Обжигающий север - Алена Медведева

Перевернувшись на спину, обессиленно прижалась к теплому боку мужа и попросила:

– А можно заказать более прохладный температурный режим? А то я запыхалась, – поныла я.

– За просто так? – деловито уточнил муж. – Нет.

– Цена вопроса? – 'умирающим' тоном осведомилась я.

– Беру плату натурой, – раздался провокационный шепот рядом с ухом.

– Мне тогда месячный абонемент, – решила я 'махнуть не глядя' и сразу прижалась плотнее к заметно похолодевшей коже мужа. – Как удобно...

– Витара – ты очень хорошая жена, – обняв одной рукой, похвалил муж. – Мне с тобой очень повезло. И речь совсем не о наличии крови древней касты.

Я замерла. Вспоминать, при каких обстоятельствах ему 'повезло', было очень стыдно. Тем более что мне повезло значительно больше. А если сравнивать мое удачное во всех смыслах замужество с перспективой смерти, то мне повезло колоссально! А еще подумала о том, что это наша первая возможность спокойно поговорить наедине, когда он ничем не занят, а я не пугаюсь общения. С того времени как мы спрашивали друг друга о чем-то в темноте пассажирской кабинки, мы стали ближе, преодолели совместные трудности, немного больше узнали друг другаи начали учиться доверять. Рид для меня уже не был тем пугающим незнакомцем... хозяином.

– Это мне повезло, – прошептала тихо, – ты мне жизнь спас, и... мне очень хорошо с тобой, хотя поначалу очень страшно было.

– Понимаю, – вздохнул муж, – меня женщины всегда боялись. Но я надеялся, что ты привыкнешь со временем и смиришься.

– Я привыкла уже и больше совсем не боюсь, – задрав голову вверх, посмотрела на мужа, чтобы он видел, что не лгу. – Я о таком замужестве и мечтать не могла.

– Хочу быть тебе хорошим мужем, – так же не отводя взгляд, серьезно кивнул Рид.

Благодарно вздохнув, погладила ладошкой грудь старха и честно ответила:

– А я очень стараюсь быть тебе хорошей женой.

Он, второй рукой скользнув по моему животу, переместился дальше и, опять легонько похлопав по тому, что пониже спины, приободрил:

– Меня все устраивает, – но тут же напряг неожиданным вопросом:– У тебя на корабле был мужчина?

Сразу скованно передернув плечами, просто молча кивнула. Но оказалось, муж думал о другом:

– Надеюсь, не разочаровал тебя? Сюда подростком попал, покинул Ваэл после смерти тетки, что меня воспитала, тут работать в шахте начал. А на Иволоне и сейчас женщин немного, а уж тогда почти совсем не было. Так что опыт у меня можно сказать разовый, – спокойно рассказал он.

– Ты поэтому женился... ну таким образом? – набралась я храбрости спросить о том, чего не понимала, пряча покрасневшее лицо.

– В смысле? – не понял Рид.

– Ну, чтобы жена безотказная была и бесправная, – почти беззвучно пробормотала я.

– У нас так в семье не бывает, – удивился Рид, – у мужа и жены равные права в принятии решений, но защитник – муж, поэтому слушаться надо.

– Понятно, – пробормотала я, на самом деле так ничего и не поняв, но усвоив, что притеснять меня и не собирались. Однако ограничивающий ошейник тоже не сняли.

Рука мужа, переместившись с моего бедра на шею, коснулась края ошейника.

– Ты поэтому так его стесняешься? Я заметил, что горло прятать всегда стараешься.

– Нет, я не спорю с тем, что тебе принадлежу, ты же все законно... и пошлину заплатил, простостыжусь, что подумают: заключенная, может быть, убийца или воровка, – призналась ему.

– Нет, все не так совсем. У нас, когда замуж выходишь, то репутацию мужа на себя принимаешь. Поэтому, кто меня уважает, тот и тебя будет, пусть хоть десять ошейников на тебе надето, а кто меня ненавидит – тому твоя свободная шея подумать плохо не помешает.

Мне без ошейника было бы комфортнее, но попросить его снять я не решилась. Это же вроде как гарант моей принадлежности, старх мой случайностей не допускает, раз не снимает – значит так надо, и раз женился – спасибо ему. А муж, созвучно моим мыслям неожиданно пояснил:

– Думал я через год жениться, хотел на Ваэл лететь, поискать вдову или из большой семьи победнее старшую дочь. Полагал, стану собственником – не такое значение внешности придадут, может быть, и подыщу женщину себе для семьи. А вот как получилось. И не жалею совсем. Хорошая ты жена, даже больше, чем ожидал, с тобой обрел, так что буду стараться соответствовать. Не случись тебя, не было бы и шахты. Так что все верно сделал, сейчас это понимаю. И хорошо мне с тобой.

Обрадованная его словами, прошептала:

– Мне тоже с тобой хорошо. Так что я тоже рада, что ты меня выбрал и постараюсь все сделать, чтобы ты не разочаровался. Я даже этой крови проводника теперь рада, раз она такую пользу принесла нам всем.

Рид вздохнул:

– Нам твои возможности, конечно, помогли невероятно, но все же не благо они, а бремя скорее.

– Почему? – я вопросительно осмотрела на мужа, удобнее устраивая голову на его плече.

– Потому что очень редкие, даже уникальные. Все захотят заполучить их носителя, а если не могут, то срабатывает принцип 'не достанься никому!', – угрюмо пояснил Рид. – Витара, ты отныне должна быть очень осторожна, доверяй только тем, в ком абсолютно уверена, а лучше – только мне. Скрыть факт твоего существования не удастся, а желание похитить тебя может посетить многих. Мы уже проходили через это.

– В каком смысле проходили? – я беспокойно поднялась и села, подтянув к подбородку колени.

Рид тоже приподнялся и оперся спиной на спинку кровати, а потом плавно подтянул меня к себе, принявшись гладить по спине – успокаивал. Ощущение прикосновений его грубоватых рук, плавно перемещавшихся по спине, вызывало расслабляющие волны, разбегающиеся по всему телу.

– Помнишь, я рассказывал о заселении Ваэла и Тильзаса? Они протекали параллельно, и в обоих случаях стоили страшных жертв: наша раса почти утратила и проводников. После этого обустроившиеся стархи, все еще находящиеся под впечатлением от едва не уничтожившего их полета и трудностей освоения мира, внезапно осознали, что проводников остались единицы. Да и не знаю, остались ли хранители или те, в ком была их кровь. В любом случае, начались паника и борьба за выживших представителей древних каст, даже за детей и полукровок. И когда заполучить их не удавалось, их уничтожали, опасаясь, что семьи, где они есть, станут могущественнее, возвысятся, а значит, будут потенциально опасны. Это было печальное время, грустная страница нашей истории. Когда осознали, что происходит, было поздно – кровь хранителей утратили, а проводников... думали тоже, но раз ты существуешь, значит хоть один, но сохранился.

Поежившись от внезапного ощущения прохлады, прижалась к мужу.

– Но уже... прошло столько времени, вы научились жить без тех, в ком была кровь древних. Ты думаешь, что и сейчас есть риск для меня?