Огонь и лед - Эрин Хантер

Огнегрив глубоко вздохнул. Надо торопиться, малыш уже начал замерзать. Огнегрив на прощание кивнул сестре и бросился в кустарник.

Котенок оказался тяжелее, чем он думал. Он болтался у Огнегрива в пасти и протестующе попискивал, ударяясь о передние лапы своего дяди. Вскарабкавшись по склону оврага, Огнегрив почувствовал, что у него онемела шея. Он побежал вниз, аккуратно переставляя лапы, боясь поскользнуться в хлюпающей слякоти.

У входа в лагерь Огнегрив немного помедлил. Только теперь он подумал о том, как объяснит появление малыша в лагере. Если сказать правду, придется признаться в том, что все это время он тайком навещал сестру. Если солгать… Впрочем, времени на раздумья уже не было, котенок начал мелко дрожать от холода. Огнегрив решительно расправил плечи и шагнул в папоротниковый туннель.

Малыш возмущенно запищал, уколовшись о какую-то колючку. Сразу несколько котов с удивлением обернулись и замерли, увидев Огнегрива, вышедшего на поляну с котенком в зубах.

Обе охотничьи экспедиции уже вернулись в лагерь. Кисточка, Буран, Горчица и Папоротник сидели на поляне, не хватало только Крутобока. Привлеченные шумом и незнакомым запахом, из пещер стали высовываться и другие коты. Никто не произнес ни звука. Все взгляды были устремлены на Огнегрива, и во всех он читал настороженность, опаску и вопрос. Они смотрели так, будто он был чужаком!

Не выпуская из пасти котенка, он медленно вышел в центр поляны и обвел глазами собравшихся. Во рту у него пересохло от волнения. Неужели он ошибся, решив, что племя с радостью примет в свои ряды чужака?!

Когда из пещеры целительницы показалась Синяя Звезда, Огнегрив почувствовал, что у него гора с плеч свалилась. Но облегчение сменилось страхом, когда он поймал изумленный взгляд предводительницы, устремленный на незнакомого котенка.

Это еще что такое? — холодно спросила Синяя Звезда.

У Огнегрива сжалось сердце. Голос предводительницы не предвещал ничего хорошего. Он положил малыша между передними лапами и обернул хвостом, защищая от холода.

— Это первенец моей сестры, — ответил он.

— У тебя есть сестра?! — сурово спросил Коготь. — Где она живет?

— Ясное дело где! — с отвращением прошипел Долгохвост. — Там же, откуда родом сам Огнегрив! У Двуногих, вот где!

— Это правда? — спросила Синяя Звезда, и ее глаза распахнулись еще шире.

— Да, — признался Огнегрив. — Моя сестра отдала мне своего котенка, чтобы я принес его в племя.

— Почему она сделала это? — голос Синей Звезды был угрожающе спокоен.

— Я… Я рассказал ей о жизни в племени, — взволнованно залепетал Огнегрив. — Я рассказал… как здесь хорошо… И вот… — поймав недоверчивый взгляд Синей Звезды, он смешался и замолчал.

— Как давно ты навещаешь жилище Двуногих?

— Совсем недолго, честное слово! С начала сезона Голых Деревьев… Но я ходил туда только для того, чтобы повидаться с сестрой! Я по-прежнему предан Грозовому племени, клянусь!

— Предан? — прокатился по притихшей поляне презрительный голос Долгохвоста. — И тем не менее ты приволок сюда домашнего котенка! Немного же стоит твоя преданность!

— Не хватит ли нам одного домашнего выкормыша? — проскрипел кто-то из стариков.

— Приняли одного домашнего, а он в благодарность притащил нам второго! — выплюнул Дымок, негодующе ероша шерсть на загривке. От избытка чувств он повернулся к Горчице и ткнул ее носом в бок, приглашая разделить его негодование. Горчица неуверенно посмотрела на Огнегрива и опустила взгляд на свои лапки.

— Зачем ты принес его сюда?! — взревел Коготь.

— Нам нужны воины… — прошептал Огнегрив.

Словно в подтверждение его слов малыш начал жалобно попискивать у него из-под живота, и Огнегрив понял, что выглядит ужасно глупо. Он опустил голову, с отчаянием слушая возмущенный вой, который вызвали его слова у котов племени.

Когда крики и оскорбления немного поутихли, слово взял Ветрогон.

— У племени и без того полно поводов для беспокойства! Не хватало нам еще домашнего младенца!

— Он слишком мал! — поддержала его Кисточка. — Пройдет не меньше пяти лун, прежде чем он сможет приступить к тренировкам!

Белоснежный Буран одобрительно кивнул головой.

Ты не должен был нести сюда этого малыша, Огнегрив, — проворчал он. — Он слишком нежен для суровой жизни племени.

Этого Огнегрив уже не мог снести.

Я тоже родился домашним котенком! Разве я оказался слишком нежен?! — с отчаянием крикнул он.

Одно время ему казалось, что племя, приняв его в свои ряды, простило ему чуждое происхождение, но все оказалось лишь иллюзией! Глядя вокруг себя, он не видел ни одного дружелюбного или хотя бы сочувственного взгляда.

И тут из-за спины Бурана раздался громкий голос.

Если малыш одной крови с Огнегривом, он станет хорошим котом для племени!

Огнегрив затрепетал от радости и облегчения. Это был голос Крутобока! Безумная надежда затеплилась в его груди, когда он увидел, как Буран отступил в сторону, а остальные коты дружно обернулись, уставившись на серого здоровяка. Крутобок обвел глазами сгрудившихся на поляне котов, спокойно встречая их недоверчивые взгляды.

Опять заступаешься за своего дружка, Крутобок? — протянул Долгохвост. — Что-то у тебя быстро меняется настроение! Вчера вечером мне показалось, что ты хотел порвать его в клочья!

Крутобок спокойно посмотрел на ехидничающего Долгохвоста, но тут вперед выскочил Частокол:

В самом деле, Крутобок! С чего ты взял, что кровь Огнегрива достойна нашего племени? Наверное, ты убедился в этом вчера, когда едва не откусил ему лапу?

Синяя Звезда выступила вперед, глаза ее потемнели от тревоги.

Огнегрив, я верю, что ты не изменил нам, навещая свою сестру, но как ты мог согласиться принести сюда ее котенка? Ты не имеешь права в одиночку принимать такие решения! Это касается всего племени, значит, и решение должно принять племя.

Огнегрив с надеждой посмотрел на Крутобока, ожидая поддержки, но друг отвел глаза. Огнегрив обвел взглядом всех — и не встретил ни одного одобрительного. Все прятали глаза и отворачивались. Он похолодел. Неужели он окончательно подорвал свое положение в племени, принеся сюда котенка Принцессы?!

И тут Синяя Звезда заговорила снова:

— Коготь, что скажешь ты?

— Я что скажу? — рявкнул Коготь, и Огнегрив поежился, услышав надменную радость в голосе глашатая. — Я скажу, что надо как можно скорее избавиться от этой обузы!

— Златошейка?

— Мне кажется, он слишком мал и не доживет до сезона Юных Листьев! — заявила рыжая королева.

— Уже к утру малыш подхватит Зеленый Кашель! — поддержала ее Кисточка.