Возвращение - Александр Прозоров

— Фу, какая гадость!

— Вот именно.

Динамик разразился длинной тирадой. Кудряшка вскинула голову, встрепенулась:

— Ой! Кажется, мы идем на посадку. Пристегнись и убери острые предметы… Смотри, смотри в окно! Видишь эти белые облака?

— Вижу.

— Так вот, это не облака. Это горы. Мы прибыли.

Одной возможностью Середин все же воспользовался. Капнув на усы, ворот ветровки и на волосы масла сандала с сон-травою и настроив энергетику на излучение спокойствия и уверенности, он отдал таможеннику паспорт Роксаланы, крепко обняв ее за плечо. Тот, привыкнув, что у пассажиров чаще всего все в порядке, поддался воздействию и решил: все в порядке и на этот раз, — проштамповал страничку в загранпаспорте девушки.

— Классно, — захлопала в ладони кудряшка, едва они вышли в просторный холл аэропорта. — Тебе только контрабанду возить!

— Спасибо тебе, красавица, — вернул он паспорт. — Ну, вот и все, нам в разные стороны.

— Нет, так нечестно! — попыталась загородить ему дорогу новая знакомая. — Мне же интересно! Я буду помогать! Ты обещал научить меня колдовству!

— Я тебя найду, — пообещал Середин, закидывая спортивную сумку на плечо. — Но сейчас мне нужно ехать дальше одному. Это мужское дело. В этой сваре тебя могут уничтожить, даже не заметив твоего существования. Это большая игра, с большими ставками.

— Да ты знаешь, кто мой папа? Да я могу купить всю эту страну вместе с ее банками и склянками! Не тебе учить меня большим играм.

— Я и не собираюсь, Роксалана. Мы просто расходимся в разные стороны. Все, прощай!

Олег решительно развернулся и направился прочь. Сориентировался в сторону группы, которая двигалась с сумками и чемоданами, увешанными яркими бирками, — значит, с рейса, — вместе с ней спустился ниже этажом, вышел на крытую стоянку, уставленную автобусами. Толпа, с которой он увязался, разделилась на несколько групп и стала грузиться. Между тем, на рейсовые машины эти «сараи» никак не походили. У лобовых стекол стояли таблички, начинающиеся со слова «HOTEL», а дальше шли меняющиеся названия. Да и вообще, парковка — это не остановка. Середин покрутился, подошел к белокожему толстяку в куртке со светоотражающими полосками:

— Плиз… Ай нид э тэкси стэнд.

— Э-э… — взмахнул полосатой палочкой толстяк и что-то затараторил. Палочка указала на дверь, из которой Середин вышел, потом направо, налево, еще раз налево, наверх.

— Сэнкью вэри мач.

Олег бодро направился указанным маршрутом. Минут пять он пробирался между какими-то стойками, указателями, уперся в табличку, изображающую стилизованную машину с шашечками наверху, повернул по стрелке, поднялся на этаж, вышел в стеклянную дверь… И оказался на железнодорожной платформе.

— Вот нечистая сила! Электричка.

Он прошелся взад-вперед по платформе, остановился возле группы чернокожих парней, одетых наподобие скоморохов в цветастое тряпье, и спросил снова:

— Экскьюз ми, ай нид э тэкси стэнд.

Пятеро негров заговорили все сразу, активно жестикулируя. Олег послушал, кивнул, вернулся обратно в здание. Второй этаж, пройти через весь зал, по небольшому коридору попасть в другой корпус, здесь, вроде, налево… Он толкнул дверь — и оказался в ресторане.

— Да что за проклятье такое? Рано повернул, что ли?

Он возвратился к предыдущему проходу, свернул в другую дверь, поднялся по широкой лестнице на три этажа и вдохнул свежий воздух: здесь была смотровая площадка, с которой открывался прекрасный вид на огромное летное поле, заставленное десятками самолетов, на сам аэропорт, зеленый лесок за ним и далекие горы. Но вот чего здесь не было совершенно — так это такси.

— Экскьюз ми, — обратился он к пожилой паре, любующейся окрестностями. — Ай нид э тэкси стэнд.

— А-а, — обрадовался мужчина и указал вниз, что-то старательно рассказывая.

— Понял, спасибо… — по-русски поблагодарил Середин. — Я так и думал, что все они где-то внизу.

Ведун сбежал до самого конца лестницы, повернул направо и вновь проделал весь маршрут к железнодорожной станции, но на сей раз на второй этаж не поднимаясь.

— Должна же где-то здесь быть земля и дорога? Значит, сюда, направо и еще раз направо… — И он оказался в длинном зале со стойками, на которых лежали красочные буклеты, а за прилавками сидели девицы с широкими лягушачьими улыбками. Над головой шумно прогрохотал поезд, заставив все здание мелко затрястись. — Убей меня кошка задом, кто же этот лабиринт придумал?

Одна из девиц приподнялась со своего места, взяла буклет, призывно им помахала:

— Would you buy a cheap tour through the most beautiful places in Switzerland?[1]

Середин подошел ближе, тяжело вздохнул:

— Плиз, ай вонт э тэкси стэнд.

— Don't understand…[2]

Олег ощутил сзади хороший толчок, резко обернулся, сбрасывая сумку с плеча, и увидел Роксалану:

— Ну что, Олежка, сокращенный курс английского по нормативам ВЦСПС от пятьдесят шестого года? Ты хоть знаешь, о герой магических сражений, что в Швейцарии немножко понимают на немецком, итальянском, французском, ретороманском языках, и очень скудно — на английском? Да еще с таким убийственным нижнетагильским акцентом.

— Что ты здесь делаешь?

— Я же говорила, — рассмеялась кудряшка. — Я люблю приключения. А вот что ты делаешь в «тревел-маркете»?

— Где?

— Ну, в зале для туристических агентств? Хочешь заказать небольшую экскурсию перед решающей битвой?

— Я ищу стоянку такси.

— Нет, о великий герой! Тебе не нужно такси. Во-первых, ты не напасешься на них никаких франков, а во-вторых, ни за что не сможешь объяснить, куда тебе нужно проехать. Тебе нужен прокат автомобилей. Шопинг-центр, зона «G1», третий этаж. У тебя ведь есть загранпаспорт с швейцарской визой? Тогда никаких проблем. Заполняешь, объясняешь, подтверждаешь…

— Ты сможешь взять мне машину?

— Я могу взять машину себе. А потом поехать в одиночестве в Лугану, либо с тобой — в Брюннен. — Она склонила голову набок и подмигнула зеленым глазом: — Что скажешь?

— И чем я должен буду отплатить за такое счастье?

— Ну-у, — мечтательно посмотрела в потолок курносая красотка. — Ты научишь меня колдовать… У-у… Ты возьмешь меня на битву со злым колдуном. У-у… Ты будешь послушным мальчиком. И никакого секса!.. У-у… Ты не станешь от меня прятаться, когда все закончится, и сделаешь меня самой большой и могучей колдуньей… У-у… Ну, остальное я скажу потом. Согласен?