Флоренс и Джайлс - Джон Хардинг

— Фло! — завопил он, с трудом переводя дыхание — видно, несся бегом вниз по лестнице. Глаза у него возбужденно блестели. — Скорее, туда! Мисс Тейлор и миссис Граус сцепились не на жизнь, а на смерть!

Тут братик запнулся, вспомнив о моей лодыжке: «Ах да!», и, подбежав ко мне, подставил плечо, чтобы я могла на него опереться. Сейчас он был совсем прежним Джайлсом, настолько непохожим на теперешнего, чужого, каким сделала его наша гувернантка, что глаза у меня наполнились слезами. Братец подставил мне не то плечо, со стороны здоровой ноги. Когда я об этом сказала, он тут же обежал вокруг и встал с нужной стороны.

Сверху слышались теперь возбужденные голоса обеих женщин, они уже перешли на крик, но разобрать слова все равно было невозможно. Мы с Джайлсом только доковыляли до двери и вышли в вестибюль, как вдруг наверху раздались страшный шум и треск, а потом громоподобный удар — и мы успели увидеть, как экономка кубарем пролетела по ступенькам почти до самого низа, и ее голова со всего маху ударилась о холодные, твердые плитки пола с ужасным звуком. Миссис Граус лежала тихо и совершенно неподвижно.

С помощью Джайлса я доковыляла до нее. Мы оказались у ее тела одновременно с мисс Тейлор, которая с встревоженным лицом, громко топоча, сбежала вниз по лестнице. Тут же подоспели Джон и Мег, услыхавшие грохопадение миссис Граус.

Мисс Тейлор обвела нас всех взглядом.

— Что-то ее испугало, — заявила она, заглядывая поочередно в наши лица, словно ища в них подтверждения своим словам. — Она замахала руками и… не понимаю, как это случилось, она стояла спиной к лестнице… оступилась и, должно быть, потеряла равновесие, потому что вдруг упала. Я хотела ее удержать, схватить, но все случилось так быстро, и… и… эээ… к тому же, я стояла слишком далеко.

Я увидела, что гувернантка комкает в руке письмо капитана Хедли и билеты на пароход.

Мег стояла на коленях около бесчувственной миссис Граус, положив голову ей на грудь. Вот она выпрямилась и заговорила:

— Сердце бьется, и крови не видно, так что надежда есть. Джон, выводи-ка лошадь да поезжай к доктору Бредли. Постарайся привезти его сюда как можно быстрее. Мисс Тейлор, детям не нужно на это смотреть. Уведите их отсюда поскорей.

— Да… Да, конечно, — прошептала мисс Тейлор, а я заметила, как она спрятала бумаги в карман. — Идемте, дети, идемте.

Осторожно обойдя несчастную экономку, гувернантка хотела, по-видимому, увести нас в классную комнату, но, осознав, что мы не идем за ней следом, обернулась. Увидев, как Джайлс пыхтит, подставляя мне плечо, мисс Тейлор только тут вспомнила о моей лодыжке и вернулась. Джона отправили за доктором, так что отнести меня на второй этаж было некому. Отодвинув Джайлса, гувернантка сама обхватила меня за талию:

— Идем в библиотеку.

Она помогала мне идти по длинному коридору. Мы все молчали. Я так беспокоилась за миссис Граус, что ни о чем другом просто не могла думать. Эта женщина находилась рядом со мной всегда… или, по крайней мере, столько, сколько я себя помнила. Пусть нередко она вела себя как старая глупая гусыня, зато обладала добрейшим сердцем и всегда была с нами ласкова.

В библиотеке мисс Тейлор усадила меня в удобное большое кресло, а сама принялась расхаживать взад и вперед. Ее лицо — прежде мне доводилось видеть на нем лишь бесстрастную маску или фальшивую улыбку, да иногда еще злобу — теперь было искажено безумной тревогой. Я не могла устоять перед искушением и подлила масла в огонь.

— Это вы ее убили! — заявила я гневно.

Прекратив мерить библиотеку шагами, гувернантка посмотрела на меня:

— Нет! Не говори так. Это трагическая, нелепая случайность. Бедная женщина невероятно разволновалась, потеряла равновесие и упала. Вот и все.

— Вы толкнули ее, вы сущий дьявол!

Джайлс перевел смятенный взгляд с нее на меня:

— Фло, нельзя так разговаривать. Разве могла мисс Тейлор желать зла миссис Граус? Зачем это ей?

— Затем, что это не мисс Тейлор, — ответила я, не сводя с нее глаз.

Она отшатнулась, будто я ее толкнула.

— Не мисс Тейлор? — задумчиво произнес Джайлс, но потом весело расхохотался: — Да будет тебе, сестренка, конечно, это мисс Тейлор, кто же еще?

— Мисс Уитекер! — выпалила я.

Наша новая гувернантка долго смотрела меня — мне казалось, что так можно смотреть, придумывая объяснения. Наконец она выдавила улыбку и покачала головой:

— Не обращай внимания на то, что говорит твоя сестричка, Джайлс. У нее бывают очень странные фантазии.

Она направилась к камину, вынула что-то из кармана — я знала, это было хедлиписьмо — и швырнула в пламя. Мне ничего не оставалось, как молча проводить глазами исчезающую в дыму бумагу: вот она вспыхнула, края начали заворачиваться, вот лист сложился, почернел и съежился, а потом осыпался пеплом, чтобы исчезнуть, будто его никогда и не было. Я снова осталась без улик и без помощников.

Джайлс смотрел то на одну из нас, то на другую, потом пожал плечами:

— Вообще-то, это я придумал, мисс, уже давно. Но теперь я больше так не думаю. Мисс Уитекер была настоящая злюка. Она запретила Фло приходить сюда и вообще не разрешала ей брать книги. Вы на нее совсем не похожи.

Мисс Тейлор одарила мальчика ласковой улыбкой:

— Благодарю тебя, милый Джайлс.

— Ой, мисс, и знаете, что еще?

— Что, мой дорогой?

— Мы пропустили завтрак!

Мы проковыляли назад, в маленькую столовую. Миссис Граус все еще лежала у подножия лестницы, слуги боялись ее трогать. Мег позаботилась, чтобы бедняжке было удобнее: подложила под голову подушечку, а сверху набросила одеяло. Было странно видеть неподвижной эту женщину — обычно такую шумную, энергичную и очень деятельную. Я видела, что грудь ее ритмично поднимается и опускается, но никаких других признаков жизни миссис Граус не подавала и никак не реагировала на происходящее вокруг.

Мы едва успели закончить завтрак — точнее, завтракал один Джайлс, потому что я ела почти так же мало, как и гувернантка, то есть почти ничего, — когда услышали, что подъехал доктор. Вскоре после его прибытия мисс Тейлор вызвали, и по тому, как Бредли разговаривал с ней (мы с Джайлсом, разумеется, подсматривали и подслушивали сквозь щелку), было похоже, что доктор считает гувернантку старшей в доме — по крайней мере, так он решил для себя. Доктор Бредли сообщил ей, что у экономки сотрясение мозга и она без сознания. Когда же гувернантка поинтересовалась, какие могут быть последствия, Бредли покачал головой и забормотал:

— Боюсь, пока я не могу дать уверенного ответа, для этого требуется наблюдение. Возможно, миссис Граус очнется отдохнувшей, как после полуденного сна, и никаких дурных последствий не будет. Но может быть и по-другому: она впадет в кому, и тогда последствия будут намного, намного более серьезными. Вот что я предлагаю, сейчас мы с Джоном перенесем ее на кровать и устроим поудобнее. Я буду навещать вас каждое утро, ну, а уж если через два-три дня мы не дождемся улучшения, надежнее будет перевести миссис Граус в окружную больницу. Там ей будет обеспечен надлежащий уход — береженого бог бережет.