Люди крови - Алан Ф. Троуп

На следующий день мы с Элизабет приезжаем в Майами походить по магазинам. Днем мы возвращаемся на пристань. Не увидев намозолившего глаза зеленого спортивного автомобиля, я говорю:

– Смотри-ка, нашего друга все еще нет. Интересно, когда они его выпустят.

– Надеюсь, что никогда,- хищно улыбается Элизабет.

Она берется за руль «Грейди», поворачивает ключ в зажигании, а я тем временем раскладываю ее многочисленные пакеты от Гуччи, Сакса, Лорда и Тейлора по каюте. Моторы пробуждаясь, слегка покашливают.

Я отдаю швартовы и сажусь рядом с женой. Теперь в вождении лодки я доверяю Элизабет как самому себе. Уверенный, что она доставит нас домой в целости и сохранности, я прикрываю глаза и предоставляю свежему ветерку и волнам укачивать меня. Короче говоря, я собираюсь вздремнуть.

– Питер! – зовет меня Элизабет, когда мы уже находимся посередине бухты. Ее встревоженный голос заставляет меня проснуться.

– Что?

– Что-то не так. Лодка не слушается.

Все еще заспанный, я прислушиваюсь к шуму моторов:

– По-моему, все нормально.

– Но мы сбавляем ход… и штурвал как-то странно себя ведет…

Я беру штурвал и слегка поворачиваю его вправо. После короткой паузы лодка реагирует на мой приказ, причем гораздо резче, чем я ожидал. О нас разбивается небольшая волна, лодка сотрясается, идет неровно. Я выжимаю газ, но вместо того чтобы резко рвануть вперед, «Грейди» набирает скорость очень медленно.

– Ты права,- соглашаюсь я, сбавляя скорость. -К тому же, мы осели гораздо глубже, чем надо. Нос лодки постепенно опускается вниз. Я измеряю глубину – восемнадцать футов. Открыв люк в каюте, я вижу именно то, что ожидал увидеть. Все залито водой – диван, пакеты с покупками Элизабет, все испорчено.

– Мы черпаем воду. Где-то течь, – говорю я.

– Что будем делать? – спрашивает моя жена.

– В худшем случае нам придется совершить длительный заплыв. И все-таки не хотелось бы затонуть в самой глубокой части бухты.

Я беру штурвал, набираю скорость. Мое раздражение нарастает, оттого что лодка вяло реагирует на мои действия. Набирающаяся вода утяжеляет корму и еще больше замедляет наше движение. Я поворачиваю к берегу, надеясь добраться до пристани раньше, чем моторы погрузятся в воду. Элизабет связывается с Артуро по моему мобильному телефону. Я передаю ему, чтобы встречал нас на воде. Большая желтая лодка спасательной службы ждет нас у зеленого буйка главного канала. Вода между тем уже достает нам до лодыжек. Артуро в своем безупречном костюме стоит рядом с рулевым спасательного катера и машет нам, а другой рукой набирает номер на своем мобильнике.

Наш телефон звонит. Элизабет подносит его к уху:

– Они говорят, что нужно заглушить моторы и дать им подойти к нам. Тогда они нас вытащат, -передает она мне.

Я отрицательно мотаю головой.

– Они говорят, что мы слишком глубоко погрузились в воду, чтобы плыть дальше, – говорит Элизабет. Я упрямо увеличиваю скорость и правлю в канал.

– Пусть следуют за нами. Когда потонем, подберут нас.

Мы доплываем до поросших соснами маленьких островков по периметру бухты, и только тогда я соглашаюсь признать свое поражение.

– Пристегнись! – говорю я Элизабет и направляю катер на песчаный берег самого северного из островков. Моторы ревут, катер сотрясается, песчинки

стучат по корпусу. Я вне себя от гнева: вот как приходится обращаться с моей прекрасной лодкой! Наконец «Грейди» останавливается, зарывшись носом в песок, вода потоком льется из трюма.

Я заглушаю моторы, и нас окутывает тишина, прерываемая лишь ветром, шелестящим в ветвях сосен, и ворчанием лодки спасателей, приближающейся к берегу.

– С вами все в порядке? – издали кричит Артуро.

– Нет,- огрызаюсь я.- Отвезешь нас, а потом, черт возьми, займешься моей лодкой и как можно скорее сообщишь мне, что с ней!

Артуро приводит «Грейди» на остров через два дня. Я встречаю его на пристани.

– Думал избавить тебя от лишних хлопот, – говорит он, кивнув на двадцатипятифутовый катер, пришвартованный рядом. – Беру на себя арендную плату.

Я ничего не отвечаю, хотя, по правде говоря, очень рад получить обратно свой катер, а не другую лодку.

– Не знаю, чего они добивались, – говорит Артуро.

Я удивленно приподнимаю бровь:

– Кто?

Артуро пожимает плечами:

– Мы пока точно не знаем, но кто бы они ни были, добра тебе они точно не желают. Они поработали над обоими трюмными насосами и открыли кингстон. Если бы по ошибке не засосало пластиковый пакет, который блокировал кингстон, вы бы затонули гораздо раньше.

– Нас спас мусор, – говорю я, не в силах сдержать улыбки.

Артуро тоже улыбается, но быстро серьезнеет:

– Но это ведь могла быть бомба.

– Это Сантос? – спрашиваю я.

– Не думаю. Он только-только освободился. Мы оба знаем, где он был.

– Тогда кто?

– Мои люди выясняют.

– Твои люди только и делают, что выясняют…-ворчу я.

Артуро тяжело вздыхает:

– Потерпи, Питер. Такие вещи требуют времени. А пока просто будь осторожен. Внимательно осматривай лодку и машины, перед тем как садишься в них. Я велел своим ребятам проверять их каждый день, но пока мы с этим не разберемся, будь осторожен.

К моему огромному облегчению, моя жена соглашается на время отказаться от поездок за покупками. Мы теперь ведем очень спокойную и размеренную жизнь. Элизабет занимается садом, который процветает благодаря ее неусыпным заботам. За несколько недель там выросли новые растения, некоторые из них совершенно мне не знакомы и цветут необыкновенно яркими цветами. Элизабет сняла первый урожай Слезы Дракона.

Я большую часть дня провожу за хозяйственными делами, а Элизабет делит свое время между садом и кухней, между посадкой, прополкой, сортировкой трав и приготовлением настоев. Иногда, помогая жене в саду, я случайно касаюсь ее, и мы оба улыбаемся, счастливые тем, что занимаемся общим делом. Она не упоминает имени Хорхе Сантоса. Я тоже, хотя он не выходит у меня из головы.

– Я только что приготовила первую порцию вина из Слезы Дракона,- говорит мне Элизабет через несколько дней после сбора урожая. Мы собираемся на охоту и оба уже приняли наше истинное обличье. – Вот, – Элизабет указывает на керамический кувшин и два высоких стеклянных стакана, стоящие на дубовом столе в большой комнате. Она разливает прозрачную жидкость по стаканам. – Давай попробуем.

Это один из кувшинов моей матери. Интересно, использовала ли она его для того же самого. Я беру свой стакан, принюхиваюсь к бесцветной жидкости, взбалтываю ее. Ничем не пахнет. Как вода из-под крана.