Жених в гробу - Оксана Олеговна Заугольная

Меня почти тошнило от его жадных прикосновений, но выбора у меня не было. Я потянулась к нему и обняла ладонями его лицо. На мгновение его взгляд смягчился, и он приподнялся, чтобы поцеловать меня.

Из-за этого взгляда я замешкалась. Не стоило, я поняла это, едва он выпрямился, попутно задирая мою юбку до панталон. Его губы и зубы принялись терзать мой рот, и мне бы в жизни не пришло в голову решить, будто это поцелуй. Но хуже было другое — теперь, когда он снова возвышался надо мной, ещё сложнее было протолкнуть шарик с зельем в его рот.

Да, мой план напрямую касался мыльных пузырей, хотя шарик был покрепче. Его наколдовал Викуэль и пообещал, что он не должен порваться раньше времени. Теперь же я пыталась вытолкнуть шарик языком, что в таком яростном поцелуе было сделать отнюдь не просто.

Но я справилась. Чувствуя одну руку у себя в панталонах, а язык с чуть сладковатым зельем на нём — в своём рту, я понимала, что справилась. Шарик лопнул во рту Звояра. Но по инерции часть зелья попала ко мне в рот вместе с отвратительно настойчивым языком.

— Стерва, — рыкнул Звояр мне в рот, пытаясь напоследок прокусить губу, но я уже не знала, преуспел он в этом или нет — это моё тело отключилось, и я снова очнулась в яме на кладбище у столицы.

Моё второе тело от долгого сидения в яме всё занемело и замёрзло, так что я принялась как следует растирать ноги и руки. Именно за этим занятием меня и застали. Я увидела, как разрытую могилу, а вместе с ней и меня накрыла тень, и подняла голову.

— Здрасте, — я покрепче ухватилась рукой за изящную витую ручку лопатки для камина. — Как поживаете?

Мне не ответили.

— Я тут ничего не делала, — поспешила пояснить я и против воли вспомнила, что, вообще-то, Бриена именно из этой могилы выкопала именно я. — Сейчас. И вообще. Плохого точно. И я уже собиралась уходить.

Я поднялась на ноги.

— Вот, уже ухожу!

— Куда ты собралась, — я впервые слышала его голос, и мне показалось, что я зря всё время боялась этого человека. А он протянул мне руку, чтобы помочь выбраться. — Тебя же ищут по всему городу. Пойдём со мной.

И вот уже через полчаса я отогревалась в маленьком домишке сторожа, пила вкусный чай, стараясь не думать, какие травы он заваривал и где конкретно брал. Всем известно, что лучшие дикие розы растут на кладбищах! А розовый цвет и ярко-оранжевые сладкие плоды создавали поистине вдохновляющий напиток.

— Некроманты, — вздохнул сторож, когда я закончила свой сбивчивый рассказ. — Каждый раз с вами одно и то же. Устроите бардак на кладбище, и след ваш простыл. А убирать кто будет? Мертвецы даже заново упокоенные за собой могилки не приберут!

Я была уверена, что сторож молчун, но тут он нехило разошёлся, видно и впрямь эта тема его волновала.

— В могилах всё перерыто, земля сквозь дыры в крышке сыпется внутрь, — перечислял он. — Цветы сброшены, могильные камни стоят как попало, литы разбиты или сдвинуты, в склепах двери едва на петлях держатся!

Я пристыженно молчала. А что тут, собственно, скажешь? Всё правда. Мы такие молодцы, всегда следили, чтобы мертвецы возвращались в могилы. А что там дальше — не наша забота.

— А когда на чужих кладбищах практику проходите, так и вовсе с вами сладу нет, — продолжал сторож. — Только успевай за вами поправлять. А то и вовсе додумаетесь перед праздниками прийти. А я должен всё успеть убрать. А то потом как объяснять родственникам усопшего, что их дедушка полночи носился по кладбищу и только прилёг?

Я отпила ещё немного чаю. Так и есть. Разговаривать с кем-то некроманты не любили. Вроде как и вовсе не наша эта тема.

— Ты ещё ладно, — смягчился сторож. — Без повода никого не поднимаешь, да и потом в силу своих слабеньких возможностей могилы приводишь в порядок. Но егоза какая! Но что живого с кладбища увела — за то хвалю. Это хорошо, не дело на кладбищах такому твориться. Так что я тебе помогу, конечно.

Я встрепенулась. Поможет? Но как?

— Как понимаешь, беда твоя мне известна и понятна, я и сам за ночь все кладбища королевства обойти должен, — усмехнулся сторож. — Но в отличие от матери моей, я один, а не один в сотне лиц. Просто порог у меня тоже магический.

Он кивнул на порог у входа.

— Где загадаешь выйти, там и выйдешь, — пояснил он мне то, что я и так поняла. — Из кладбищ, конечно.

Я готова была расцеловать старика, если бы не воспоминание об отвратительном поцелуе со Звояром.

— Поторопись, — потребовал сторож, вдруг перестав улыбаться. — На кладбище пришли нюхачи.

Дважды повторять мне не стоило. Нюхачи и без того искали меня довольно долго, но теперь им было меня не обскакать.

Я порывисто обняла сторожа — и надо же было мне его столько лет бояться! А он отличный человек оказался! И, представив нужное мне кладбище, шагнула через порог.

Взглядом я успела уцепиться за идущих гуськом нюхачей, их металлические головы поблёскивали вдалеке, но мгновение — и всё пропало.

Я вышла из точно такой же сторожки, но уже на другом кладбище. Здесь было чище, аккуратнее, а вдалеке возвышался прекрасно известный мне замок — университет.

Казалось, что даже воздух здесь другой. Дышалось легче.

А ещё здесь было катастрофически шумно для кладбища. Разумеется, мне стоило поторопиться и идти именно туда, откуда раздавался шум.

Хотя, будем честными, это требовало от меня немалого мужества. Ведь что я знала о том, что здесь произошло? Лишь последнее, что успела запомнить моё второе я, прежде чем заснуть мёртвым сном.

А подействовало ли на Звояра зелье достаточно хорошо, чтобы он тоже мирно спал рядом с несостоявшейся супругой, или же с ним сейчас шла битва не на жизнь, а насмерть, мне только предстояло узнать. И как назло, у меня всё ещё была с собой только несчастная лопатка для камина!

Глава 20

Спящие в гробу

'Несмотря на то, что мои исследования,

без всяких сомнений, имеют величайшее значение для науки,

я придерживаюсь одного простого правила:

хороший маг только мёртвый'.

Ифигения Астаросская.

«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки».

Я уже издалека увидела, что никакой драки нет, но шагать быстро, едва