Вьюга в академии - Анна Одувалова

— Он от тебя не отстанет, — уверенно сказала мне Тейна, едва мы отошли от нашей комнаты и от Лестата, который даже подняться не подумал. Так и остался сидеть, изучая спиртное в бутылке. — Сейчас денек пострадает, придумает план реабилитации и пойдет в наступление. Он привык добиваться всего, что хочет. И недавняя история очень яркое тому подтверждение.

— Это ты мне как пифия или как подруга говоришь? — недовольно уточнила я, а в ответ получила смешок.

— Как человек, хорошо его знающий. Лестат упрям. Многие его знают, как избалованного придурка. Он такой не потому, что не может иначе, а потому, что не хочет. Это принципиально разные вещи. Признаться, я не думала, что он пойдет против воли отца в таком важном вопросе. Отказаться от брака было нереально. Ну без конфликта между странами. Ему бы не простили. Ни у нас, ни в Лауриане, а тут только пожурят. Это не оправдывает его, не подумай. Но он точно умнее и целеустремленнее, чем кажется.

— Предлагаешь простить? — зло прошипела я.

— Нет. Просто говорю, что он не сдастся.

Академия гудела. О сумасшедшем поступке Лестата уже все знали. Обсуждали меня, его, в целом ситуацию. Кто-то восхищался и орал по углам: «Вот это мужик, такое провернул, лишь бы не жениться!» — это были в основном парни. Девчонки пребывали преимущественно «в шоке», но в таком лёгком и предвкушающем. О нашем расставании тоже знали, поэтому в глазах и умах прекрасной половины нашей академии Лестат уже снова был свободен, как ветер.

Я видела торжествующую ухмылку Магды и настроилась на неприятную сцену, но подружка Фионы так ко мне и не подошла. Хотя мы сидели относительно недалеко друг от друга. Нас раздела буквально пара столиков.

Возможно, потому что Магда сидела с Фионой. Я не понимала, чем обязана хорошему отношению со стороны блондинки. Особенно сейчас, когда она откровенно злилась на Лестата. Но испытала благодарность за ее молчаливую поддержку.

Впрочем, поесть мне все же спокойно не дали. Если Магду остановила Фиона, то Эмис решил, что имеет моральное право смешать меня с грязью и все же устроил безобразный скандал на ровном месте.

Подошел к нашему столику и с издевкой спросил.

— Что жалеешь, что не приняла колечко? Думала, ухватила рыбу покрупнее, а она соскочила?

— Нет. Не жалею, — отозвалась я. — И вот прямо сейчас ты доказываешь, что я поступила правильно. Ну и по поводу рыбы. Ты же в курсе, что соскочила я? К чему это выступление?

— Хочу, чтобы ты знала, я бы не женился на тебе. Никогда. Такие девушки не для серьезных отношений. На бедных сиротках не женятся, их просто пользуют!

Эмис так увлекся своей пламенной речью, что не заметил появившегося в столовой Лестата.

Принц даже разговаривать не стал. Он просто сначала метнул в стену бутылку, привлекая к себе внимание, потом запрыгнул на стол и проорал.

— Эй, сборище сплетников-идиотов! Вы меня знаете?

В ответ раздалось непонятное бормотание.

— Я не слышу, вы знаете меня?

Да уж, толпу Лестат умел завести. Не отнимешь. Сейчас все внимание в столовой было устремлено к нему.

— Да… — послышались нестройные голоса, которые набирали мощь с каждой минутой и скоро превратились в слаженное: «Да».

— Вы знаете, что значит мое слово? Вы знаете, что я могу испортить жизнь любому из вас? Знаете, что я могу разнести по камушку академию, и меня не выгонят отсюда?

Он спрыгнул со стола и прошелся мимо рядов застывших студентов. Сейчас это был тот Лестат, которого опасались все нормальные люди, и почти не знала я.

— Так вот! Если хоть одна тварь посмеет сказать слово против Вьюги, я вас смешаю с дерьмом. В прямом смысле и в переносном… я не дам вам учиться, жить и потом нормально работать. А знаете почему?

Он снова запрыгнул на стол, уже на другой.

— Потому что я ее люблю! — Проорал он, как ненормальный, перескочил на следующий стол ближе ко мне, и носком ботинка скинул чей-то завтрак. — Она моя! И даже если мы не вместе… никто смотреть в ее сторону косо не имеет права. Тебе понятно, говнюк? — Принц спрыгнул на пол перед Эмисом, и пока тот сглатывал прежде, чем проблеять ответ, со всего размаха ударил его в лицо.

— А вот теперь, нам лучше гордо удалиться… — пробормотала пифия, схватила меня за руку и потащила к выходу. Я не сопротивлялась. Пребывала в состоянии шока. Лестат меня любит? Это он серьезно?

Лестат

Набить морду мудаку было очень приятно. Первый доставивший удовольствие момент за последние сутки. И я бы еще долго не остановился, слушая противные повизгивания Эмиса и разбивая о его наглую морду костяшки пальцев, если бы не пришел Алишер и все не испортил. Как всегда. Единственное, что смирило меня с необходимостью оставить жертву в покое и не разбить нос еще и магистру то, что он принес хорошие новости. Очнулся Вейн.

Я врезал еще раз бывшему Вьюги, так напоследок, чтобы он не расслаблялся, промокнул рукавом кровь с разбитой губы и выскочил из столовой следом за Алишером. Мне было наплевать, что у рубашки оторван рукав, скула ссажена, а губа распухла. Я был еще немного пьян и походил на кого угодно, но не на принца, но мне нравился этот шальной кураж. И мне нравилось то, что я честно сказал всем о собственных чувствах. Да, я любил Вьюгу и не собирался от нее отказываться. А еще очнулся Вейн. Значит, теперь все, и правда, будет хорошо. Пусть не прямо сейчас, но я умею быть настойчивым и терпеливым, если мне нужно.

— Что ты там устроил? — прошипел Алишер. Я видел, как он раздраженно сжал кулаки, словно с трудом удержался от того, чтобы встряхнуть меня за шкирку.

— Бил Эмиса. Он говорил гадости о Вьюге.

— Ты же понимаешь, что ты это говоришь преподу? Лестат, такое поведение недопустимо в стенах академии, даже тебе.

— Мне все равно. Вам терпеть меня еще полтора года. Все равно не выгоните.

— Твой отец так не считает… — уже спокойнее отозвался Алишер. И в его голосе мне послышалось беспокойство. Интересно, из-за чего он переживает? Из-за меня или из-за дара, который еще не отшлифован и не полностью раскрылся. Может быть, я и избалованный мерзавец, но зато очень талантливый.

— Ты его сегодня видел? — поинтересовался я. — Если нет, то подожди, он изменит решение. Если еще не изменил. Поверь мне, я очень хорошо его знаю. И его слабые места…

— Что ты сделал?

— Ты не захочешь это слышать. — Я усмехнулся и ускорился.

— Лестат, ты играешь с огнем.

— Нет, Алишер. Я играю со своим отцом. И это было увлекательно. Не мешай мне.

Магистр вздохнул, но спорить не стал. Знал, что бесполезно.

Было бы странно, если бы папа и мама не явились в лекарское крыло вперед нас с Алишером. Меня порадовал бледный вид сиятельного лорда. Даже лучше, чем я задумывал. Все же я залезал в голову к отцу и поэтому действовал очень осторожно. Навредить ему цели не было, просто нельзя сомневаться в таланте собственного ребенка. Это неправильно.