Кошка из Валесса. Игра теней - Ева Маева

— Почему ты отдаёшь его мне? — прямо посмотрев в непривычно винные глаза Раама, спросила я, — Ты мог оставить клинок себе и даже не рассказывать мне об этом.

— Мог, — не собираясь юлить, согласился демон, — Но всё-таки я заставил тебя сделать лишнюю работу в замке Ле’Куинда. Если бы я не ошибся в своих предположениях насчёт Теалинда, дело могло быть давно уже сделано. Так что считай это моим способом…

— Извиниться? — перебив собеседника, озорно предположила я.

— Оплатить потраченное время, — усмехнувшись моей наивности, исправил меня Раам, — Я же говорил, что помню, как это должно работать, хотя давно уже не занимался контрактами. Мой бог покровительствует справедливости, как-никак.

Слуга Темнейшего небрежно забросил ногу на ногу и лукаво добавил:

— К тому же ты украла кое-что из статуи моего бога, а теперь я украл кое-что из статуи твоего. Думаешь, я упустил бы возможность таким перед тобой похвастаться?

Учитывая то, каким самодовольным выглядел сейчас демон, я бы скорее назвала именно это главной причиной, по которой тот решил отдать мне извлечённый из скульптуры кинжал, а вовсе не какую-то мнимую справедливость.

Впрочем… В чём я была уже уверена насчёт Раама, так это в том, что насчёт него ни в чём нельзя было быть уверенным до конца.

— Кстати, ты чувствуешь что-нибудь? — наткнувшись на моё недоумение, демон уточнил, — Ты говорила, что нож достанет только избранный, и если это случится, то Таящийся вернётся. Бла-бла. Что-то в этом духе.

Я внимательно прислушалась к себе, пытаясь нащупать незримую нить, что когда-то накрепко связывала меня с Иррой. К сожалению, она так и оставалась оборванной.

— Нет, ничего не чувствую, — покивала головой я, и Раам чрезвычайно этому обрадовался:

— Вот и отлично. Значит, мой план по-прежнему в силе.

Тут с демоном было не поспорить. Если бы Таящийся вдруг вернул мне отобранный дар, то мне было бы не в пример проще пробраться через наполненный стражами замок. Зато вот на финальном этапе мне пришлось бы знатно потрудиться, чтобы избежать чувствительных к божественной силе ловушек, установленных вокруг агата.

— Пускай благословения во мне и не прибавилось, но это ведь явно артефакт, — ни капли не обидевшись на замечание Раама, прикинула я, вдумчиво взвешивая подаренный нож на ладони, — Сам знаешь, что мне с таким идти на дело нельзя. Да и деть мне его с этим платьем совершенно некуда. Что, если он пока побудет у тебя?

— Ты что, настолько мне доверяешь, киса? — хмыкнул демон, в который раз за сегодня удивлённый моими словами, — Если я отдал тебе клинок в первый раз, это ещё не значит, что отдам тебе его во второй.

Я оценивающе смерила мужчину внимательным взглядом и, дерзко улыбнувшись, коротко ответила:

— Я рискну.

А заодно проверю, могу ли я и в самом деле ему доверять. Потому что я уже начала впускать его в такие глубины своей истинной сути, куда далеко не каждому была открыта дорога. И мне почему-то очень хотелось позволить Рааму пройти по этой дороге дальше. Разрешить ему рассмотреть меня ещё более пристально, точно так же, как он делал это на фестивале, с искренним любопытством поглощая каждое новое впечатление, которое ему удавалось поймать.

Что же до кинжала… Как пришло, так и ушло. Я ведь сама ничего не сделала, чтобы вытащить этот клинок из статуи, так что мне будет совсем не обидно, если в итоге он всё-таки сгинет у демона. Тот, по крайней мере, сумел по-настоящему его заслужить.

Я протянула руку с кинжалом навстречу Рааму, и тот без единого возражения принял подаренное оружие обратно. Правда, стоило демону взяться за рукоять, как клинок в его ладони сразу же увеличился в размере до изначального, но всё-таки без проблем спрятался под прикрытием графского камзола, совершенно никак не различимый снаружи.

— Не переживай, сделаю так, что Дейран его не найдёт, — сообщил мужчина, когда всё было сделано, — Мне теперь ни к чему раздражать его почём зря.

— Спасибо тебе, — вдруг произнесла я, заставляя бровь демона в очередной раз удивлённо вскинуться, — За кинжал. Ты был прав, такой действительно мне подойдёт.

Раам постарался сделать вид, что остался равнодушным к моей благодарности, но то ли слишком плохо спрятал в своём взгляде искорки гордого самодовольства, то ли намеренно позволил мне их заметить.

В любом случае мне определённо удалось ему польстить.

— Пойдём, киса, — поднявшись с лавки и слегка потягиваясь, произнёс демон, словно уже успел порядком заскучать от нашей беседы, — Такая чудесная ночь на дворе, а ты её тратишь на то, чтоб пожрать. И вообще, почему я должен сам придумывать себе развлечения? Ты меня на фестиваль пригласила, ты меня и танцуй.

А что… Звучит как весьма неплохая идея.

Несмотря на то, что Раам говорил, будто сумеет удерживать контроль над телом графа только до конца дня, словно сказочная принцесса, которой нужно было вовремя вернуться с бала, мы с ним провеселились на празднике почти до самого утра. Мы танцевали до упаду, как будто мир вокруг нас собирался вот-вот обрушиться, смеялись и шутили так бессовестно и грязно, что я могла поклясться клинками Таящегося, будто видела искреннюю улыбку демона куда больше одного раза, и даже ради забавы пытались убедить несчастную жрицу Амелии немедленно нас поженить, вопреки всем принятым правилам и церемониям. А когда нас увлекло стихийное состязание на выпивание, спонтанно организованное кем-то из гостей праздника, то мы не стеснялись заливать в себя так много алкоголя, что под конец соревнования при одном лишь взгляде на открытый огонь должны были немедленно загореться.

Словом, в пылу веселья я сама не заметила, как успела безбожно напиться, и к завершению празднования на ногах меня удерживал разве что крепкий локоть Раама, за который я хваталась так отчаянно, словно он был единственной оставшейся на плаву доской посреди Широкого моря. Демон, в отличие от меня, казался совершенно трезвым, хотя, между прочим, в прошедшем состязании победителем вышел именно он, и поэтому на него легла ноша по доставлению наших усталых тел в “Золотую башню”. Причём легла буквально, поскольку меня настолько вымотала прошедшая ночь, что я готова была завалиться спать даже на мостовую. Раам, конечно, пытался возражать против такой неожиданной роли, однако мне пришлось напомнить ему, что он обязался помогать мне как словом, так и делом, пока я на него работаю, так что против подписанного его же рукой контракта у