Белый Волк - Александр Прозоров

На этот раз отдых питерских дам выдался не столь веселым и беззаботным. Ведь каждый день Еремею требовалось отлучаться и забирать с работы своего друга. Удобным было лишь то, что утром, когда Белокотов отправлялся на Ордынскую, гости еще спали — и к моменту их пробуждения машина была свободна. А потом — выставки и музеи, парки и монастыри, магазины и кафе, экскурсии к последней уцелевшей под натиском прогресса архитектуре. В выходные дни Константин никуда не ездил — так что и за город на природу они тоже смогли прокатиться.

Перед отъездом Светлана все-таки не удержалась и «пометила» его территорию, купив пузатый чайник для кипятка и набор из четырех чайных пар с сердечками. Еремей мысленно представил себе, как отреагирует десантник, увидев их по возвращении, но вслух ничего не сказал. Будет и будет, какая разница? Из женщин он все равно больше никого в эту квартиру приглашать не собирался — а мужики способны пить все что угодно из какой угодно посуды. Даже с амурчиками и цветочками.

Потом дамы отправились в Питер, и вскоре Еремей заскучал далее по Светлане — не говоря уже о том, как волк тосковал по своей двуногой подружке. Жизнь словно остановилась. Отвезти-забрать. Отвезти-забрать. Костя Белокотов, внезапно оказавшийся домоседом, отнюдь не сходил с ума и не грустил, хотя и начал слегка припахивать болотцем. Он был деловит, целеустремлен, шуршал какими-то бумагами, хвастался успехами в проталкивании проектов и иногда рассказывал о новых перспективных технологиях, в которых Варнак все равно не разбирался. И все! Дом-работа-дом — и ничего более. Пророчество Зоримиры на месяц вперед не давало Варнаку легального повода навестить ведьму, никакими хобби Еремей еще не заболел, а из-за проклятого «остронюхия» — даже выпить со скуки и то не мог. Оставалось смотреть телевизор, время от времени гулять с Вывеем в еще не огороженных пригородах и торговаться до потери пульса с нумизматами, спуская им свой клад по одной монетке. Не жадности ради, а просто для развлечения. Он даже купил игровой компьютер! Но оторванные от реальности ходилки-стрелялки надоели уже через день, симуляторы — через две недели, а автогонки и вовсе не «завели». Для гонок у него имелись «Паджеро» и мотоцикл.

Не жизнь, а абсолютная пустота…

Когда наконец-то снова ожил телефон, он обрадовался самым настоящим образом:

— Света, милая, как давно от вас не было никаких известий! Ну, как вы там? Как работа, как школа?

— Они украли Вику!!! Вику украли!!! — Слезы и истерика были слышны даже через телефон. — Вику!

— Стоп, стоп… — По спине Еремы пополз противный холодок, а волк, прыгнув на колени, сунул морду в трубку. — Кто украл?! Когда?

— Украли! Еще вчера! Полиция искать не хочет. Говорят, сама потом придет. А ее нет, совсем нет! Я не знаю, где она! — Свету душили слезы.

— Я приеду. Я сейчас… — Он вскочил с дивана, оглядываясь.

— Они позвонили! Они позвонили, назвали тебя! Сказали, ее убьют, если ты не сделаешь…

— Не сделаешь — что?! Света?!

— Я не знаю! Я ничего не понимаю! Они звонят! Они требуют тебя! Они убьют Вику!

— Подожди, — заметался по комнате Варнак. — Голос! Ты слышала ее голос?! Требуй ее! Пусть дадут ей поговорить! Хоть пару слов! Требуй услышать ее голос! Ничего, пока она не скажет хоть слово!

— Они ее убьют, Рома! Они хотят тебя!

— Голос! Ее голос — и я приеду. Я приеду, Света! Приеду! Жди их звонка и требуй разговора! Черт! Черт! — Отшвырнув телефон, он заметался, а Вывей долго и протяжно завыл. Все это в его жизни уже было. Когда волку вырвали душу и выбросили прочь. Зверь был готов на все — и сейчас эта кровавая рана из прошлого жгла сердце Варнаку.

— Знаю! — наконец остановился он. — Идем.

Вечерняя Москва стояла в пробках, но узкий мотоцикл прорезал их, словно игла — топленое масло, в каждом заторе проскакивая в промежутках между машинами до светофора и там, приседая на заднее колесо, первым улетая вперед. Три десятка километров до Акиньшино Еремей пронесся за двадцать минут, затормозил у палисада с розами, просто перемахнул калитку и вместе с волком заскочил на крыльцо, продравшись сквозь колючие ветки. Застучал кулаком в дверь:

— Зоримира! Зоримира, открой! Зоримира!!!

В окнах загорелся свет, внутри послышались шага:

— Кто там?

— Это я, Варнак.

— Чего двери ломаешь? Звонок же есть… — Внутри щелкнула задвижка. — Что у тебя там случилось-то?

— Человек пропал! Нужно найти! Срочно!

— Белокотов пропал?

— Черт с ним, с Белокотовым. Вика пропала?

— Какая Вика?! При чем тут я?! Я сплю уже давно!

— Вика. Девочка. Маленькая, — сдерживая себя, размеренно произнес Варнак. — Она пропала. Нужно найти.

— Но я то тут причем?!

— Ты же ведьма! Ты это можешь!

— Сам ты ведьма! — рявкнула в ответ Зоримира. — Я такими делами не занимаюсь! Там все на крови мешано! Не хочу.

Еремей схватил ее за плечи, крепко их сжал и оторвал гадалку от пола:

— Ты должна ее найти.

Рядом угрожающе зарычал волк.

— Ого… — почему-то именно на Вывея покосилась девушка. — Все так серьезно?

— Ищи! — опустил он ее обратно.