Град разбитых надежд - Мария Токарева

— Кто у тебя там сдох, сосед? — фыркнул снизу из-под лестницы старик-чистильщик, выплескивая на улицу помои. — Трупы никак прячешь?

— Да так, яблоко сгнило, — отмахнулся Джоэл, поднимая за ссохшуюся ножку сморщенный коричневый остов, закатившийся под стол. Даже дома его преследовало гниение.

Это подношение Батлера пропало. Джоэл поморщился: не успел доесть, когда отправился провожать спешащую Джолин. А думал, что все убрал. Неужели он с тех пор так и не появился в этой мансарде? Дни сливались с ночами дежурств, коротким сном и кропотливой работой над архивными тайнами. Да еще к ней примешивалась тревога за друзей, давило сознание бессилия. Если он и хотел кому-то помочь, если и был в силах, то эти «кто-то» постоянно отвергали его помощь.

— Яблоко? — крякнул сосед, почесывая дряблый стариковский зад в сизых подштанниках. — А вонь, как будто ты прирезал ту девицу…

— Да заткнитесь вы! — крикнул на него Джоэл, зло пробормотав себе под нос: — Да что же это в этом городе все так любят шутить о смерти, со смертью и во имя смерти! Как будто тем других нет.

Собственный дом без Ли превращался в такой же карцер, как на нижнем уровне психушки. И запах плесени неизменный, и сырость похожая. Дом без близких людей — та же тюрьма, но из которой можно выйти в любой момент.

Джоэл торопливо переоделся и двинулся через задние дворы на юг к академии. Сперва он заглянул к Ли. Друг обитал на соседней улице, на первом этаже.

«Спит», — успокоился Джоэл, когда привычно запрыгнул на перевернутый ящик и краем глаза заглянул в щель между стеклом и драной занавеской. Жилище Ли не отличалось изысканностью, деньги он тратил только на красивую одежду. Те же сундуки, колченогие табуретки и грубо сколоченный стол. И, конечно, сети Ловцов Снов. Они неизменной паутиной покачивались в узкой длинной комнатке, но ни в одном из них Джоэл не заметил гадких созданий, которых так боялся напарник.

Ли просто спал после тяжелого дежурства, впервые за долгое время на удобной кровати, а не в карантинной камере. Джоэл со спокойным сердцем направился к Энн.

Она как раз проводила утреннюю тренировку с новобранцами. Обучающихся постепенно переводили на ночной режим и учили сну в неудобной позе. Некоторые не выдерживали, уходили и даже сбегали, но первогодки радостно упражнялись на плацу, разминаясь и отжимаясь перед тренировочными поединками. Их ласкали лучи рассвета, они еще не погрузились в вечную ночь.

«Дети, наивные дети», — подумал Джоэл, глядя через стальную ограду на две группы девушек и юношей от шестнадцати до восемнадцати лет.

— Джо! — помахала ему издалека Энн. — Чего стоишь как неродной? Заходи!

— Сейчас, обойду до калитки.

— Да что там, давай через забор, — рассмеялась Энн. Она выглядела спокойной и выспавшейся. Ее предложение перемахнуть через забор было шуткой: прочная ограда заканчивалась острыми кольями и колючей проволокой. А на специальных столбах по периметру круглые сутки висели огромные Ловцы Снов, чтобы максимально обезопасить будущих охотников в период обучения. Такие же тяжелые и крупные конструкции украшали каждое стратегически важное здание. Квартал Богачей так и вовсе навесил их в огромном количестве на стену вокруг района и на каждое имение по несколько штук.

— Вот именно через забор! Какой пример я подам твоим подопечным. Позволь уж зайти через калитку, — ответил Джоэл, чувствуя, как у него теплеет на душе. Все-таки он был не один в этом мире, не один в этом городе кошмаров и моргов.

— Ладно, так и быть, позволяю. Ну что, покажешь нам что-нибудь сегодня?

— В другой раз. Ночь была тяжелой. Я пришел поговорить с тобой, — сказал Джоэл, заходя через пропускной пункт академии. Энн вышла навстречу, не забывая следить за новобранцами.

— Как дела, учишь их? — спросил он, глядя на первые попытки новичков нанести удар деревянным мечом по соломенному чучелу. У кого-то получалось ловко, у кого-то неуклюже, но все неизменно радовались маленькому успеху этой игрушечной борьбы.

И все же Джоэл за годы наблюдений отличал, кто уже проливал по тем или причинам человеческую кровь, а кто только воображал, как впервые заступит на боевое дежурство. И отчего-то романтические мечтатели чаще уходили из академии. На стадии обучения еще свободно отпускали.

Зато изломанные жизнью, слишком рано повзрослевшие ребята, которых отличали серьезные мрачные взгляды, чаще всего успешно проходили курс тренировок и осваивали все премудрости. И в назначенный срок, обычно в двадцать три года, они выходили на улицы. Но даже из них кого-то захватывал жар первой битвы, как покойного напарника Батлера. И они, окрыленные первыми победами настоящей борьбы, раньше срока уходили в небытие.

— Учу балбесов, точнее, на мне-то балбески, — не без гордости ответила Энн, упирая руки в бока. На ней был серый френч, застегнутый на все пуговицы. Они со Стеллой обе любили этот лаконичный форменный наряд. Только Энн еще коротко стригла волосы в юности, а покойная Стелла беззастенчиво носила пышные кудри, которые собирала в тугой высокий хвост на время заданий. Они напоминали неукротимых воительниц древности, которые неслись на колесницах с копьями и луками — Джоэл как-то раз видел дивные картинки в библиотеке.

— Я пришел поговорить о Батлере, — отвлекаясь от праздных сравнений, перешел к делу Джоэл. Лицо Энн тут же вытянулось, неизменная лихая улыбка пропала, отчего ярче проступили шрамы и неглубокие морщины.

— Не надо, я знаю. Знаю уже. Нам раньше тебя сообщили, — отрывисто сказала Энн. — Выпускник. Хороший был парень. Хороший, но очень уж отчаянный.

— Ты бы видела, что с ним сделал сомн, — выдохнул Джоэл, на что Энн небрежно сморщилась:

— Видела, Джо. Ты думаешь, я сладко спала всю ночь? Конечно, видела. У нас статистика ведется, знаешь ли, какой процент «выживаемости» выпускников. И если низкий, начинают нас трясти, мол, подготовка страдает. Мол, мягкие мы очень.

— И тебе не надоело все это? — посетовал Джоэл, представляя объем бумажной работы, которая ложилась на плечи наставников помимо непосредственных задач. И это не говоря о случаях, когда поднимали по тревоге всех охотников вне зависимости от статуса.

— Втянулась, знаешь ли, — отмахнулась Энн, становясь вполоборота и как бы намереваясь уходить.

— А как же Батлер? — спешно напомнил Джоэл, сглаживая свою случайную бестактность.

— Ты предлагаешь с ним работать?

Энн замерла, сцепив руки на груди в замок. Она изучающе рассматривала Джоэла, точно оценивая, не врет ли он.

— Да. Он не хочет больше нести ответственность за «зеленых» новичков.

— Не знаю, Джо, — покачала головой Энн. — Могу подумать, конечно. Но лучше порекомендую кого-то. Более подходящего.

— А чем ты неподходящая? — подался вперед Джоэл. — Энн, ты всегда давала фору даже Стелле.

— Мир ее праху. — Они выдержали почтительную паузу. — Фору или не фору, а сейчас такая работа здесь, что не могу бросить. Видишь вон тех на трибунах?