Турнир Кровавой Башни - Николай Львов

— Да, действительно, любопытно. Но… Слушай, я даже не знаю…

— Я понимаю, – кивнул Тайлер, – Все резко случилось, и вообще выглядит нереальным. Приходит крутой дядька и говорит, что осыпет внутриигровым золотом и ножами, а тебе надо лишь одного босса завалить. Поэтому предлагаю так. Без обязательств с твоей стороны, завтра встречаемся тут же и идем тебе за нормальной броней на тихушника. Если получится, то и ножик прихватим. А после всего этого я тебе дам взглянуть на того самого Рыцаря, чтобы ты понял фронт работ.

— Слушай, а почему бы и нет, – неожиданно для самого себя ответил я, махом заглотив остаток кофе. Система тут наградила меня дебаффом «тремор» второго уровня, – Давай глянем на этого твоего рыцаря.

— Пойдет, – улыбнулся мне Тайлер и протянул руку.

Мы скрепили наш договор рукопожатием.

Глава 21

Когда я залогинился на следующий день, то оказалось, что Тайлер уже ждал меня. Как мы и условились, этот брутальный воин, забивающий врагов кулаками, сидел в «Дохлом драконе»и… пил какао. С пончиком, который в свою очередь имел мягкое клубничное нутро и прочную сахарную броню розового цвета. Потрясающе, блин.

Мы поприветствовали друг друга и, к моему небольшому удивлению, без лишних проволочек пошли за оружием. Пошли мы вроде бы на рынок, но попутно проигнорировали как палатку Мародеров, так и творения игроков-кузнецов. Интересно вдруг стало, а как они вообще прокачиваются?

За оружием мы добрались к самой дальней точке рынка, можно сказать, к его ограде. Около невысокого дома, скрытого за увитым сухим плющом заборчиком, виднелась пристройка, откуда доносился звук удара стали о сталь. И, судя по алым отсветам и дыму из трубы пристройки, вряд ли там была арена. Так и оказалось: беспрепятственно войдя через калитку, Тайлер, не сбавляя хода, пошел прямо в пристройку, оказавшуюся, ожидаемо, кузницей. Там, внутри, среди жара, искр и запаха раскаленного железа, стоял НПС. Сухонький мужик, лет сорока с лишним, с смуглой кожей горца и забранными в хвост длинными волосами.

— О, явился, – сварливо поприветствовал он моего попутчика.

— И тебе привет, Регг, – над головой кузнеца появилась подпись, – Слушай, хочу нож подобрать.

— Только после того, как я увижу, как ты ухаживаешь за моим красавцем.

— Побойся Кромма, какой еще красавец? Да я точу его из чистого уважения к тебе! – притворно возмутился Тайлер, но все же вытащил из ножен свой меч-каролинг.

Мастер взял оружие, видимо, за его авторством, и придирчиво изучил клинок.

— Рад, что хоть в дело пускаешь, да и за то, что у тебя полироль не в сумке валяется, тоже похвала, – признал Регг, возвращая клинок владельцу.

— Ну и отлично, раз с этим разобрались. Слушай, по старой дружбе, надо вот юноше этому нож какой подобрать, а то дерьмом машет, а сам и рад.

— Ну-ка, ну-ка, – кузнец словно бы только сейчас заметил меня и смерил меня неприязненным взглядом, – Действительно, юноша. Ну-ка, гони сюда свои ножи.

— А вы кто такой, чтобы я вам свои ножи давал? – неожиданно даже для самого себя решил показать я характер.

— Что-о-о?! – Регг натурально взревел, – Послушай сюда, сосунок, да я ковал лучшее оружие для слуг бога Войны, когда ты еще из папки своего не вылетел!

Каким-то неожиданным образом в руках сварливого деда (который так и не представился) оказалась раскаленная кочерга, загнутая на конце увесистым крюком. Конец ее красноречиво направился мне в живот.

— Слушай сюда, сосунок! Гони ножи, и, может быть, я не убью тебя для профилактики разок!

— Ну на, – покладисто согласился я и махом достал из ножен оба ножа.

Бросок кукри, и тело кузнеца дергается… вслед за своей рубахой – метким броском я пропорол ему рукав тяжелой кожаной куртки и пришпилил к ближайшему столбику, поддерживающему крышу. Потом я ринулся вперед, ускользнув от кривоватого и неловкого взмаха кочергой, и прижал лезвие криса к его шее. Регг сглотнул, но его взгляд не стал ни на гран спокойнее.

— Сперва представляются покупателю, – назидательно отозвался я, вырывая кукри из дерева, – А уж потом машут кочергой.

Отступив на шаг, я положил оба ножа на наковальню, к которой кузнец подходил, когда мы зашли. На ней уже лежала остывающая заготовка.

Расслабившись и потерев шею, кузнец вернул кочергу обратно в печку, из которой ее и вытащил, и, подойдя к наковальне, пробурчал:

— Регг я, кузнец, спец в клинковом оружии.

Взяв мой кукри, он придирчиво его осмотрел, с умным видом провел пальцем по лезвию, после чего не глядя бросил нож через плечо. Мой кровный ножик, переживший осаду Песочного, упал точнехонько в жерло какой-то маленькой жаровни.

— Это дерьмо собачье только на переплавку, – заявил мне кузнец, уже вернув первоначальный настрой, – Ты мне еще спасибо сказать должен.

— Да пошел ты! – вызверился я на потерю оружия, – Ты мне три сотни драхм сам в карман пересыпешь, иль потрясти тебя как следует?

— Хе-хе, смотри, сейчас тебя удар хватит. Это тебя трясет, раб вчерашний. А нож твой – дерьмо дважды, потому как обули тебя, дурака, а ты и рад. Такой нож в мою молодость даром отдавали, а то и приплачивали, чтобы никому не говорили, кто мастер. Три сотни, хах! Да я тряпки, чтобы задницу вытирать, дороже беру!

— Не, ну все, старый, ща в бороду огребаешь! – я очнулся секунд через пять, в заломе от Тайлера. Профессиональном заломе. Мне казалось, в игре нельзя чувствовать боль… И я снова чуть не потерял себя от ярости, глядя на ехидную усмешку этого пердуна.

— А ведь я еще второй не смотрел! – с этими словами кузнец взял крис. Вполне ожидаемо, что и этот нож повторил судьбу прошлого. Я взвыл зверем, – Ничего-ничего, сейчас станет полегче. А этот за сколько взял?

— Четыре сотни!

Регг гнусно расхохотался.

— Ну ты и дубина, – утер он слезы, после чего снова начал хихикать, – Вот это да, четыре сотни… У Мародеров брал?

— Ну да, – злобно ответил я.

— Не бери у Мародеров никогда и