Обладатель-сороковник - Юрий Иванович

Загралов обратил внимание на одну оговорку и указал на неё Лучезару:

– Ты сказал: «…может случиться «избавление от нашей воли»? Может?

– Ну да, там так и написано. То есть «может» и не случиться. Тут ты прав… Но! Никто не проверял, да и проверять не захочет эту часть инструкции. Да и сам ты неужели станешь рисковать? Тем более что кандидатур достойных хватает в любом случае.

– Ну да, кандидатур хватает, – вынужден был признать Иван. – Но, честно говоря, вы меня с этим предупреждением расстроили… Так хотелось попробовать, а в результате и постоянную связь приобрести с союзником на любом расстоянии…

Полусотники руками развели. Словно утверждали: «Мы тебя предупредили, а дальше уже выбор за тобой! Право победителя твоё никто не оспаривает, и ты вправе сам распоряжаться трофеем».

Да и усталость стала сказываться. Леон первым, как самый старый и немощный, предложил отдохнуть от треволнений насыщенного дня.

На том и порешили, закончив прения примерно до полуночи. Запасное тело Ивана тут же было переброшено из «гаража» Москва-Сити в родную «Империю Хоча», и сам обладатель твёрдо вознамерился заняться тренировкой своего четвёртого потока сознания. Правда, для этого пришлось отказаться от секса, завершающего сутки, солидно поругаться (пожалуй, впервые в совместной жизни) с супругой по той же причине отказа и выместить своё раздражение на младших жёнах, которые с неуместным энтузиазмом попытались помирить Ольгу с Иваном. Только после этого все оставили обладателя в покое, и он, улёгшись в гостевой спальне в гордом одиночестве, приступил к экспериментам.

Первое запасное тело помогало учёным в лаборатории. Причём весьма и весьма осторожно, с оглядкой, так сказать. Второе участвовало в беседе между целителем Хочем, ведданой Заришей и новым колдуном в команде, Яковом Шереметьевым. Там было тоже интересно, как и весьма безопасно в плане головокружения или неверно сказанного слова.

Ну а основное тело контролировало резервуары с накопленной энергией третьим потоком сознания. Тогда как созданный четвёртый поток попытался проникнуть Дальней Сферой Визуального Контакта в ту самую гостиницу «Метрополь», где проживал наиболее интересовавший его субъект. То есть Иван решил попробовать с помощью своего ноу-хау проникнуть в покои Рио-Валдеса и раскрыть хоть некоторые секреты. Ведь смог же он однажды с помощью «Глаза» раздвинуть игольчатую сферу вокруг Апостола и Свифта! Там ведь тоже имелись препятствия в виде «слепой зоны», и только слишком яркий и упругий свет помешал ему тогда подсмотреть за наставниками.

Помнилось, что с помощью Визуального Контакта удавалось рассмотреть тайники Туза Пик и Большого Бонзы, то самое место, где они хранили Кулон-регвигатор. А ведь там тоже имелась «слепая зона», непроходимая для фантомов. Иной вопрос, что в таком пространстве Иван ни материализовать фантома не мог, ни его дух туда протолкнуть. Ну, в данный момент этого и не требовалось.

Другое дело, когда он использовал «Глаз» в боевой обстановке. Тогда у него на прицепе висела высшая ведьма, а во втором случае и ещё несколько ведьм в единой связке. Тогда прорываться приходилось с боем, попросту грубо взламывая оборону противника, давая ему тем самым о себе знать и готовиться к бою.

Но сейчас-то воевать не надо. Следовательно, и ведьмы в помощь не нужны. Только и стоит, что попробовать незаметно проникнуть в чужую сферу отторжения и осмотреться внутри. Заодно получится отличное освоение, тренировка и развитие четвёртого потока сознания.

К большому сожалению, первый час, как Загралов ни старался, ничего у него не получилось. То сознание раздваивалось, и контроль над Дальней Сферой рассеивался, то банально голова сразу у всех тел кружилась, и запасные старались опереться спиной в угол да, открыв рот, отдышаться. Хорошо, что свидетелей таких припадков ничего не смущало: все в курсе, все из одной команды.

Но на втором часу тренировка принесла плоды. «Глаз» сформировался довольно стойкий, и уже с его структурой удалось приблизиться в буферной зоне к той самой колючей сфере, которая окружала ближайшее жизненное пространство агрессивного, коварного и непредсказуемого Семёна Тюрюпова. Как и в первый раз, удалось мягко раздвинуть торчащие шипы-колючки, и лишь затем по сознанию ударил яркий, отталкивающий непонятный свет. Видимо, так всегда реагировали некие силы личного резервуара обладателя. Но теперь Иван к этому оказался готов и практически вслепую продолжил двигаться вперёд, преодолевая непонятное сопротивление словно сгустившегося воздуха. Потом давление резко спало, слепящий свет исчез, и лазутчик оказался в личной зоне вокруг Санчеса, которую можно было отметить радиусом в восемь-девять метров. Расход личной энергии из Цепи при этом действии уходил сродни сразу пяти потокам к фантомам, но кажется, такие траты того стоили. «Видимость и слышимость» оказались идеальными.

Кстати, «слепую зону», к тому же слишком мудрёную, сценарист установил не только в своих апартаментах, но и у соседей. И сам к моменту подсмотра находился в номере Джека. Потому удалось к этим друзьям-киношникам подобраться вплотную, незаметно. Как выяснилось, они только что заявились в номера и довольно бурно обсуждали женские достоинства самых шикарных русских девушек. Оба изрядно навеселе, раскрасневшиеся и ведущие себя как порядочно поддатые страдальцы по женской ласке. Точнее, большим страдальцем выглядел актёр, что, в общем, в его далеко за семидесятилетнем возрасте казалось вполне оправданным.

– Какие цыпочки! Какие бомбончики! – восклицал он с пьяным восторгом. – А ты видел, как они все на меня смотрели? Неужели каждая из них согласилась бы пойти со мной?

– Легко! Я ведь тебе объяснял… – Санчес панибратски похлопывал приятеля по плечу. – Здешние гёрлы с такой знаменитостью, как ты, с визгом побегут. Ещё и сами доплатят за удовольствие. Вон две ко мне сейчас подвалят…

– Ну… в твоём возрасте всё можно! А вот в моём…

– Не ной! Ты ведь уже прочувствовал, что состояние твоё стало улучшаться?

– О-о! Ещё как! – Джек расплылся в счастливой улыбке. – Ты заметил, сколько я сегодня выпил и как отплясывал?

– А то! Омолодить тебя не удастся, слишком всё запущено… А вот до крепенького мужика под шестьдесят… Ха-ха!

– Скорей бы! Тогда бы уж я этих девиц!..

Теперь уже хохотали оба, непонятно с какой стати так радуясь. Ведь даже в случае возвращения половой активности старого ловеласа и дамского угодника этому надо радоваться, а не высмеивать с сарказмом. Хотя, возможно, что это у них именно так выражался восторг по поводу будущих вакханалий. А может, они вместе собирались устраивать вечеринки, полные разврата.

Тюрюпов долго смеяться не стал. Резко затих, напрягся и стал с недоумением оглядываться по сторонам. Затем мотнул головой, словно прогоняя из неё хмель, и вообще стал чуть ли не принюхиваться.

– Ты чего? – обратил внимание на его действия приятель.

– Да вот, кажется, нас подслушивают… – пробормотал тот, стараясь то ли ухом, то ли носом определить в комнате наличие постороннего.