Волк. Студент - Виктория Гетто

— Я знаю.

Мягко ответил он.

— Вы не виноваты, так не стоит извиняться. Против Природы не пойдёшь…

Та вскинула голову, счастливо улыбнулась. Правда, тоже почему то виновато. Открыл сумку, достал кубики обогревателей, дал ей два.

— Прилепи их на стену сзади. Хорошо?

— Айе! Как ты добр!

Даже слезинка блеснула. Гордо вскинула руку, демонстрируя студенткам содержимое ладони. Млин, да что с ними?! Стоят с застывшими, потерянными лицами, у большей части глаза на мокром месте. Ан, нет! Робкие, счастливые улыбки зажигаются маленькими фонариками… Оставшиеся два прикрепил лично, тщательно следя, чтобы кафедра, с которой ведут занятия профессора, не попала в зону их действия. Проверил, включил, с хитрым видом поманил удивлённую его манипуляциями старосту, поставил перед собой:

— Смотри. Тут тепло?

— Да!

Счастливо выдохнула та.

— А теперь сделай два шага к месту преподавателя.

Подмигнул. Та зарделась, но послушно загнула вперёд.

— Айе!

Торопливо шмыгнула назад, хлопнула изумлённо длинными ресницами. Опять назад, только медленнее, даже сдёрнула матерчатую варежку, поёжившись, когда оказалась на кафедре. Тут же вернулась назад:

— Это как?

Личико стало хитрым — хитрым:

— Ас Архим в жизни не догадается!

Кивнул.

— А ар Зархак? Ей скажем?

Помедлил, потом вздохнул:

— Посмотрим.

— Добавил. На её поведение…

Та хотела ещё что-то спросить, но удар колокола, проплывший по корпусу и возвестивший начало занятий, заставил всех броситься по своим местам… Едва он уселся на своё место, как в аудиторию вошла профессор ар Зархак. Выглядела она не очень. По сравнению с находящимися в помещении остальными соплеменницами, но куда лучше тех, кого видел Александр в университете. Впрочем, та, бросив мгновенный взгляд на его место, прошагала к кафедре и быстро произнесла:

— Профессор ас Архим взял сегодня выходной, поэтому пока его буду замещать я… Девочки, что с вами произошло? Староста! Аль Айири!

Названная поднялась, упрямо прикусила губу. Мотнула головой:

— Не скажу! Это тайна группы.

— Знаю я вашу тайну!

Профессор поёжилась, ткнула рукой в Александра.

— Вот она сидит. Человек!

— И что?

Неожиданно всегда тихая и вежливая саури буквально взорвалась:

— И что, что он — человек?! Он куда добрее наших мужчин! И лучше! Если бы не он — то…

Осеклась, спохватившись. Ас Зархак тоже замолчала. Потом буркнула, оглядевшись и застыв взглядом на Айили, блаженно щурящейся от ощущений и тепла.

— Оль Кузнецова, после занятий подойдёшь ко мне. Надо поговорить.

Аури медленно поднялась, демонстрируя обновку:

— Как пожелаете, профессор.

— Садись.

Та снова опустилась на своё место.

— Темой сегодняшнего нашего занятия будет…

Читала сегодня материал ас Зархим медленно, неуверенно. Спотыкаясь на каждом предложении. Иногда её лицо искажалось гримасой боли, к тому же саури серела, точнее, её кожа принимала тот самый привычный оттенок сизости, типичный, как стало ясно, для солнечной лихорадки. Шлёп. Едва слышно ударился свёрнутый в комок листок бумаги перед ним. Развернул. Угловатыми письменами саури было написано одно слово:

— Пожалей!

Вздохнул, поискал глазами того, кто кинул, наткнулся на просящие взгляды доброго десятка саури. Медленно поднялся. Ас Зархим прервалась на полуслове, зло взглянув на вставшего человека.

— Что ты себе позволяешь?!

И тут на него накатило…

— Иди сюда, женщина! Быстро, когда тебе приказывает мужчина!

Профессор рефлекторно шагнула к нему, но тут же застыла на месте, лицо исказилось:

— Да как ты смеешь, сопляк, бледнокожий урод! Приказывать мне! Твоему педагогу!

— Иди сюда, или ты проклянёшь день, в который родилась!

Ас Зархим издала странный звук, слово всхлипнула, качнулась вперёд, назад, а потом просто рухнула на ледяной пол.

— Айе…

Поражённо выдохнула группа.

— Мать Богов!

Ноги уже сами несли его к столу. Подхватил тело с пола, тут же рванулся в тёплую зону.

— Девочки! Быстро сдвинули столы!

Заметив, что те не поняли, поправился:

— Аршха!

Девчонки тут же зашевелились, подтаскивая низенькие ученические столики один к другому, образуя импровизированное ложе.

— Вот же идиотка! Закрутилась так, что и не распутать!

Торопливо рвал с женщины тряпки, толстую ткань одежды, обнажая тело. Самое интересное, что никто не возмущался такой вольностью, наоборот, все дружно выстроились стенкой, прикрывая его действия от случайно заглянувших в аудиторию. Наконец, та была почти полностью раздета. По руку сунулась староста:

— Как она? Очнётся?

— Не пойму, что с ней.

Девушка ткнула рукой в опухшие веки молодой женщины.

— Она не спала ночью. А может, и больше. Два — три дня. Недосыпание вызывает резкое обострение недостаточности и усиленный распад.

— Ясно…

Оглянулся по сторонам, выхватил знакомое личико ас Кеури:

— Юала!

Та протолкнулась к нему:

— Старший?

…Что за… Ах, да. Он же её покровитель…

— Тебе придётся пробежаться. В мой… Наш тиб. Возьмёшь аптечку в моей комнате, на столе. Принесёшь сюда. И… На кухне три пластиковых пакета. Ну, мешка. На них написаны имена. Тебе, кстати, принесли?

— Да, старший, но я не успела в него заглянуть. Хотела после занятий…

— Всё — всё. Возьмёшь пакет с именем профессора и принесёшь сюда.

— А тиб меня пустит?

— Пустит. Не волнуйся.

Выдернул из куртки коммуникатор, протянул ей.

— Нажмёшь сюда, скажешь мажордому, что тебе нужно. Всё принесут. Только быстро.

Саури кивнула, уже убегая к выходу.

— Есть надежда?

Опять сунулась аль Айири.

— Есть, конечно…

Помедлил:

— Ты знаешь, где она живёт?

Кивнула:

— Разумеется.

— Вы сегодня опять ко мне собирались?

Посерела, но согласно кивнула. Потом жалобно пролепетала: