Падение небес - Алексей Бобл

Когда Разин провел катер немного вперед, фара на крыше рубки осветила причал. В стене справа были высокие ворота, напротив которых на волнах покачивался большой корабль. Те же плавные обводы, высокий резиновый фартук, рубка вдвое больше, чем у катера, а на корме два кожуха-диска, между ними и рубкой широкая палуба. Туран опять переглянулся с Альбиносом. На такой посудине запросто можно не только «Панч» перевезти — четыре грузовика легко уместятся.

Катер прижался к площадке бортом, Белорус спрыгнул на причал и быстро намотал швартовый конец на кнехт. Выпрямился, потирая поясницу, помахал наблюдателям на стене, включившим прожектора. Свет внезапно погас, и Разин тоже выключил фару. Под стеной вдоль причала мигнули и пропали красные нити.

Белорус, поставив ногу на пробитый резиновый фартук, заглянул в рубку.

— Все, отключили лазерновую систему.

Туран протянул ему автомат. Разин заглушил двигатель, но пульт управления не обесточил — шкалы приборов бледно светились в темноте. Поднявшись из кресла, Егор оглядел спутников.

— Дед, ты как? — Он повернулся к Илаю.

Старик держался за грудь и тяжело дышал.

— Может, его здесь оставим? — предложил Альбинос, но Разин покачал головой и, повесив на шею автомат, шагнул к проему.

— Ладно, ждите сигнала.

Он полез в люк.

— Чего фару погасили? — донеслось с пандуса. — Правила забыли?

Голос был грубый и недовольный.

— Так это… — откликнулся Белорус. — Повреждения у нас!

— Серьезные, — добавил Разин.

Их голоса из-под масок звучали приглушенно и гнусаво. В ответ сверху донеслось:

— Сейчас спущусь.

Вскоре по мокрой плите зашлепали шаги.

— А с силовой установкой все в порядке? — обеспокоенно спросил охранник, подходя к катеру.

— Все, все, — успокоил Белорус. — Глянь лучше, чего мы привезли.

Последняя фраза была условным сигналом, и Разин с Тимом расступились. Охранник был, как и они, в комбинезоне и с маской на лице. Он привычно ступил на фартук, пробормотал: «Где это вы так напоролись?», увидав изодранную в лохмотья резину на носу катера, и протиснулся в люк.

Альбинос с Тураном заранее распределили роли. Первый обхватил голову охранника, второй ударил в живот, добавил по затылку кулаком… Они быстро втянули обмякшее тело в рубку.

— Переодевайся, — шепнул Альбинос и принялся стягивать костюм с оглушенного. — Он с тебя размером будет. Илай, веревку!

Втроем они быстро раздели охранника, связали и уложили рядом с монахом, который дергался и мычал у задней стенки.

В рубку вернулся Разин, отстранил Альбиноса и склонился над пленником, стянув маску на лоб.

— Жить хочешь, кивни.

Тот кивнул.

— Закричишь, получишь пулю в башку.

Разин приставил к его виску автомат, развернув лицом к стенке. Илай вытащил кляп.

— Сколько человек на острове?

Монах замешкался.

— Быстро отвечай! — Разин вдавил ствол.

— Три десятка где-то.

— Сколько ваших и сколько людей у Губерта?

— Наших… ну, половина, наверное.

— Губерт на острове?

— Да.

— Сколько в охранении стоит, как наблюдают?

— На двери один, другой на вахте у дока…

Охранник замолчал. Илай хотел ему наподдать в бок, но Разин жестом остановил старика, взял монаха за подбородок и развернул к себе лицом.

Было во взгляде Егора нечто такое, что пленный быстро заговорил:

— Остальные спят, а на вахте который, в экраны смотрит… он в комнате сидит.

— Теперь глуши, — бросил Разин старику.

Илай врезал кулаком монаху по челюсти и принялся засовывать ему в рот кляп.

— У них тут видеонаблюдение, — подвел итог Разин.

— Что это? — спросил Туран, и тут в рубку заглянул Белорус.

— Скоро вы там?

— Уже идем, — ответил Разин и натянул маску. — Будем надеяться, что инфравизоров у Губерта по периметру нет.

— Давай, мы пленными прикинемся, а вы нас конвоируете, — подал идею Альбинос.

— Я первым пойду, — сразу предложил Илай.

Разин, недолго поразмыслив, согласился, Туран тоже кивнул. Старик ночью хорошо видел — глаза у него особые.

Когда вылезали из катера, Туран шепотом спросил у Альбиноса, знает ли тот, что такое видео и визоры какие-то, но Альб лишь пожал плечами.

— Руки за спину! — скомандовал Разин, пихнув Илая стволом в спину. — Глаза в пол!

Белорус задраил люк, и компания зашагала к пандусу. Илай уверенно выбирал дорогу, Альбинос держался у него за спиной. Разин и Туран, тащивший на плече пулемет, шагали по сторонам от «пленников», замыкал Белорус.

Поднявшись на пандус, Илай подвел их к бронированной двери, утопленной в стену. Разин грубо толкнул Альбиноса, при этом лихорадочно соображая, что делать дальше. Ни кнопок, ни каких-то переговорных устройств на стене и двери он не заметил.

— Кто это с вами? — искаженный динамиком голос раздался откуда-то сверху из притолоки.

Егор поднял голову.

— Пленные, на остров хотели проникнуть.

— Они катер нам повредили, мутанты позорные! — Белорус замахнулся на Альбиноса прикладом, но Разин, сделав шаг, оттер его плечом.

— У нас сведения важные, — добавил Егор.

— Заходите.

Дверь с жужжанием ушла в сторону.

— Только главного сейчас не велено беспокоить, — долетело вслед, когда вся компания прошла в коридор, освещенный тусклыми лампами.

Когда дверь с жужжанием встала на место, Туран протиснулся вперед. В стене был проем, за ним — пустая комната, где стоял стул, стол и мерцал экран в пластиковом ящике, как на локации в «Панче».

Туран обернулся, и Разин кивнул ему на стул, а потом приказал Белорусу конвоировать пленных и зашагал дальше по коридору в поисках комнаты вахтенного. Тим, Илай и Альбинос направились следом.

Вскоре он остановился рядом с дверью наподобие той, через которую попали на базу.

— Вы чего сюда? — заговорил динамик под потолком.

— Да вот, решили этим путем из-за пленных, — ответил Разин наугад. — Быстрее так.

— Почему быстрее? — удивился голос. — А-а, хотите на подъемнике? Ну ладно, открываю.

Когда дверь исчезла в нише, Разин нырнул в проем, и за ним последовали остальные. Вахтенный сидел за широким пультом, над которым мерцали экраны. Он успел повернуться в кресле, но не успел открыть рог — получил прикладом в голову и обмяк.