Клятва Темного Лорда - Александр Прозоров

– О‑о-ф-фи-игеть! – душевно оценила обстановку Юлиана, настороженно стреляя зрачками из стороны в сторону.

– Мадам Снежана пожелала, чтобы самые лучшие покои замка были отведены вам, – сообщил француз. – Красная комната знаменита тем, что черный кот шляется здесь довольно часто, и поэтому здесь никто постоянно не живет. Даже низшие духи сюда стараются без крайней нужды не заглядывать. Однако эта опочивальня все равно считается наиболее красивой, просторной, удобной…

– В общем, коту нравится, – подвела итог рябая.

– Она в вашем распоряжении! – кивнул Жан Печер и удалился.

– Что ты про все это думаешь, Битали? – переступила порог Юлиана и медленно пошла вдоль стен. Похоже, багровое величие проклятого места произвело впечатление даже на нее.

– Да справлюсь я как-нибудь с этим котом, – пообещал потомок Темного Лорда. – Его явно перехваливают. Ни одного убитого им за столько веков! Думаю, это самый обычный призрак. Бесплотный и безопасный.

– Да я не о том! Я вообще… Про все. Про меня и тебя. Что нас ждет?

– Ты помнишь поговорку про сыр в мышеловке? – Битали подошел к самому окну, поправил сбившиеся карминные шторы.

– Хочешь сказать, я попалась в мышеловку?

– Нет, Юлиана, – покачал головой юный чародей. – Я хочу сказать, что ты тот самый сыр и есть.

– А ты тогда кто? – спросила из-за балдахина девушка.

– Пружина. Если повезет, успею защелкнуться еще до того, как тебя съедят.

– Надо будет почаще поить тебя кофе с имбирём. Чтоб мозгами не тормозил. Ух ты, смотри, тут есть камин! Камин есть, а вай-фая нет! Ну разве не козлы?

Замок Комбур стремительно оживал, наполняясь людьми и воинами. За воротами, перед въездом в парк, встали хмурые охранники, пугающие смертных невероятным ростом, крепким телосложением и непривычно большими, окладистыми бородами. Если бы они только знали, что немного дальше, за кронами деревьев, точно такие же великаны прогуливаются у крыльца, вдоль стен замка и на дальних подступах к зарослям не просто в свитерах или суконных куртках – а в стеганных прочной стальной проволокой и заговоренным конским волосом поддоспешниках и с двуручными секирами на плечах.

Надевать броню Дедята пока запретил. Решил, что это будет перебором.

Помимо бородачей в малолюдном прежде Комбуре появилось много хрупких и не очень улыбчивых рыжих женщин. Они гуляли, здоровались с местными жителями, заходили в кафе, покупали безделушки и часто делали ответные подарки – простенькие глиняные сувениры где в виде собачки, где веселой рожицы, где небольшой вазочки. Французы ставили их на прилавки, подоконники, иногда уносили домой. Смертные не знали, что такое «подклады» и «сторожевые амулеты», и потому не видели в этих предметах никакой опасности.

Впрочем, как раз смертным ничего не угрожало. Ведь они не прятались под мороками, не отводили глаза, не ходили сквозь стены – и потому не могли лишиться магического покрывала или вызвать тревожный свист разрушенного заклинания.

Возле озера и вокруг замка северные чародейки не скрывались, накладывая защитные заговоры на камни и деревья, развешивали амулеты или плели их из травы. Здесь, недалеко от Атлантики, несмотря на близкие Святки, газоны зеленели в полную силу, на деревьях шелестела листва, летали бабочки… Прибывшие издалека гости, привыкшие к совсем другому климату, на прогулках обходились платьями, свитерами или легкими плащами, с удивлением поглядывая на кутающихся в пальто горожан.

Помимо варваров и северянок, Битали видел в замке и людей привычного роста, темноволосых и с животиками, гладко бритых, встречал круглолицых упитанных женщин с большими зубами и путаными волосами. Это означало, что у Дедяты имелись союзники и среди местных магов. А может, это были вассалы и друзья Жана Печера.

На третий день обживания замка в ворота замкового парка въехало такси, описало печальный круг по усыпанной битым кирпичом дорожке и остановилось возле парадного крыльца.

Столь невероятное событие – машина смертных проникла сквозь охрану! – побудило спуститься вниз нескольких воинов и ведьм, и супругов Горамник, и Битали с Юлианой.

Такси выдержало долгую театральную паузу – потом вдруг распахнулись сразу все дверцы, и над крыльцом послышались радостные возгласы:

– Анита!

– Мама! Отец!

– Надодух, Цивик! Лорак! Дубус!

Вскоре все смешалось. На месте отъехавшей машины обнимались северяне, Битали с друзьями, рябая деваха – с ними же.

– Но откуда, как?! – наконец удивился потомок Темного Лорда.

– Святочные каникулы, дружище! – похлопал его по плечу Надодух. – Быстро же ты забыл школьный распорядок! Все единогласно решили отправиться к тебе на помощь. Даже Генриетта попыталась присоседиться, но мы ее, естественно, отослали искать директора. А вы тут как?

– Готовим новогоднее представление Огненной Девы. Так что вы вовремя. Юлиане нужен свежий амулет. А она верит только вам.

– Ну и зря, веснушка! – обняла рябую страшилку Анита. – Матушка колдует лучше всех нас, вместе взятых!

– Я уж лучше по старинке, подруга, – сморщила рожицу смертная. – Шкура у меня только одна, не то что у некоторых, рисковать неохота. Так что великую Снежную королеву я, понятно, уважаю… Но вы мастера уже проверенные.

– Но тогда нам нужен «статик», – посмотрела на маму отличница. – Место векового покоя и неизменности.

– Все готово, милая, – кивнула северянка. – Такое место есть.

* * *

В замковый погреб юных чародеев привел Жан Печер, облачившийся поверх привычного костюма в потрепанное пальто. Спустившись в подклеть, он сперва провел гостей мимо длинных загородок, пахнущих землей и тиной – видимо, тут хранились всякие корнеплоды и овощи, – в конце коридора указал на угловые двери:

– Вино и сидр у нас зреют отдельно… – Однако пошел не туда, а влево, по узкой винтовой лестнице спустился еще на этаж ниже, в настоящий холод, пояснил: – Когда-то здесь был ледник. Ныне, понятно, мы шкафами морозильными пользуемся. Но промозглость, верно, отсель уже никогда не выветрится. Впиталась навсегда.

Еще один переход, спуск, и все они оказались в небольшой пещере, холодной, но сухой.

– Это место никто из нашего рода никогда не тревожил. – Печер поднял палочку с огоньком выше над головой. – Оно ныне хоть и бесполезное, но все же святое. Когда мы начинали что-то соображать, то каждый из нас, детей, впервые слышал историю нашей семьи именно в этом святилище. В память врезалось хорошо, до сих пор этот день помню. Но больше ничего не делали. Здесь все осталось так, как было во время Большой Войны, в день штурма. Четыре ложа для магов, желающих впитать силу, и алтарь посередине. Хотя, может, и не алтарь, просто стол для вещей. Графа Шато о сем никто не спрашивал, а больше никто и не ведает.

– Анита? – спросил отличницу потомок Темного Лорда.