Странник - Альберт Джоуль

Смерть всё так же осталась безучастна к моим речам. Какое-то время мы оба молчали, стоя друг напротив друга. Я пытался подобрать ещё какие-то слова, она — смотрела на меня немигающим взглядом. Наконец, она развернулась ко мне спиной.

— Я рядом.

— То есть ты не станешь убивать королев? — уточнил я.

— Нет. Если ты сам преподашь им урок.

Внутри похолодело ещё больше... увы, это всё, на что я мог рассчитывать, и это хотя бы небольшой шанс развернуть всё в лучшую сторону. Не убивать их, на это я готов не был! Но остановить... я верил, что смогу остановить двух ши, сохранив им жизнь.

— Хорошо. Я сделаю это.

Надежда кивнула в знак согласия, и её силуэт дрогнул во всполохе тёмно-бордового пламени телепорта. Возможно, придворные лепреконы снова развернули всё в лучшем виде для Алой и Белой, но легче мне от этого не стало. Их жизнь теперь зависит от меня, и я постараюсь сделать всё, чтобы они пережили эту ночь.

Я успел обойти все шатры, запуская «правки» в заклинание. Хлопок — и вся структура заготовки резко уменьшила радиус действия. Где-то рядом с последним шатром завибрировала рация.

«Альфа — Бродяге, сходка у центрального шатра, конец связи», — раздался голос Акеллы. Отлично, это всего лишь через пару шатров от меня. Другие гости фестиваля тоже подходили к центральному шатру; начиналось главное представление.

Хмурый Акелла маячил у входа, когда я его нашёл.

— Чешир околдован. Королевы имеют на него какие-то планы. — вынес вердикт оборотень, и нахмурился ещё больше. — Сбежал раньше, чем я успел ему это объяснить!

Я бросил сканирующий взгляд на центральный шатёр: феи подготовились на полную. Известный мистический праздник, попадающий в уважаемое Двором Колесо года. Огромная толпа восторженных одарённых, сплотившаяся в ожидании весёлого представления. Сетка заклинания... зная магию лепреконов, я сам не был уверен, что мои правки будут допущены правилами канвы Удачи.

Но делать нечего, поэтому мы двинулись навстречу представлению.

Центральный шатёр был переполнен, так что смешаться с толпой труда не составило. Чувство тревоги неотвратимо отступало: все присутствующие пребывали в радостном ожидании праздника, да и сам Акелла тоже, кажется, расслабился. Места на трибунах были заняты почти моментально, без давки и ссор. Даже наоборот: посетители делились друг с другом сладостями, менялись местами, обменивались шутками и комплиментами превосходной организации, фотографировались на память... попытка просмотреть это в магическом спектре ничего не дала: на такой концентрации одарённых что-либо углядеть не представлялось возможным. Мы с Акеллой пристроились на лестнице, когда свет в шатре погас; чтобы умиротворение не сильно околдовывало меня, я гладил кулон и кольцо: артефакты позволят сохранить мне ясность разума.

Оркестр в красно-белых ливреях заиграл туш, и на сцене показался ведущий. Эльф в маске белого кролика под бурные аплодисменты протрубил в горн, и провозгласил:

— Вы знаете и любите их, наших благодетельниц и чудодеек, главных на празднике жизни, градоправительниц чудеснейшего из городов! Сегодня в эту дивную ночь они снова преподнесли нам всем волшебный праздник, во имя радости и духа Сказки! Встречайте, Их Величества, Алая и Беля Леди!

Публика снова взревела от восторга, когда в ложе над оркестром появились обе королевы в парадных обликах: не две забавные старушки, а две грациозные прекрасные молодые женщины. Одна с огненно-рыжим водопадом волос в белом платье, расшитым жемчугом; вторая — как отражение похожая на неё, но беловолосая, и в ярко-красном наряде схожего покроя, украшенном рубинами. Королевы грациозно помахали восторженным зрителям, а «кролик» поклонился и скрылся из виду.

— Друзья! Дорогие друзья! Сегодня, в эту дивную ночь, случится то, чего мы все так долго ждали! — провозгласила Белая своим оперным сильным голосом. — Скажите, хотели бы вы жить в радости и веселье?

Толпа одобрительно загудела.

— Желаете ли вы красивой музыки и вкусной еды?

Опять положительные возгласы.

— Любите ли вы нас так же, как мы любим вас?

Третий положительный ответ... всё в точности по канонам высоких плетений Ши. Мне это очень не понравилось, особенно когда королевы-сёстры переглянулись с победными улыбками.

— На рассвете, специально для вас, мир озарит истинное Волшебство! А пока... да начнётся Шоу!

«Ночь-проводник, спрячь наши тени...» — если что-то я и мог сделать в этом случае, то хотя бы скрыть нас с Акеллой, и надеяться, что никто из остальных участников нашей вылазки не заглянул в шатёр.

Феи оставались верны себе: оркестр играл ритмичную, музыку, причудливо смешивающую в себе эльфийское изящество и аляповатую жизнерадостность бродячего цирка, а на арену выпрыгнули акробаты в клоунских костюмах, обозначая начало номера. Пока ничего подозрительного, если не вспоминать знаменитые хороводы фэйри, но никого из зрителей актёры не уводили.

Чешир!

Из-за кулис выпрыгнул и сам Валет, одарив возликовавшую публику обаятельной улыбкой на розово-фиолетовой пушистой мордочке. Про то, что на «Майской ночи» будет выступать главный котофей Интернета, знали все! Акелла поджал уши и едва слышно зарычал: даже простым зрением было видно, что околдованный фэйри был, фактически, безвольной частью плетения шатра. Хуже всего — с этого ракурса он совершенно неспособен разглядеть манипуляции над собой, а любая попытка разрушить заклинание, могла его и вовсе убить.

Что задумали королевы?!

Музыка стала ещё более заводной и торжественной, а выступающие образовали знаменитый хоровод, взявшись за руки в танце, чем-то похожим на цирковую вариацию сиртаки. Я зачарованно смотрел за выступлением, понимая, почему фейские хороводы считаются настолько опасными: акробаты выделывали такие трюки, и на такой скорости, что повторить похожее неподготовленному было невозможно!

Правда, Чеширу удавалось справляться, пушистым мячиком прыгая по спирали выступающих, но его псевдо-облик тем и был удобен — летающий кот, способный менять размеры, и с лёгкостью вытворять любые фокусы потехи ради, очень эффектное колдовство!

Тройное сальто, и мерцающего волшебными искрами котофея подхватили свисающие с лент воздушные акробаты, спрыгнувшие из распахнувшихся под потолком шатра порталов. Публика ахнула от красоты номера,