Империя Тигвердов. Танго в пустоте - Тереза Тур

Вот за что мне нравился Императорский дворец — так это за систему водоснабжения. И организацию помывки.

В моих покоях, например, был небольшой такой, метров на десять бассейн. В одном углу размещалось «лежбище для котиков» — как это я называла — неглубокое место, где можно было понежиться в струях воды, бьющих их стенок. Рядышком прямо из потолка также лилась вода.

Один недостаток — все это настраивалось не рычажками, как у нас, а силой мысли. Хочешь воду похолоднее или с другой интенсивностью — представь. Сначала я мучалась — местные чудеса меня решительно не слушались, словно издевались. Но к концу первой недели я приноровилась — и стала получать удовольствие.

Сегодня я решила устроить бунт. После работы я вытребовала право отправиться в гипермаркет. В Санкт-Петербурге. Никогда не думала, что прогулка с тележкой между стеллажами может доставить такое удовольствие. Потом, сразу после того, как меня переместили во дворец, предупредила охрану, что хочу побыть одна. К ужину тоже не выйду. Зачем? Моего стратегического запаса на несколько дней хватит. И все как на подбор — вредное и вкусное. Еще я купила себе несколько книг — веселых и «макулатуристых». Надо бы все-таки посетить и книжный магазин в империи. Тот самый, где мы были с Ричардом. Наверное, продолжение детектива, которым я увлеклась, уже издали. А то первая часть закончилась на самом интересном.

Я проплыла свои положенные сто метров — и отправилась мыть голову. Стояла, зажмурившись, под нежно ласкающими струями воды — и вдруг почувствовала на своей спине чьи-то обжигающе-горячие ладони. Странно, но у меня даже не возникло сомнения, кто это:

— Ричард, — сказала я недовольно, превозмогая острое желание прижаться к его нахальным рукам. — Что ты здесь делаешь?

— А с чего вы взяли, — сказал у меня над ухом чужой голос, — что это незаконный сын императора?

Я захлебнулась воплем — и рванулась из чужих рук. Конечно же, поскользнулась и рухнула в воду, поднял целый столб брызг.

— Вы не ушиблись? — вежливо поинтересовался принц Брэндон, сверкая знакомыми черными глазами.

— Какого черта! — заорала я. — Убирайся!

Я создаю защитный кокон — но он словно и не замечает моей защиты.

— Вас тоже заводят игры в преследование? — неторопливо пошел на меня мужчина.

— Вы не смеете!

— Отчего же? — неуловимо быстрое, смазанное движение — и он опускается рядом со мной, его руки хозяйничают по моему телу, я кричу и выворачиваюсь. Но он сильнее. Намного сильнее.

— Пусти… — почему-то мне кажется, что это не на самом деле, что это во сне…

Рвусь изо всех сил, кричу так, что кажется — еще не много — и я сорву голос. Он только смеется:

— Что же вы? Подстилка брата, обманывающая его с отцом. Подстилка отца, изменившая ему с братом. Разве вы не хотите еще одного представителя императорского рода. Для коллекции?

— Брэндон, — прошу я того, кто впечатывает меня в кафель купальни.

— Не надо. Пожалуйста.

— Отчего же? — рокочет он. И я понимаю, что он не торопится, потому что забавляется моим ужасом.

— Из-за вас брат пошел на отца, а император приказал его убить. Все это из-за вас!

— Принц Брэндон, — изо всех сил я пытаюсь говорить спокойно, — посмотрите мне в глаза.

— Я вас уничтожу.

Я изворачиваюсь, беру его лицо в свои ладони — пристально смотрю в черные глаза — точно такие же, как у Ричарда. Как у Фредерика.

— Я не верю, что у такого отца может быть сын-насильник, — говорю я тихо-тихо. — Это же не вы. Это просто не можете быть вы… В вашей семье мужчины нежные, удивительно трепетно относящиеся к женщинам. И вы такой же. Вы просто не можете этого сделать…

На долгое-долгое мгновение мне становится страшно — мне кажется, что ничего не прекратиться — и Брэндон, отмерев, продолжит. Но он вдруг начинает моргать — из взгляда уходить похотливость, ожесточение и ненависть. Появляется растерянность, словно он не понимает ни где он, ни с кем.

— Я под заклятием, — быстро говорит он, перекатывается, освобождая меня. — Бегите. И зовите на помощь. Сейчас вас услышат.

Я вскакиваю — только не поскользнуться, только не поскользнуться. Боюсь поворачиваться к сыну императора спиной — мне все кажется, что как только я это сделаю, он на меня набросится. Начинаю звать — сначала едва слышно, потом громче и громче:

— Ричард! Помоги мне!

— Быстрее, — стонет наследник. — Это сильнее меня. Я долго не смогу противится…

— Ричард! — кричу я. — Где же ты!!!

Оказываюсь у выхода из купальни, бегу прочь, захлопываю дверь. Спальня, гостиная. Слышу за спиной рычание. Кричу изо всех сил — почему меня никто не слышит? Где моя охрана, в конце концов? Почему Ричард не пришел мне на помощь?

— Вероника? — раздается знакомый голос. — Что случилось? Ты кричишь? Ты плачешь?

— Ричард! — я кидаюсь к нему на шею, начинаю целовать, — ты пришел… Он пытался…

Рычание за спиной уже не пугает меня до сумасшествия, я понимаю, что меня защитят.