Эльфы, топор и все остальное - Евгений Шепельский

— А, твою душу! — прогрохотала Крессинда.

— Фатик? — вскричал мой бывший напарник, выглядывая из-за плеча невесты.

— Ты-ы-ы! — провыл Джок Репоголовый, пожирая меня взглядом бешеного пса, обряженного в намордник. — Ты-ы-ы!

Сам виноват, а сваливает на других, дуралей. Вокруг него сбились в кучку восемь гномов, не считая Олника-второго, видимо, самые близкие родственники. Все отчаянно переглядывались, почесывая в затылках.

Прочие бородачи, переждав атаку элефантерии в стороне, драпали в свой лагерь, расположенный на переднем крае. Там, если приглядеться, кишмя кишели гномы. Все они, ясно, смотрели на то место, где недавно угас взрыв. Будет им наука не относиться к войне как к забаве и возможности надрызгаться без пригляда Жриц Рассудка.

А что происходит в лагере сатрапа? Там пожары, там мельтешат какие-то фигуры… Много фигур! Гритт, не могу различить деталей и цветов накидок, слишком далеко!

Вздувшаяся фиолетовыми клубами туча уже прошла над нами и, накрыв войска Фрайтора, расползалась над Сэлиджией, то и дело посверкивая молниями.

Маги Рондины бездействовали.

Над ставкой сатрапа повисла дымовая завеса.

— Фатик!

Вскрик Имоен заставил оглянуться.

С верхушки холма войска Арконии напоминали черные шахматные клетки, а несущиеся к ним элефанты казались пешками, что хотят занять причитающиеся им места.

Миг до удара…

Зверюги вломились в передовые полки арконийцев, расчертив строй пехоты кровавыми просеками. Крайние из клина врезались в легкую конницу, опрокидывая, сминая, расшвыривая. За короткий миг авангард фундаменталистов оказался смят, и я подумал, что войска Арконии приостановят движение, а может, и отступят.

— Фатик?

— Чего тебе, Ол?

Он показал рукой: над войсками Фрайтора сплошной белой стеной грянул ливень.

Я выругался.

Если маги Рондины не отогнали тучу, значит, что-то им помешало. Если все четыре армии Фрайтора не совершили вообще никаких действий, значит, из ставки сатрапа не прозвучал сигнал к общей атаке. Пожар ли тому виной? Угу, видали мы сегодня пожар, когда люди Кракелюра подожгли часть лагеря Багдбора!

Да, день выдался нескучный. Теперь быстро — в стан Фрайтора, ибо только там я получу ответ на все вопросы. И, Гритт, заставлю магов — если уж они такие лентяи — разогнать эту чертову тучу!

Остановить войну или выиграть ее. Яханный фонарь, теперь это уже не звучало смешно!

Но сначала — к гномам. Лезть с голой задницей на ежа — не очень умная затея. Окружу себя гномами, как планировала Рондина, и с их помощью…

Подхватив раненых, увечных, больных и сумасшедших, попадая в глубокие ямы, вытоптанные элефантами в черноземе Хотта, мы потрусили в гномий лагерь.

Белая стена надвинулась… Ливень с остервенением хлестал землю, вминая в землю стебли пастушьей сумки и пурпурные цветы смолки.

— Олник!

— Ась?

— У вас остался мох?

— Чего-о-о?

— Ад и пламя, мох, горючая пыль для Благорастворителя? Шанге?

Олник подрулил к папочке и что-то спросил. Джок Репоголовый зыркнул на меня волком и что-то промычал. Его борода разлохматилась пуще прежнего и походила на плеть наземного мха, что свисает с красного гриба-паразита. Забыл добавить, что папаня Олника щеголял шикарной багровой плешью от уха до уха.

— Имеется в обозе! — доложил мой товарищ. Его голос потонул в раскате грома.

— Джок, — крикнул я, перекрывая громовые раскаты, — пыли хватит на два костра? Нам потребуется два столба черного дыма, когда уймется ливень! Два столба дыма, видных издалека!

— А он уймется? — спросил вместо Джока Олник.

Откуда мне знать? Я действую по наитию, дорогой гном.

— Да! — тем не менее ответил я. — Уймется, даю слово Джарси. Так что, шанге для дымов — хватит?

Джок проскрипел на гномском утвердительно.

Отлично, Гритт его маму! Отлично!

— Фатик, — позвал Олник.

— А?

— У тебя глаза безумные.