Осколки реальности - Алексей Калугин

– А у нас с ней могут возникнуть проблемы? – Андрей снова попытался повернуть разговор в конструктивное русло.

– Если будете вести себя, как последние болваны, – уже куда более спокойно ответил Гефар.

Он уже выпустил почти весь заряд эмоций, скопившийся у него внутри, и теперь был готов к обсуждению более серьезных вопросов, нежели безалаберное поведение военнослужащих.

– Это твоя работа? – указав взглядом на провал, спросил Андрей.

– А то чья же, – с довольным видом улыбнулся Гефар. – Правда, здорово получилось?

– Если бы я еще и имел представление о том, что это такое,– озадаченно нахмурился Андрей.

– Да брось ты! – изумленно вскинул брови Гефар. Рука его с тростью вновь метнулась в сторону дыры в стене. – Ты что, в самом деле не знаешь, что это такое?

Андрей отрицательно покачал головой из стороны в сторону.

– Ну, дожили! – Гефар безнадежно всплеснул руками. – Да это же Проход Каффы!

– Проход Каффы?

– Иными словами, Дорога Мертвых, – тут же подсказал Андрею Дейл.

– Это тоже из кедлмарского фольклора?

– Конечно.

– И для чего служит этот проход?

– Согласно легенде, через него умершие покидают мир живых.

– И куда же они направляются?

– Кедлмарская мифология предоставляет мертвым больше возможностей, нежели те сказки о загробном мире, что были сочинены на Земле, – усмехнулся Дейл. – Умерший может сам выбирать, куда отправиться после смерти. Но сначала он должен убедить Каффу в том, что его выбор взвешен и обоснован и он спустя какое-то время не захочет переменить его. Только после этого Каффа развернет для него проход в требуемом направлении.

– А что за тип этот Каффа? Какой-нибудь Цербер трехглавый?

– Каффа – это скорее не существо, а философское понятие, близкое по смыслу к индуистскому представлению о карме. Но только без последующего перерождения. Каффа определяет ответственность человека не столько за то, что он в жизни совершил, сколько за то, чего он по тем или иным причинам сделать не успел, не смог или не захотел.

– Как это? – не понял Андрей.

– Согласно философии Каффы, человек всегда должен быть нацелен на какое-то конкретное действие. Отшельник, проведший всю свою жизнь вдали от людей, предаваясь молитвам и мыслям о праведных делах, с точки зрения Каффы, прожил отведенные ему годы впустую, потому что не совершил ничего – ни хорошего, ни дурного.

– Значит, Каффа все же судит поступки людей?

– Каффа судит людей за бездействие.

– А если человек совершает действия, которые влекут за собой трагические последствия?

– Любое действие лучше полного бездействия.

– Каффа оправдывает даже то, что совершил Юнни?

– Каффа не оправдывает, но и не обвиняет. А дать оценку своим действиям должен сам человек, представший перед Каффой.

– У меня голова от этого идет кругом, – пожаловался Андрей.– Я ничего не могу понять.

– Ну, так что там, насчет Прохода Каффы? – вслух обратился он к Гефару. – Ты считаешь, что, воспользовавшись им, мы сможем попасть в Гиблый бор?

– Да, собственно, куда пожелаете, – заверил Андрея Гефар.

– А пошире его сделать нельзя? – взглянув на проход, спросил Эйх.

– Зачем? – мрачно глянул на него Гефар, заранее настроившись на ожидание очередного фортеля.

– Боюсь, что машина в него не войдет, – озабоченно покачал головой Эйх.

Гефар только рот раскрыл от изумления. Для того чтобы прийти в себя, ему потребовалось пару раз как следует кашлянуть в кулак.

– Слушай, лейтенант, – обратился он к Андрею. – Поделись секретом: как вы все до сих пор еще живы? Я, к примеру, даже и вообразить себе не мог, что кому-то может прийти в голову идея въехать в Проход Каффы на бронированном лимузине!

Андрей недовольно поморщился – он уже понял, что за банальной сентенцией последует очередная театральная миниатюра в исполнении Гефара.

В пароксизме праведного возмущения Гефар вскинул руки к небесам, словно призывая и их стать свидетелями надругательства над древними святынями. Но над головой у него простиралось не небо, а серый купол пространственного кокона, накрывшего Дошт, с прилипшим к нему красноватым пятном Борха-2. Это мрачное зрелище как-то сразу привело Гефара в чувство. Прекратив изображать из себя артиста-трагика из кружка художественной самодеятельности при Дворце культуры ассенизаторов, он опустил руки и снова обратился к Андрею. На этот раз уже вполне спокойно и по-деловому:

– Если мы собираемся воспользоваться Проходом Каффы, то придется идти пешком.

– А если нет? – процедил сквозь стиснутые зубы Шагадди.

– В таком случае я не могу поручиться за то, что мы доберемся до места к назначенному сроку. – Гефар ответил на вопрос Шагадди, даже не посмотрев на сержанта, а продолжая, как и прежде, обращаться к Андрею так, словно это он задал вопрос.

– Сколько времени займет путь через Проход Каффы? – Задав вопрос, Андрей достал из кармана таймер и мельком взглянул на его светящееся табло. До времени, когда будет открыт внепространственный переход, оставалось около тридцати трех часов – чуть больше кедлмарских суток.

– Шутить изволите? – язвительно усмехнулся Гефар. – Дорога Мертвых – это вам не скоростное шоссе с указателем ограничения скорости на обочине. Но сколько бы времени ни занял путь через Проход Каффы, быстрее нам до Гиблого бора не добраться. А если честно, то я вообще не имею представления, как иначе выбраться из этого квартала. Он нереален, и, двигаясь наугад, мы можем проплутать по нему не один час.

– А как же ты нас нашел? – спросил у Гефара Лантер.

– Будем считать, что мне просто повезло, – улыбнувшись, ответил ему Гефар.

– Но ты уверен, что Проход Каффы приведет нас именно в Гиблый бор? – еще раз решил уточнить Андрей.

– Более того, – ответил Гефар. – Он выведет нас именно к тому месту в Гиблом бору, которое вы намерены отыскать.

– Я ему не верю! – решительно заявил Шагадди. – Нет никакого смысла бросать машину с припасами!

– У нас нет иного выхода, – спокойно возразил ему Андрей. – Возьмем с собой только самое необходимое – еду на сутки и боеприпасы.

– Мне тоже это не нравится, – покачал головой Эйх. – Даже если мы и доберемся до Гиблого бора тем путем, который предлагает нам Гефар, то как мы потом назад вернемся? Среди людей, которых мы надеемся отыскать, могут оказаться и раненые.

– О возвращении подумаем после того, как доберемся до места. – Чтобы положить конец дальнейшим рассуждениям на данную тему, Андрей перешел на приказной тон: – Десять минут на сборы. Каждому на спину рюзак: на дно еду, сверху – боеприпасы.