Черный замок - Серж Брюссоло

– Я собрала в мэрии всех бумажных человечков, – вздохнула старая дама. – Отутюжила их, а порвавшихся подклеила. Сейчас они защищены от дождя и ветра. Надеюсь, что им можно будет вернуть их первоначальный вид, потому что они продолжают жить какой-то своей, личиночной, что ли, жизнью. Все это очень любопытно. Я и слыхом не слыхала о подобных колдовских чарах.

– А с Себастьяном что? – с волнением в голосе спросила девочка.

– Не будем друг другу лгать, это ни к чему, – со вздохом проговорила Кэти Флэнаган. – Совершенно очевидно, что твой поклонник превращается в космическую ящерицу. Операции робота-хирурга сделали из него инопланетянина. Единственно, что я не понимаю, – зачем сбежавшие из магазина книженции так хотели спровадить его в Блэк-Чэтоу?

– Вот именно, – согласился с ней перемазавшийся кремом синий пес, гонявший вафлю по тарелке. – У меня лично полное впечатление, что нас водили за нос с самого начала… И мы угодили в чьи-то коварно расставленные сети.

– Точно, – задумчиво сказала Пегги Сью. – Они специально послали Себастьяну сон, чтобы отправить его на поиски магического книжного магазина. Наш визит привел к освобождению томившихся в заточении слов…

– На воле они начали жиреть, отсасывая кровь у населения, – продолжила ее мысль бабушка Кэти. – Именно тогда они и подсунули Себастьяну адрес знаменитого врачевателя.

– Как будто для них действительно было очень важно его туда послать, – заметила Пегги Сью. – Да, все это крайне любопытно.

– Хотели они сделать из него ящерицу, не хотели, какая, ваф-ваф-ля, разница? – разгорячился синий пес. – Тут пахнет чьими-то кознями!

После ужина в ресторане Пегги долго еще сновала по тротуарам и звала Себастьяна. Мальчик не откликался. Только ветер ухал, мчась по улицам, и наполнял опустевший город жалобными завываниями.

Бабушка Кэти обняла внучку за плечи.

– Вернемся в гостиницу, – проворковала она. – Ты устала с дороги. Утро вечера мудренее.

* * *

Пегги Сью спала отвратительно. С утра пораньше она схватила бабушкин бинокль и, распахнув окно, внимательнейшим образом оглядела все дома с первого до последнего этажа, а также глухие закоулки. И без труда определила местонахождение Себастьяна, бежавшего по центральной улице. Он был без одежды и гнался за белым котом с порезанным ухом, словно намеревался им позавтракать.

«Только бы он его не сожрал!» – подумала Пегги, сраженная таким поворотом событий.

– Стоит ли беспокоиться! – пробурчал синий пес. – Что такого трагичного в пожирании кошек, я не понял. В конце концов, кошка – это всего-навсего пушистый гамбургер.

С болью в сердце Пегги отметила, что изменения в облике мальчика за ночь произошли разительные. Кожа его окрасилась в темно-зеленый цвет и обросла сверкающей чешуей. Каждая рука заканчивалась когтистой «лапой», а вдоль хребта тянулся костяной гребень. (В новом облике симпатичнее он не стал!) Только голова осталась прежней… за исключением того, что на месте волос тоже появилась чешуя, а в глазах-фарах зажегся желтый свет.

– Не красавéц, правда? – грустно заметил синий пес. – Но нужно видеть и хорошую сторону вещей: теперь ни одной девчонке не придет в голову его у тебя отбить!

Пегги не успела ответить: на центральной улице существо, чье лицо пока еще напоминало Себастьяново, поймало белого кота и оцарапало ему бока. От боли котяра огласил окрестности истошным мяуканьем. На его ослепительной шерсти выступили капли крови, смешавшиеся с зеленоватым веществом, брызнувшим из-под когтей Себастьяна.

– Какой-то яд, – принюхавшись к ветру, сообщил синий пес. – Яд я чую на любом расстоянии.

– Он его отравил? – ужаснулась Пегги, все более теряя присутствие духа.

– А пес его разберет, – признался ее четвероногий друг. – Кот ему уже не нужен. Он побежал куда-то в другую сторону. Как бы то ни было, съедать котяру он не собирался. А зря!

* * *

Все утро двое друзей следили за беготней Себастьяна по городу. То он преследовал собаку, то еще одну кошку, а иной раз и крысой не брезговал… Довольствовался тем, что корябал их своими «лапами», и вслед за тем терял к ним интерес. Ни Пегги, ни синий пес не понимали цели подобной охоты.

Однако ситуация более или менее прояснилась, когда на улицу вернулся белый кот с изуродованным ухом. Теперь был он весь в зеленой чешуе, а хвост его походил на игуаний.

– Кажется, я догадываюсь, что тут происходит, – пробормотала бабушка Кэти. – Закон волка-оборотня в действии… Всякое живое существо, оцарапанное или укушенное вервольфом, в свою очередь, становится волком-оборотнем. С Себастьяном ровно та же история: он не хочет пожирать зверушек, он просто превращает их в существа по своему подобию. Он штампует соратников…

– Его когти выпускают какой-то яд, – пояснила Пегги Сью.

– Нет, это не яд, – поправила ее старая дама, – а, скорее, мутагенная субстанция, которая, однажды попав в кровь жертв, провоцирует ускоренную метаморфозу.

– Теперь все ясно, так бы сразу и сказала, – произнес ученый пес и выдвинул свою гипотезу: – А может, он просто не хочет оставаться белой вороной?

И тут, когда бабушка Кэти открыла рот, чтобы ответить, она вдруг застыла как каменная и глаза ее округлились. Она ткнула рукой в направлении окружавших площадь домов. Пегги высунулась из окна. На всех рекламных щитах живые буквы вывели одно и то же грозное и тяжелое слово:

ВОЙНА!

Не выдержав напряжения последних дней, девочка выплеснула в окно весь свой гнев и отчаяние.

– Да что же это значит! – заорала она, обращаясь к фасадам зданий. – Объясните, черт возьми, наконец!

В течение полминуты буквы-пиявки трепетали, словно, шушукаясь, обменивались информацией. А посовещавшись, они сложились в монолитную кучу. И дружно поползли по фасадам, чтобы, передвигаясь с места на место, образовывать новые слова. От такого зрелища просто оторопь брала. Громоздкий черный алфавит копошился, как муравейник. Эта бурная деятельность привела к появлению «бегущей строки» на здании напротив гостиницы.

– Привет тебе, мелкая жительница Земли, – писали пиявки. – Раз уж ты хочешь знать правду, мы ее тебе откроем. Ты оказалась втянутой в незатухающий военный конфликт, который начался миллионы лет тому назад между двумя народами – ящерицами и гигантскими угрями. Мы всегда ненавидели друг друга из-за взаимных территориальных претензий… И когда наша распря перерастала в войну, мы, чтобы не повредить своей планете, по заведенному у нас обычаю переносили вооруженные действия в другой мир. В том мире жили очень отсталые, малочисленные и туповатые существа, и назывался он – Земля.

– Так вот оно что, – пронзительно выкрикнула Пегги Сью, – вы, значит, боялись расколошматить свою родную планету, а чужую – нет?! Очень мило с вашей стороны!

– Это был мудрый обычай, – продолжили писать ползающие слова, – и мы следовали ему много веков подряд. Все наши войны мы вели только на вашей территории. Ужасные войны, которые иногда опустошали вашу планету. К примеру, великое сражение в год Змеи, когда мы обстреливали друг друга шарами из концентрированного огня, непреднамеренно привело к полному вымиранию динозавров.