Крылатое счастье - Валентина Гордова

Стоя в ванной перед зеркалом, я с неприязнью осматривала пять практически чёрных синяков, оставшихся на предплечье от руки Ахары, когда та выдёргивала меня из воды. На другом плече красовался синяк посветлее, зато размером куда внушительнее — его я заработала по пути в тот мир, отчётливо это помню.

Но куда больше меня волновало то, что произошло в доме Садхора Арганара.

Кто-то, и я так и не смогла понять, кто именно, украл меня из его дома и вернул в дом мой, родной и любимый.

Я точно знала двоих, кто мог открыть портал, и предполагала ещё одного. И если про Садхора я могла точно сказать, что он не стал бы похищать меня из своего же дома, то оставшаяся с ним Ахара была под сомнением.

Как и тот, из-за кого всё это в моей жизни начало происходить. Да, я почти уверена, что Арх-Аир тоже в состоянии открыть портал и вернуть меня домой, но тут закономерный вопрос: зачем ему это? И к чему такая секретность? И что вообще происходит?

Увы, ответов на эти вопросы у меня не было. Как и уверенности в том, что всё это безумие более не повториться.

***

А утром я проснулась от запаха сладких блинчиков, что наполнил всю мою квартиру… квартиру, в которой кроме меня никого быть не должно. И даже больше того, попасть в эту квартиру можно только с моего разрешения, потому что есть всего две пары ключей: одна моя, а вторая тоже моя, только запасная, и лежит она в потайном кармане сумки.

Но запах был. Слишком отчётливый, чтобы принять его за глюк.

Здравый смысл подсказывал, что вломившиеся ко мне воры вряд ли стали бы готовить завтрак, значит, это кто-то из знакомых, но… но кто?

К несчастью, у меня было лишь два варианта. И я даже не знаю, какой из них меня не радовал в большей степени.

Выбравшись из постели, я прямо так, в майке и светлых пижамных штанах пошла выяснять, кого нелёгкая занесла на мою кухню.

— О, привет! — Встретила меня уже на выходе из комнаты раздражающе довольная… Ахара.

Она так и светилась изнутри искренним счастьем. На мой взгляд, слишком уж подозрительным.

— Ты что здесь делаешь? — Опустила я вопрос «как ты сюда попала».

— Готовлю тебе завтрак, — радостно поведала девушка.

А потом её улыбка вдруг померкла, сменившись мгновенным побледнением красивого лица. Проследив за её испуганным взглядом, я неловко попыталась прикрыть волосами плечи и появившиеся вчера синяки, но Ахара уже всё равно всё видела.

И, подняв на меня полный сожаления взгляд, искренне попросила:

— Прости! Я… я и не думала, что ты настолько хрупкая, — она замолчала, прикусив нижнюю губу, и куда тише сказала: — И за Садхора тоже прости, Кать. Я не знала, что всё пойдёт вот так…

Думать о нём мне хотелось меньше всего, но даже при всём понимании того, что это всё же придётся сделать, я всё равно решила не делать этого прямо сейчас.

— Забудь, — улыбнулась девушке, надеюсь, что бодро.

И первой направилась на кухню, где так удивительно пахло блинчиками.

Да так на пороге и замерла, потрясённо глядя на то безобразие, что там происходило. Тесто в кастрюльке поварёшкой помешивалось само. Кастрюлька в воздухе над столешницей висела, поварёшка в ней сама ловко так тесто мешала. Деревянная лопатка подрумяненные блинчики в горячей сковороде тоже сама цепляла и подкидывала, а сковорода их ловила. Тоже ловко, да, а когда и вторая сторона подрумянивалась, лопатка пышные блинчики цепляла и переносила на тарелочку.

К слову, с горкой наложенных тарелочек было много: на обеденном столе две, одна на столе разделочном, что у плиты стоял, ещё одна на подоконнике, а сейчас была уже наполовину заполнена пятая тарелка, и, судя по количеству оставшегося в кастрюльке теста и по энтузиазму втянувшейся в это дело утвари, блинов планировалось напечь много, очень-очень много.

— Это… что? — Выдохнула крайне подобным зрелищем впечатлённая я, а затем, побледнев от страшной догадки, развернулась к погрустневшей девушке и практически взмолилась: — Скажи, что ты колдуешь только в моём доме.

Мне было крайне важно, чтобы она подтвердила это, успокоив меня тем самым.

— Конечно только у тебя, — отмахнулась Ахара и посмотрела на меня так, будто я сморозила полную глупость.

Мне не было важно, что она обо мне в этот момент подумала, я просто очень обрадовалась тому факту, что у меня будет на несколько проблем меньше.