Скорость Тьмы - Валентин Леженда

На подступах к гостевому домику полковника остановили два офицера «Анненэрбе», держащие на поводках огромных пси-псов.

Слепые собаки принялись тщательно обнюхивать Штауффенберга.

Полковник не выдержал и довольно резко поинтересовался:

— Может, вы еще и меня обыщете?!

— Не нужно так нервничать, полковник, — спокойно отозвался один из псиоников. — Стандартная проверка, ей подвергаются все участники совещания. Все в порядке, вы можете идти.

Штауффенберг смерил эсэсовцев презрительным взглядом и двинулся к гостевому домику.

Разумеется, пси-псы легко находили взрывчатку, обладая более острым чутьем, нежели обыкновенные собаки. Но полковник знал, как обмануть их, заранее положив в портфель запрещенную с 1939 года Библию.

Достать Великую Книгу было нелегко, но неожиданно помогли англичане, передав ее по специальным каналам.

Таймер бомбы был установлен заранее ровно на 12:40. То есть взрыв произойдет через восемь минут.

«Во всяком случае, должен произойти», — мысленно поправил себя фон Штауффенберг.

Немного помедлив, он вошел в комнату для совещаний.

Фюрер стоял у самого дальнего окна. Он даже не повернул головы, когда полковник деликатно поприветствовал присутствующих. В последнее время Гитлер слышал только исключительно себя.

Кроме вождя нации в гостевом домике находились полковник Хайнц Брандт, генералы Гюнтер Кортен и Рудольф Шмундт. Над главным столом склонился полковник Курт Кох.

Остальные задерживались. Что ж, тем лучше: меньше жертв.

Штауффенберг невозмутимо посмотрел на часы и, поставив портфель на пол у большого стола, произнес:

— Извините, господа, но я отлучусь на несколько минут. Мне нужно позвонить в Берлин.

Никто не стал ему препятствовать.

До взрыва оставалось четыре минуты.

Полковник вышел наружу, с удовлетворением отмечая, что псионики уже убрались. Отойдя подальше от гостевого домика, Штауффенберг нервно закурил, подспудно понимая, что эта сигарета в его жизни последняя.

Сейчас он даже не думал о том, что его вполне могли видеть из окон комнаты совещаний. Спешащий сделать срочный звонок полковник стоял у проволочного заграждения и спокойно курил. Это не могло не вызвать подозрения, но на подозрения времени уже не оставалось.

Когда раздался взрыв, Штауффенберг даже не обернулся.

А на что там смотреть? Как огненный цветок за секунду разрывает на куски одноэтажное здание? Такое он много раз видел, но только на фронте.

Затем, отшвырнув сигарету, Штауффенберг достал из кобуры пистолет и пошел обратно к дымящимся развалинам.

Он сделал все, что было в его силах, теперь на его место придут другие.

Фюрер медленно выбирался из-под развороченных взрывом обломков.

Вид вождь нации имел жутковатый: волосы сгорели, правая рука была неестественно выгнута назад, одежда в некоторых местах тлела.

Штауффенберг выстрелил. Почти в упор.

Выстрелы откинули Гитлера назад, фюрер упал на спину, нелепо загребая здоровой рукой.

Полковник хотел убедиться, и он убедился.

Перед ним была бездушная кукла, а не живой человек из плоти и крови, который давно был бы уже мертв, погибнув еще там, в воздухе, в собственном самолете.

Интересно было бы узнать, кто же управляет этим существом, кто за него говорит, когда пустая внутри кукла открывает рот. Но...

Фюрер снова попытался подняться, из дырок в его голове сыпалась мелкая серая пыль.

В пистолете оставался всего один патрон. Штауффенберг приставил дуло к своему виску и, подмигнув вставшему во весь рост вождю, нажал на курок.

Полковнику повезло, осечки не случилось.

Вцепившиеся в его спину рычащие пси-псы уже рвали лишившуюся жизни плоть.

Утром монах-проводник все-таки сбежал, каким-то совершенно немыслимым способом освободившись от опутывавших его веревок.

Это очень сильно задело честь Зикса, собственноручно пеленавшего пленника волчьим узлом.

— Просто непостижимо... — бормотал он, осматривая разорванные веревки. — Похоже, он их просто перегрыз.

Подошел Фох, присел на корточки, перебрал брошенные на землю обрывки.

— Да нет, скорее уж перерезал чем-то острым. Думаю, ему помогли.

Зикс не ответил, чертыхаясь сквозь зубы.

Экспедиция благополучно застряла в самом начале. Горы были рядом, но, куда идти, мог указать лишь сбежавший проводник.

— Хорст, Зигель, вы прямо сейчас отправитесь в Лхасу. Возьмите одну из машин и постарайтесь все сделать как можно быстрее.

— Но позвольте, что мы будем там делать? — возмутился явно не выспавшийся профессор.

— Вы попросите далай-ламу Тхутпэна выделить нам другого проводника, — теряя терпение, пояснил Зикс — По-моему, это очевидно. Хорст, вы запомнили монастырь?

— Конечно, — подтвердил Карел, — тот монастырь самый крупный в Лхасе. В конце концов, если мы заблудимся, местные жители подскажут нам верную дорогу.

— Вы, по-видимому, рассчитываете, что тибетцы хорошо владеют немецким? — усмехнулся Зикс.

— Нет, — спокойно ответил майор, — я рассчитываю на то, что профессор вполне сможет с ними объясниться.

— Зигель?

— Ну, в некотором роде... — замялся археолог.

— В таком случае вперед. Да, если хотите, можете взять одного из наших охранников.

— Нет уж, спасибо, — тут же запротестовал профессор, — я и так за время перелета весь провонял погребом...

Зикс рассмеялся, но настаивать не стал.

Карел сел за руль ближайшего «Кюбельвагена» и они с Зигелем покатили в обратном направлении к Лхасе.

— У вас, наверное, отличная зрительная память, — предположил археолог.

— Это у меня профессиональное, — кивнул майор. — Кроме того, я изучил много всевозможных материалов этнографического и исторического характера, касающихся Тибета и его древней столицы. Не люблю работать вслепую.

— А вы знаете, каково ваше непосредственное задание?

— Ну, разумеется, классификация рас Тибета. Я вот только не пойму, как оно сочетается с нашей главной целью.

— Кстати, классификацию местных рас уже проводили. Если мне не изменяет память, в тысяча девятьсот тридцать восьмом году, — посчитал нужным сообщить профессор. — Кажется, этим занимался некий антрополог из СС, Бруно Бергер.

— Совершенно верно, скорее всего, вы имеете в виду экспедицию Эрнста Шеффера конца тридцатых годов. В то время контакты с Лхасой только налаживались.

— Но ведь никто из членов той экспедиции не пропал, все благополучно возвратились домой в Германию.