как тысяча чертей.

Мы разделились: я прошёл в кухню, а Руслан — в спальню. В шкафу я нашёл несколько бутылок воды и пару банок консервов. Неплохой улов. Руслан вернулся с парой упаковок шоколадных батончиков и фонариком.

— Неплохо, да? — ухмыльнулся он. — Если найдём ещё кофе, это будет наш счастливый день.

— Или хотя бы сумку, а то наша осталась у дяди… — пробормотал я, кивая в сторону балкона. — Двигаем дальше.

С этим мы двинулись к следующей точке, оставляя позади ещё одну квартиру.

Некоторое время спустя

Внимание Руслана было полностью поглощено кастрюлей с кипящей водой, куда он погрузил единственную находку, которую мы сочли достойной нашего употребления — пачку макарон. Рядом на столе лежали две сосиски и кусок сыра, которые нашлись в холодильнике.

— Смотри не переборщи с солью, — пробормотал я, вяло разглядывая старую грязную банку из-под оливок, которую какой-то гений зачем-то использовал как вазу для цветка.

— Да ты что, дружище! — огрызнулся Руслан, кладя ложку на край стола и ударяя по её ручке, по широкой дуге отправив в меня кусок хлеба как с катапульты. — У нас в роте таких гурманов не водилось. Соль? Я бы сюда и кровь этих тварей добавил, если бы оно хоть как-то улучшило вкус. Ясно, рядовой?

— Ты же не служил… — Вздохнув, ответил я, лениво переводя взгляд на него.

— Так это и неважно — Невозмутимо ответил он, возвращаясь к процессу готовки.

Я отмахнулся от его плоских шуточек и, встав, подошёл к окну. Занавески были раздвинуты, и передо мной открылась картина, от которой стало как-то не по себе.

На улице царил хаос.

— Как же всё хреново… — уныло выдохнул я, пристально всматриваясь в происходящее.

На фоне уже низкого, угасающего закатного солнца мелькали десятки фигур. Люди — обычные, ещё живые — метались по улице, будто муравьи, у которых подло разорили муравейник. Кричали, махали руками, размахивали каким-то барахлом, явно не понимая, что делать. Между ними мелькали толпы заражённых, медленно и неумолимо догоняя отстающих.

— Картина маслом, — пробормотал я, наблюдая, как один мужчина в отчаянии пытался запрыгнуть на капот машины, чтобы избежать заражённого, но промахнулся и рухнул прямо на тротуар. — В прямом и переносном смысле. Ты это видишь?

— Не видишь, блин. Я занят. — донеслось со стороны плиты. — Кстати, макароны готовы. Если ты планируешь повесить свой нос, то вешай его потом, когда будем в безопасности, а сейчас давай сюда сосиски.

Но я не отрывал взгляда от окна.

— Руслан, посмотри… — позвал я его, отодвигая голову чуть вбок, чтобы он тоже смог оценить масштаб бедствия. — Посмотри, например, на соседние здания.

Он подошёл ко мне, держа ложку в руке, как трофей.

— Ну? Многоэтажки как многоэтажки. Кирпич на кирпиче, стекло на стекле. А, или ты про то, что внизу как будто армия тараканов марширует?

— Вот именно, — кивнул я. — Только эти тараканы через пять минут и к нам в дом полезут, если так дальше дело пойдёт. Смотри, у каждого из этих домов хотя бы пару сотен квартир. И из них люди либо уже заразились, либо пытаются убежать. А заражённые то не останавливаются. Видишь?

Я указал на один из домов, перед которым одинокий человек отчаянно колотил в закрытую дверь подъезда. Сзади его уже настигали две тени.

— Ну, ему надо было бежать, а не долбиться, что я могу сказать, — мрачно пробормотал Руслан. — Подъездная дверь то всё выдержит, а он — вряд-ли.

Я сглотнул и прищурился, переводя взгляд на дальний конец улицы. Там виднелся импровизированный баррикадированный участок — машина, мусорные баки, даже пара перевёрнутых скамеек. За ними кто-то судорожно отстреливался из охотничьего ружья, но уже через пол минуты его шаткие баррикады были распиханы телами заражённых и мужчина дал дёру в переулок за спиной.

— Они не уйдут, — продолжил я, озвучивая свои мысли. — Неважно, сколько они будут кричать, бегать, стрелять. Слишком много народу здесь жило, Руслан. Всё началось вечером, люди были дома и если большая часть из живущих здесь заразилась…

— Ну, — задумчиво протянул он, с силой поставив ложку на стол. — У меня есть план. Мы ждём, пока все эти бедолаги сгниют на солнце, а потом аккуратненько валим.

Я покосился на него, иронично приподняв бровь.

— Ты серьёзно?

— Нет, конечно. — Его улыбка вышла какой-то странно напряжённой. — Я просто пытаюсь понять, как ты ещё не свихнулся от всех этих своих анализов. Тебе же что ни дай — ты везде найдёшь проблему.

— А её здесь нет, да? — кивнул я на улицу, где один из заражённых только что удачно для него выломал локтём стекло автомобиля, за которым пряталась пара подростков.

Он напрягся, но быстро попытался скрыть это шуткой.

— Да, расслабься, что-нибудь придумаем. Как и всегда… давай лучше посмотрим на положительное. У нас есть сосиски, макароны и Колизей снизу. Это же почти как в Риме. Ешь и наслаждайся видом. Правда, гладиаторы там покруче были.

— Руслан, — тихо проговорил я. — Ты понимаешь, что вечно убегать от проблем не получится?

Он замер, опустив плечи. Затем медленно кивнул, отводя взгляд.

— Понимаю. Просто… не хочу думать об этом прямо сейчас.

— А когда? Когда они снова начнут ломиться в наши двери?

— Дружище, мы же и так в глубокой и беспросветной заднице. Давай хотя бы поедим, а потом уже будем решать, как из неё выбираться. — Он хлопнул меня по плечу и направился к плите. — Макароны остывают, стратег.

После сытного, хоть и скромного ужина, мы собрались покидать квартиру. Я поправил свои перчатки, ощущая