Патриот - Терри Пратчетт

Они продолжали путь по набережной к уже ожидающему на причале судну. Это был клатчский корабль. Люди теснились у поручней, люди, которые уезжали с тем, что можно было унести, — не дожидаясь часа, когда придется уезжать с тем, что успел схватить. Стражники оказались под обстрелом враждебных взглядов.

— Неужели Ржав и в самом деле силой заставляет клатчцев покидать дома? — спросила Ангва.

— Зачем силой? И так понятно, откуда ветер дует, — спокойно произнес Горифф.

Моркоу втянул носом соленый воздух.

— Из Клатча, — сказал он.

— Для вас, может быть, — отозвался Горифф.

Сзади послышалось щелканье хлыстов. Стражники и Гориффы отступили, пропуская грохочущие повозки. Занавеска в окошке одной кареты на мгновение отдернулась, и Моркоу успел мельком разглядеть лицо: сплошь золотые зубы и черная борода — после чего занавеску вновь задернули.

— Это ведь ОН?

Ангва издала тихое утробное урчание. Глаза она закрыла, как делала всегда, когда предоставляла смотреть носу…

— Гвоздика, — пробормотала она, хватая Моркоу за руку. — Только не вздумай броситься за ним! На этом корабле вооруженные люди! Что они подумают, когда увидят бегущего к ним солдата?

— Но я не солдат!

— Как ты думаешь, они долго будут разбираться?

Карета пробивалась сквозь толпу на пристани. Вокруг вздымались человеческие волны.

— Там какие-то ящики разгружают… Плохо видно… — Моркоу прикрыл глаза ладонью. — Послушай, я уверен, они поймут, что я…

Ахмед 71-й час ступил на пристань и, оглянувшись, посмотрел на стражников. Улыбнулся, блеснув золотым зубом. Рука Ахмеда потянулась через плечо и вернулась с ятаганом.

— Нельзя так просто позволить ему уйти! — воскликнул Моркоу. — Он подозреваемый! Смотри, он смеется над нами!

— Весь в дипломатической неприкосновенности, — усмехнулась Ангва. — Ведь там полно вооруженных людей.

— Во мне сила — сила десяти, ведь сердце мое чисто, — заявил Моркоу.

— В самом деле? Но если сосчитать, их одиннадцать.

Ахмед 71-й час подбросил ятаган в воздух. Тот, издавая упругое «вум-вум», успел пару раз перевернуться, а затем был вновь подхвачен стремительной рукой Ахмеда.

— Это ведь жест господина Ваймса, — скрипнул зубами Моркоу. — Он над нами издевается…

— Если вы пойдете на корабль, вас убьют, — раздался сзади голос Гориффа. — Я знаю этого человека.

— Знаешь? Откуда?

— Он наводит страх на весь Клатч. Это Ахмед 71-й час!

— Да, и что с…

— Ты о нем никогда не слышал? Он из д'рыгов! — Госпожа Горифф потянула мужа за рукав.

— Из д'рыгов? — не поняла Ангва.

— Это воинственное пустынное племя, — объяснил Моркоу. — Очень свирепое. Хотя со своим кодексом чести. Говорят, если д'рыг тебе друг, то это на всю жизнь.

— А если он тебе не друг?

— То твоя жизнь не продлится дольше пяти секунд.

Моркоу извлек меч из ножен.

— И все же, — промолвил он, — нельзя допустить…

— Я и так сказал слишком много. Нам пора, — прервал его Горифф.

Все семейство опять взялось за кули.

— Послушай, должен быть другой способ разобраться с ним, — вмешалась Ангва, указывая на карету.

Из кареты выпустили двух худых, длинношерстных и чрезвычайно грациозных собак. Прокладывая путь по трапу, они натягивали поводки.

— Клатчские борзые, — объяснила Ангва. — Среди клатчской аристократии пользуются огромной популярностью.

— Они немного похожи на… — начал было Моркоу. И тут до него дошло… — Нет, я не позволю тебе отправиться туда в одиночку! — воскликнул он. — Это может плохо кончиться.

— У меня гораздо больше шансов, чем у тебя, поверь, — возразила Ангва. — И потом, они все равно не отчалят, пока не закончится прилив.

— Это слишком опасно.

— Что ж, они сами напросились.

— Я имел в виду для ТЕБЯ!

— Почему? — не поняла Ангва. — Никогда не слышала, чтобы в Клатче встречались вервольфы, так что вряд ли этим людям известно, как управляться с нами.

Сняв с шеи значок на кожаном ремешке, она передала его Моркоу.

— Не волнуйся, — сказала она. — Если совсем припрет, я всегда могу прыгнуть за борт.

— В РЕКУ?

— Даже река Анк не способна убить вервольфа. — Ангва бросила взгляд на зловеще побулькивающие воды Анка. — Наверное.

Сержант Колон и капрал Шноббс вышли патрулировать город. Спроси их кто-нибудь, в чем именно теперь заключается патрулирование и что они станут делать, если на их глазах кто-нибудь совершит преступное деяние (хотя многолетний опыт научил их в упор не видеть даже довольно крупные преступления), — и они не смогли бы вразумительно ответить на эти вопросы. И все же они были людьми привычки. А также они были стражниками, а стражник должен патрулировать. Не с какой-либо целью, а просто так, ради самого процесса.

Периодически Шнобби отставал — продвижение его затрудняла большая, в кожаном переплете книга, которую он тащил под мышкой.

— Небольшая война людям только на пользу, — через некоторое время нарушил молчание сержант Колон. — В них появляется боевой дух. А то теперь все стало какое-то кислое.

— То ли дело в пору нашей молодости.

— Да уж, то ли дело в пору нашей молодости.

— В те времени люди друг другу доверяли, правда, сержант?

— Люди доверяли друг другу, Шнобби.

— Верно, сержант. Уж я-то знаю. В те времена и двери почти не запирали.

— Твоя правда, Шнобби. А случись что, люди всегда поддерживали друг друга. И в гости ходили постоянно.

— Истинно так, сержант, — с пылом поддержал Шнобби. — На нашей улице никому и в голову не пришло бы запереть дверь.

— Вот-вот, и я о том же.

— А все потому, что перли все — даже замки… Какой толк ставить на дверь замок, если его тоже сопрут?

Колон повертел в голове эту истину.

— Да, но крали, по крайней мере, друг у друга. Не у каких-то иностранцев.

— Точно.

Погруженные каждый в свои мысли, они некоторое время шагали молча.

— Сержант?

— Что, Шнобби?

— А где находится Ню?

— Ню?

— Есть, кажется, такое место. Там, должно быть, здорово тепло.

— Ах, ты о НЮ! — протянул Колон. Пометавшись внутренне в поисках ответа, он наконец придумал: — Ну да. Ага. Это в Клатче. Точно. Там много песка. И гор. Экспортируют финики. А почему ты спросил?