Метро 2033. Выход силой - Андрей Ерпылев

— Живой! А я-то слышал, что сдох ты где-то!

— Твоими молитвами.

— А ты возмужал. Уверенный такой стал, спокойный… Школа Меченого?

— Меченый погиб.

— Жаль. — По лицу Лаписты не мелькнуло даже тени сожаления. — Крепкий был мужик и вояка отменный. А тут ты что позабыл? В гладиаторы пришел наниматься? Возьму, возьму, с радостью возьму! И плату положу отменную…

— Я за Ингой пришел.

— За И-и-ингой? — протянул старик, поднимая глаза к потолку и задумчиво почесывая подбородок. — Это какая же Инга? Толстуха такая рыжая?

— Ты знаешь, — терпеливо ответил Игорь. — Ты же на память никогда не жаловался.

— Не жаловался, — согласился Ланиста. — И не жалуюсь. Есть такая девочка у нас. Не совсем, правда, девочка, — хихикнул он. — Довесочек у нее образовался…

— Не понял? — напрягся Князев, все уже понимая и судорожно пытаясь высчитать в уме.

— Не считай, вояка. — От глаз Михаила Сергеевича побежали лучики морщинок: ни дать ни взять — добрый дедушка. — Родила твоя подружка. Вырастет гладиатором. В папу.

— Что-о? — Игорева рука метнулась к горлу Ланисты, но тот был не лыком шит — видимо, нажал коленом какую-то кнопочку под столом, и мгновенно ворвавшиеся телохранители оттащили взбешенного старшину от стола. — Да я тебя…

— Кишка тонка, — улыбнулся тот бледными сухими губами. — Все равно ведь вдовушкой останется Инга. А сынок твой… Кстати, его она тоже Игорем назвала-окрестила. В твою честь, надо полагать… Сироткой он останется.

— Кто сказал?

— Думаешь, подвиги твои позабыли за полгода? Да все стены твоими портретами заклеены, служивый. Твоими да Меченого. Ну, Меченого-то сдерем, если ты не врешь: с покойниками воевать — себе дороже. А вот тебе, князь Игорь, петелька выходит, как ни крути. Попытка государственного переворота — это тебе не фунт изюму, да-да…

— А по делу можем поговорить? Ты ведь деловой человек?

— Охотно.

Телохранители снова удалились, а Ланиста радушно пригласил Игоря за стол. Появилось угощение, выпивка…

— И что же ты, — старик смотрел на голодного солдата умиленно, как на родного сына, — серьезно считал, что я тебе вот так, задаром, одну из лучших проститу… Да сиди ты, сиди! — Замахал он руками на вскинувшегося Игоря. — С языка сорвалось. Прости уж старого дурака… Одну из лучших девушек отдам?

— Почему задаром? — Князев отставил пустую тарелку.

— Никак разбогател? И сколько выложить можешь? — Ланиста подумал мгновение и назвал сумму, когда-то показавшуюся бы старшине астрономической. — Но знай: патронами не возьму, — захихикал он. — А то опять фуфло впаришь!

— Патроны мои были самые настоящие, — спокойно возразил Игорь. — И ты это лучше меня знаешь… Но платить я буду не патронами. Какой у нас сегодня курс доллара?

Он бросил на стол аккуратно заклеенную пачку зеленых купюр, туг же перекочевавшую в руки Ланисты.

— Смотри-ка, настоящие! — Старик пошуршал купюрой над ухом, посмотрел на свет и даже зачем-то понюхал. — Где взял? Клад нашел?

— Вроде того. Ну что, хватит этого?

— Не хватит. — С видимым сожалением старик вернул старшину пачку. — Инга мне слишком дорога. А там ведь еще и ребенок!

— Продай! — упрямо сказал Игорь. — Я же знаю, сколько она для тебя может заработать. Здесь же денег хватит за троих таких, как она.

— Работорговлей занимаемся, — довольно засмеялся старик. — Но формула один плюс один тут не работает, мальчик мой. Именно спрос рождает предложение. Спрос есть, я вижу…

— Я тебя предупреждаю, — сказал Князев. — Я пришел, чтобы по-честному…

— По-благородному, — кивнул ему Ланиста. — Нет, дружок, настоящую любовь за деньги не купишь. И не выкупишь. — Он захихикал.

— Что тебе надо?! — Игорь резко отодвинулся назад, поднялся.

— Услуга за услугу. — Старик упер в старшину водянистые глаза. — Выполни одно дело — верну девчонку, и сына твоего верну. Скорее всего твоего.

— Убить кого-нибудь? — Игорь скривил губы.

— Нет, на это у меня свои исполнители есть, на зарплате сидят.

Старик поднялся из-за стола и прошелся по комнате, заложив руки за спину.

— Слух прошел, что ты с тварями общаться умеешь. Верно это?

— Врут, — отрезал Князев, но сердце его забилось чаще: куда это клонит старый мерзавец?

— Врут, конечно, — легко согласился Михаил Сергеевич. — Где ж это видано, чтобы человек с безмозглым зверьем разговаривал? Но они ведь боятся тебя, да? Я сам видел, и это не вранье.

Игорь молчал, но старику и не требовалось его согласие.

— И мутанты тебя не тронули… Интересно как получается. Может, не все врут про тебя? Особенный ты какой-то?

— Что тебе надо? — не выдержал старшина. — Мне твою брехню слушать некогда!

— А ты не торопись, Игорек. Говорят еще, что на тех, с кем ты идешь, твари тоже не нападают. И вот мое условие…

Ланиста снова уселся за стол и скрестил руки перед собой.

— Проведи нескольких человек туда, куда я укажу, и забирай девку свою. Хочешь с щенком ее, хочешь — без.

Игорь не торопился с ответом.

— Сколько именно? И куда?

— Полсотни человечков. А дорога тебе известна. К Первомайской. — Стариковские глаза заледенели, взгляд стал колючим.

— Нет! — отрезал Игорь. — К Первомайской не поведу!

— Я уверен, что мы договоримся. — Старик растянул тонкие губы в холодной улыбке. — Поверь мне, я умею договариваться!

— Не выйдет! Там мой дом! — выпалил Князев и осекся.

Ланиста тоже поднялся со своего места, распрямил спину, улыбнулся. Опять какие-то сатанинские игры? И как Игорь мог так купиться, потерять выдержку?

Но старик отчего-то вовсе не поразился, узнав, что Игорь родом с Первомайской. Неужели и это ему было известно? И тут Ланиста удивил его по-настоящему.

— Какой еще дом, Игорь? Сирота ты. Отец пропал, — начал он загибать пальцы. — Брат — пропал. Девка твоя, по которой вздыхал там, замужем давно.

Старшина вздрогнул. Лариска замужем?

— А что ты думал? Ждать тебя будет?

— И все равно, — упрямо повторил Игорь. — Там мой дом.

— Да этот дом предал тебя, — ухмыльнулся старик. — Батя ваш продал тебя. Мне продал. Или ты не знал? Тебя сюда и вели, да туннель завалило. Думал я, что пропал Гладиатор, а ты ничего — сам пришел, как миленький. Я присматривался, присматривался к тебе — по описаниям вроде подходит, но не мог же ты мне на голову свалиться? Оказывается, мог. Но Бате я, конечно, черта с два заплатил…

У Игоря внутри все сжалось.