Тысяча орков - Роберт Энтони Сальваторе

Его собеседник сглотнул тяжелый ком в горле в ответ на прямой и неожиданный вопрос. Разумеется, следовало ответить благоразумно, но такой ответ — об этом знали и Бренор, и Дагнаббит — неминуемо оказался бы ложью.

— Я остался бы возле своего короля, потому что именно так мне следует поступить, — начал было изворачиваться юный дворф, но Бренор не желал выслушивать уловки:

— Я спрашивал тебя, что бы ты предпочел. Что бы ты выбрал? Разве тебе ничего не нравится?

— Мой долг…

— Я не спрашивал тебя, в чем состоит твой долг! — оборвал его Бренор взмахом руки. — Когда захочешь поговорить со мной честно, то можешь возвращаться, — рассердился правитель. — А пока принеси-ка мне другую миску, с похлебкой погорячее, потому что эта потрескалась. Делай что велено, ты, проклятое чучело!

Бренор поднял пустую миску и протянул ее Дагнаббиту. Немного поколебавшись, молодой дворф принял посуду, но поднялся он не сразу.

— Я предпочел бы остаться здесь, — ответил Дагнаббит. — И я предпочел бы каждый день затевать битву с орками.

Сквозь пышущую огнем рыжую бороду Бренора проглядывала улыбка.

— Тогда почему ты задаешь мне такие вопросы? — удивился он. — Разве ты думаешь, что я слеплен из другого теста, чем ты? Если я король, то это не значит, что я отличаюсь от любого другого из Клана Боевого Топора!

— Вас пугает возвращение домой, — осмелился заметить Дагнаббит. — Вы считаете, что на этом ваш путь завершится.

Бренор откинулся назад и пожал плечами, но вдруг заметил, как в стороне из кустов за ним следит пара сиреневых глаз.

— И я по-прежнему думаю, что не помешало бы еще похлебки, — откликнулся король.

С мгновение Дагнаббит рассматривал его, кивая и прикусив губу.

— Надеюсь, что наш проклятый эльф не перебьет их всех сегодня вечером, — с усмешкой произнес королевский телохранитель и удалился.

Едва он скрылся из виду, как из кустов появился Дзирт До'Урден и уселся рядом с Бренором.

— Всех убили? — поинтересовался король.

— Кэтти-бри стреляет метко, — ответил дроу.

— Ну, так найдите еще орков.

— Орки всегда найдутся, — заметил дроу. — Можно потратить целую жизнь на то, чтобы выслеживать орков в этих горах. — Темный эльф проницательно рассматривал Бренора, пока дворф не ответил ему таким же прямым взглядом.

— Сперва Дагнаббит, а теперь еще и ты? — с укоризной спросил Бренор. — И что ты хотел бы услышать от меня, эльф?

— То, что у тебя на сердце, ничего больше. Когда мы только отправились в путь, то ты шествовал гордо, предвкушая приключения, твой шаг был быстр и стремителен. Тогда ты видел перед собой Гоунтлгрюм, или по меньшей мере предчувствовал величайшее изо всех приключений.

— Я до сих пор предчувствую его.

— Нет, — заметил Дзирт. — То, с чем мы встретились на Пути Падения, показало тебе, с какими препятствиями вскоре предстоит нам столкнуться. Тебе известно: стоит вернуться в Мирабар, и вновь покинуть столицу окажется непросто. Тебе известно, что тебя попытаются удержать.

— Эльф, ты догадываешься кто? — поинтересовался Бренор, нетерпеливо размахивая рукой. — Или, быть может, ты воображаешь, что тебе известно больше всех?

— Не догадываюсь, но у меня есть некоторые наблюдения, — ответил Дзирт. — Шаг за шагом все трудней дается путь Бренору Боевому Топору, едва он покинул Долину Ледяного Ветра, и так — всякий раз, за исключением случаев, когда мы на время сворачиваем с основного пути — как, например, для остановки в Мирабаре или погони в горах.

Бренор нагнулся и взял пустую миску Дагнаббита. Венценосный дворф тряхнул посуду, окунул ее в почти пустой котел с похлебкой, вытащил и облизал бульон с коротких толстых пальцев.

— Конечно, ведь в Мифрил Халле похлебку мне станут подавать в красивой посуде, на изящных подносах, с прекрасными салфетками.

— А салфетки ты никогда не любил.

Бренор пожал плечами, и Дзирт понял по выражению лица короля, что тот понял намек.

— Так назначь на свое место управляющего, сразу же по возвращении, — предложил дроу. — Стань странствующим королем, что несет в чужие страны величие своего народа, стань королем, ищущим потерянное королевство, еще более великое и древнее. Мифрил Халл сможет управлять собой сам. Если бы ты так не считал, то ни за что бы не отправился даже в Долину Ледяного Ветра.

— Не так-то это легко.

— Ты — король, и тебе решать, в чем состоят королевские обязанности. Долг короля ляжет на твои плечи тяжким бременем, и это пугает тебя, но так случится, только если ты позволишь королевским обязанностям лечь бременем на твои плечи. В конце концов, лишь Бренору Боевому Топору дано решать, как сложится судьба Бренора Боевого Топора.

— Эльф, я считаю, что ты упрощаешь положение, — ответил дворф, — но не могу сказать, будто ты ошибаешься.

С этими словами король вздохнул и сделал большой глоток горячей похлебки.

— Известно ли тебе, чего ты хочешь? Или ты всего лишь немного растерян, мой друг? — поинтересовался Дзирт.

— Помнишь ли ты, как мы впервые отправились на поиски Мифрил Халла? — спросил Бренор. — Помнишь, как я обхитрил тебя, притворившись, что лежу при смерти?

Дзирт хохотнул: воспоминания о том случае никогда не изгладятся из его памяти. Возглавив народ Десяти Городов, они только что одержали победу над приспешниками Акара Кесселя, владельца хрустального осколка. Дзирта доставили к Бренору, и казалось, что дворф лежит при смерти — но то было подстроено лишь затем, чтобы хитростью вырвать у дроу обещание помочь дворфам в поисках Мифрил Халла.

— Меня не нужно убеждать лишний раз, — заметил Дзирт.

— Видишь ли, когда мы нашли древний город, то у меня появилось две мысли, — заметил Бренор. — Как же стучало мое сердце! Вновь увидеть дом… отомстить за предков. Говорю тебе, эльф, в целой жизни не знал приключения лучше, когда загнал дракона в самую темноту, хотя тогда мне казалось, что это приключение — последнее во всей моей жизни!

Дзирт кивнул: теперь он знал, что ему скажут.

— А о чем еще ты думал, когда мы отыскали Мифрил Халл? — поспешно спросил дроу, ибо знал: Бренору необходимо сообщить о своих чувствах в полный голос, признаться в них открыто.

— Ну и перепугался же я, скажу тебе! Но было и другое чувство… — Дворф потряс головой и вновь вздохнул. — Когда мы отвоевали южные земли и мой клан вновь обрел свой дом, в мое сердце проникла крупица печали.

— Оттого, что ты понял: главное — приключение, главное — путь, а не цель, к которой идешь?

— Тебе это тоже знакомо! — оживился Бренор.

— А как ты думаешь, отчего я и Кэтти-бри так быстро покинули Мифрил Халл вскоре после войны с дроу? Боюсь, что все наши характеры сходны, и это-то, видимо, нас и доконает.