Слотеры. Песнь крови - Виталий Обедин

Бакалавр только хмыкал, сноровисто работая иголкой. А поработать пришлось изрядно — на неглубокие, но многочисленные порезы, оставленные кинжалом иберрийца, потребовалось наложить, по меньшей мере, три дюжины швов.

Должен заметить, я всегда больше доверяю игле и нитке, нежели различным medicae acktus (лечебным заклинаниям), каковые имеют свойство подло аукаться в самый неподходящий момент. Мне приходилось видеть солдат, у которых после использования заживляющих чар начинался процесс кристаллизации крови, приводивший к ужасной и мучительной смерти. А однажды довелось наблюдать, как человек, прогуливавшийся по улице, вдруг упал на мостовую и в течение пары минут истек кровью. Старые раны, некогда затянутые при помощи волшбы, внезапно открылись — все разом, среагировав на какой-то сторонний магический раздражитель.

Этого оказалось достаточно, чтобы раз и навсегда сделать правильный выбор: игла, нить, козья печень и много красного вина для восстановления крови.

К тому времени как доктор Шу закончил промывать раны и орудовать иглой, я с трудом сдерживался, чтобы не разругаться. Рука пылала, словно ее погрузили в кипящую смолу. Доктор предложил, было, маковый настой, чтобы притупить боль, но я отказался. Мозги в этом случае, чего доброго, тоже притупятся, а в ближайшее время голова мне нужна будет ясная.

Оставив доктору указание не вызывать стражу до утра и ничего не предпринимать по поводу трупа в моих апартаментах, а также (по возможности) успокоить вдову Маркес, я покинул дом на Аракан-Тизис.

Из-за рассказов о злодеяниях страшного Ренегата улицы Блистательного и Проклятого ночь от ночи делались все более пустынными и тихими. Город выглядел так, будто по нему прокатилось моровое поветрие. Мне, впрочем, еще повезло — случайно подвернулся экипаж, возница которого спешил поставить лошадь в конюшню, да, на свою беду, наткнулся на Выродка.

Несколько серебряных флоринов не улучшили настроения извозчика. Он гнал всю дорогу, спеша отделаться от щедрого, но неудобного клиента и убраться с улиц. Я не протестовал, а посему меньше чем через полчаса оказался у дверей «Шелковой девочки». Тихоня Реджис нашелся там же, где всегда, и в той же позе, что всегда: темный угол, вытянутые вдоль скамьи ноги, скрещенные на груди руки и внимательный взгляд исподлобья.

— Доброй ночи, Реджис, — не стал я нарушать наш ритуал.

— Все ночи одинаковы, Сет, — без особого энтузиазма откликнулся Тихоня.

— Кажется, тебе пора менять реплику. Последние ночи несколько… нетипичны для Ура. Добираясь сюда, я не увидел на улицах ни одной шлюхи. Представляешь?

Шутка ему едва ли понравилась, но Реджис вежливо улыбнулся. Как всегда.

— О. Это серьезный симптом, Сет.

— Я хочу увидеть Ли-Ши.

Тихоня слегка пожал плечами:

— Едва ли получится сегодня. Она занедужила. Сказала, что никого не хочет видеть.

О причине недуга прекрасной анчинки я вполне мог догадаться. Покидая ее после истории с пророком-унитарианцем, я, невзирая на протесты и попытки помешать, перерыл комнату Ли-Ши и забрал с собой все пузырьки с некрой, какие нашел. На хозяйку «Шелковой девочки» это произвело жуткое впечатление и вызвало не менее жуткую реакцию. Яростно крича и ругаясь, путая анчинские слова с уранийскими, она кидалась на меня точно дикая кошка, всерьез норовя выцарапать глаза. Пришлось завернуть ее в одеяло и прикрутить простынями к кровати.

Если с тех пор моя оюнэ не успела раздобыть новую порцию вампирского елея, то сейчас должна жестоко страдать от его отсутствия. Все наркоманы страдают, не получив порцию своей дряни в срок. Судя по тому, что я услышал от Реджиса, не успела.

Некру и раньше-то было непросто сыскать — уж больно «горячий» товар! — а после «подвигов» Ренегата тем более. Из-за охоты, открытой на безумного носферату всеми подряд — городской стражей, Кварталом Склепов, Древней кровью, братством экзекуторов, — любая незаконная деятельность, связанная с вампирами, приостановлена от греха подальше. На дно должны были лечь все: продавцы, производители, доноры. Кому хочется попасть под горячую руку?

— Хочешь сказать, ее «никого» распространяется и на меня?

Я вперил в Реджиса угрюмый взгляд, давящий, словно гранитный валун.

— Я всего лишь передаю ее слова, Сет. Дословно они звучали так: «Никого не хочу видеть», — нарочито медленно, разделяя слова паузами, произнес вышибала «Шелковой девочки».

Я устал за день. И в первую очередь как раз оттого, что с начала охоты за Ренегатом все — решительно все! — норовят сказать мне слово поперек. Приняв вызывающую позу — ноги расставлены, руки уперты в бока, — я брякнул напрямик:

— Надеюсь, это не значит, что ты намерен помешать мне подняться к хозяйке?

— Мне казалось, мы друзья, Сет, — помолчав, проговорил Тихоня, — Друзья не ведут разговоры в таком тоне.

— Значит, это момент испытания нашей дружбы, Реджис ап Бейкон.

Лицо вампира приняло напряженное и мрачное выражение.

Затем черты его разгладились, как у человека, который принял тяжелое, но единственно верное решение. Поза носферату изменилась, он расправил плечи и положил руки на стол так, чтобы иметь возможность в любое мгновение оттолкнуться и прыгнуть.

— Тогда попробуй, Сет.

Я понял, что перегибаю палку, рискуя устроить драку с другом не на жизнь, но насмерть, и отступил:

— Извини. Извини, старина. Я просто немного раздражен. Ты же знаешь, я никогда не причиню ей вреда. И не хотел бы причинять его тебе.

Реджис настороженно кивнул.

— Но я должен задать ей несколько вопросов.

— Сет, я не понимаю. Эта твоя охота. Кровь мессии!.. Ли-Ши не может иметь отношения к Ренегату. Поверь, я бы почувствовал!

— Не к нему, Реджис. — Я положил на стол пузырек из-под некры и катнул его в сторону вышибалы: — К этому.

Тихоня не притронулся к стекляшке, но ноздри его раздулись. Я слышал, будто вампиры тоже используют некру — только на свой лад. Для них она что-то вроде сильного афродизиака.

— Давно она сидит на елее?

Тихоня молчал.

— Реджис!

— Не меньше полугода, — неохотно произнес он, — Это, сколько знаю я. Возможно дольше.

— Ты имеешь к этому отношение?

— Нет. Я даже пытался заставить ее отказаться от крови, но Ли-Ши упряма.

— Ли-Ши — наркоманка! — резко сказал я, — К упрямству это не имеет никакого отношения. Ты знаешь, кто поставлял ей некру?

Вампир покачал головой:

— Нет.

— Подумай еще. Для меня это важно, Реджис. И для Ши. И для Квартала Склепов. И для всего города, черт возьми!

— Нет. Прекрати давить на меня, Сет! — раздраженно огрызнулся вампир. — Ты знаешь, как я отношусь к Ли-Ши. Если бы мне только стало известно, кто поставляет ей некру, я уже нашел бы мерзавца и сломал ему шею. Для ее блага. Но прежде узнал бы, кто делает эту дрянь. И сломал шею уже ему. Для блага гетто.