Гардар - Михаил Игнатов

— Ну, — развел руками Рино. — Тут я ничем помочь не могу.

— А по моим вопросам? — напомнил я.

— Я знаю. Уточняю сразу, что и слышал, и даже нашел такие позиции в том каталоге, что ты заказывал из лавки в Райте, — Рино обезопасил себя от очередной моей подколки. — Знаю делают атакующие артефакты, которые могут использовать даже не имеющие дара.

— И ты хочешь, чтобы я сделал такие? Зачем?

Я изрядно удивлен. Маг под рукой имеется, но всего один. А сил на их создание потрачу гораздо больше, чем они смогут задействовать. Лучше соорудить себе еще накопитель силы и забить его под завязку.

— Чтобы хоть у офицеров и командиров отрядов были дополнительные козыри в схватке.

— Понятно. Решил полностью экипировку пограничных частей повторить, — задумчиво протянул я, обдумывая вопрос. — Можно, но пока в ограниченных количествах. У меня просто мало необходимых компонентов. Природные заменители не пойдут, слишком много их нужно. А ведь еще нужно и лучников не забыть.

— Я буду очень тебе благодарен, Аор, — Рино прижал ладонь к сердцу.

— Ты это брось, — толкнул я его в плечо. Тоска немного рассеялась. — Обижусь.

Сложность и дороговизна артефактов, о которых говорил Рино, заключается в особенностях ауры человека. У мага она в десятки раз плотнее и больше по размерам, что легко подтверждается анализирующими заклинаниями или визуально с помощью специального плетения, позволяющего увидеть ауру. Именно развитая аура позволяет магу эффективно использовать заклинания, сильнее всего это заметно по боевым. Амулеты защиты, работающие непосредственно в ауре человека или на ее границе, почти одинаково работают и у простого человека и у владеющего силой. Артефакт, что будет создавать Касание, в моих руках, вернее, в пределах моей ауры отработает на сто процентов. А вот Сарк с его помощью выпустит не более десятка стрел. Переделаем артефакт под боевое заклинание и Сарк выдавит из него лишь одно полноценное заклинание, в то время как я вложил туда маны на десяток для себя.

На пальцах дело обстоит именно так. В общем, Рино и так прекрасно это понимал, все же вместе со мной строил крепость и знал, откуда такая эффективность наших действий, но мои объяснения и на этот раз выслушал внимательно, не перебивая. И согласился, что по возможности артефакты нужно выдавать адептам. Тогда эффективность повысится вдвое-втрое. Конечно, пока их мало. Но с такими темпами появления порталов, недостатка в материалах у меня не будет. Завершить работу спокойно мне не дал сигнал «Внимание», накрывший своими тягучими басовитыми нотами крепость. Я, уже привыкая к постоянным опасностям, схватил в одну руку посох, в другую эспадон и рванул на лестницу, ведущую к служебным помещениям. Орб сам следовал за мной.

— Ты видишь то же, что и я? — недоуменно спросил меня Динис, пихая в бок локтем и не отнимая от глаз артефакт Ока.

— Наверняка как и все на обзорной площадке. Одному тебе, седому, небесные воительницы из числа Стражей видятся, как во снах, — усмехнулся я, любуясь окружающим пейзажем.

Красота! Все укрыл снег, сменив темные мрачные тона красотой девственного белоснежного покрова. Конечно, ему еще рано становиться хозяином этих просторов и скоро он растает, но пока красота первого снега хоть немного разгоняет черноту в моей душе.

— Не смешно, — обиделся интендант. — Я вижу здорового страшного монстра и на нем верхом эльфийку в фельдъегерской форме! И это не похоже на мои сны! Ни на один за мои пятьдесят два года!

— Сколько?!

Я никогда не уточнял его возраст, а на вид он выглядел под сорок. Да ладно, выглядел! Он меня, мага с усиливающей маной в жилах, делает в поединке на мечах! Если без Саха.

— Да, да! — покивал сокрушенно Динис. — Надеюсь, с этого момента ты еще более внимательно будешь слушать этого умудренного жизнью старика.

— Хм, ты! — растерялся я, но потом пошел в атаку. Ему спуску давать нельзя. — Вредный старик. Похоже, с этого дня мне предстоит еще больше нравоучений.

— О молодежь! О нравы! — возопил Тарган, вздевая к небу руки.

— Этот монстр наверняка химера. — игнорируя его издевательства, я вернулся к причине начала разговора. — Их лет пять как грозятся запустить в массовое размножение на смену лошадям, — пояснил я. — А эльфийка? Ты так поражен, как будто впервые видишь эту расу. Лучше объясни, что она сигналит.

— Вообще-то впервые, — обиженно буркнул Динис, ведя себя так, будто ему лет меньше, чем мне. — Сигналит пароль, подтверждая, что она по праву носит форму. Черное время в стране. Чтобы стрелой не угостили — все по уставу должно быть. Сейчас отзыв отмашут, и она будет уверена, что в крепости не враг.

— Спускаемся, — скомандовал Рино. — Узнаем, что за вести.

— И посмотришь поближе на очередную красотку, — снова подколол я Диниса. — А то столько про женщин всем нам советуешь, а ни с одной эльфийкой не знаком. Непорядок! Наша вера в великого знатока женских сердец пошатнулась.

— А кто-то сейчас будет экстренно овладевать стихией воздуха на новой для себя ступени, — интендант поглядел на мое непонимающее лицо и уточнил. — Летать будешь учиться.

— Я уже умею ускоряться, — я несколькими большими прыжками достиг лестничного пролета. — Мне хватает.

***

— Курьер старший лэр-лейтенант Алахара Муллин ал Кенур, — сняв шлем и повесив его на пояс, склонила голову эльфийка, приложив перед этим кулак к груди. — С пакетом и посылкой из Ритоша.

Я отвлекся от разглядывания девушки и напряг память, вспоминая правила именования, по которым у нас случалась однажды лекция. Принадлежащая морю из семьи Изумрудного блеска, как-то так. Ну а клан у нас один-единственный на всю планету — Присягнувшие. Могла и не говорить. В бойне Вторжения небольшой отряд эльфов оказался единственным сдавшимся из нечеловеческих рас. И единственным уцелевшим из многомиллионных армий иных рас. В наказание они были отлучены, создавших их темным Демиургом, от магических потоков их мира и обречены на угасание от разрушающихся душ. Но чародеи Артилиса обладали непредставимой для нас мощью и провели ритуал, связывающий тысячи эльфов плоть к плоти, душа к душе уже нашего мира, совершив действо посильное ранее только Демиургам, подарив им жизнь второй раз.

После этого все эльфы, еще толком не окрепшие после возвращения с края смерти, объединились в один клан ал Кенур. Его новый глава, объявив об освобождении от прежних клятв, принес присягу Совету Архонтов Артилиса. Нет, они не предатели своего мира и его творца. Они были лучшими бойцами нескольких кланов своего мира, этакой их гвардией, нанятой за деньги и услуги для вторжения, а по кодексам наемников, имели право сдаться в безвыходной ситуации.

А затем ударило Крушение. Темный век не щадил никого, находились и среди эльфов предатели, но ни один изменник не остался в живых. Клан Присягнувших следил за чистотой своих рядов. Эльфов по-прежнему очень мало — с рождением у них плохо, но зато живут долго, даже по сравнению с гардарцами. И те, что покидали свой край, служить предпочитали в восточных лесных провинциях или на флоте.