Келльская пророчица - Дэвид Эддингс

Покои, куда их препроводили вскоре, вновь оказались наудивление знакомыми. Арендийцы, разлученные с родиной два тысячелетия томуназад, с благоговейной любовью, в мельчайших деталях воссоздали королевскийдворец в Во-Мимбре. Даже неудобства тут были точно те же. Практичный Дарник тотчасже это заметил.

– Сдается мне, они вполне могли бы кое-чтоусовершенствовать.

– Но ведь в архаизме есть свое очарование,дорогой, – ответила мужу Польгара.

– Виной всему, вероятно, острая ностальгия, Пол, и всеже, если бы они кое-что тут модернизировали, было бы только лучше. Ведь тызаметила, что ванные комнаты находятся в подвале?

– Точно так, госпожа Польгара, – подтвердиланаблюдательная Бархотка.

– В Мал-Зэте было куда удобнее, – вздохнулаСенедра. – Ванные комнаты там находятся прямо в покоях – можно вволювеселиться и шалить...

У Гариона даже уши сделались пунцовыми.

– Похоже, я опять проворонил самое интересное, –хитровато произнес Закет.

– Ничего подобного, – быстро ответил Гарион.

И тут явились королевские портные. Польгару и остальныхженщин тотчас же как ветром сдуло. Гарион и прежде замечал, что искусствопортных в чем-то сродни колдовству, поскольку завладевает сердцами даже самыхдостойных женщин.

Вслед за портными появились швеи, которые, подобно портным,работали в духе седой старины. Бельдин, разумеется, был непоколебим – он тотчасже со всей решительностью отверг их услуги. Одному особенно настойчивомупортному ему даже пришлось показать корявый большой кулак, и тот понял наконец,что горбун вполне удовлетворен своим внешним видом.

Гарион же и Закет пребывали во власти запрета, наложенногона них прорицательницей из Келля, и оставались в доспехах.

Когда же наконец их оставили в покое, Бельгарат суровонасупился.

– Предупреждаю вас двоих: будьте предельно осторожны вовремя турнира. Нарадасу известно, кто мы такие, – видели, как легко емуудалось нас задержать? Он вполне может пойти и несколько дальше. – Старыйволшебник пристально посмотрел в сторону дверей. – Куда это тынаправляешься? – спросил он у Шелка.

– Хотел немного погулять, принюхаться, – сневинным видом отвечал маленький мошенник. – Никогда не вредно знать, чтонас ожидает.

– Ну ладно, но будь осторожен. И гляди, чтобычто-нибудь чужое ненароком не перекочевало в твой карман. Если тебя застукают,нам всем не поздоровится.

– Ты обижаешь меня, Бельгарат! – возмутилсяШелк. – Никто никогда еще не видел, чтобы я что-то украл!

И удалился, все еще возмущенно бормоча что-то себе под нос.

– Как думаешь, этим он хотел сказать, что красть вообщене в его привычке? – спросил Закет.

– Нет, – вдруг раздался голос Эрионда. – Онсказал лишь то, что сказал, – никто никогда не заставал его заворовством. – Юноша ласково улыбнулся. – У него есть несколько дурныхпривычек, но ведь мы пытаемся его перевоспитать...

Впервые за очень долгое время Гарион услышал голос своегоюного друга. Эрионд делался все более молчаливым, все глубже уходил в себя. Иэто беспокоило Гариона. Эрионд всегда был странным мальчиком и умелпредчувствовать грядущие напасти даже тогда, когда все остальные оставалисьбезмятежно спокойными. Гарион с ужасом вспомнил роковые слова Цирадис,прозвучавшие в Реоне: «Путь твой исполнен будет великих опасностей, Бельгарион,и один из друзей твоих сложит голову в этом пути».

И тут, словно в ответ на его безмолвную мысль, из комнаты,где дамы совещались с портными, явилась келльская прорицательница с повязкой наглазах. Вслед за нею выпорхнула Сенедра, облаченная в одну лишь сорочку, притомвесьма короткую.

– Но это же такое роскошное платье, Цирадис! –умоляющим тоном воскликнула королева.

– Оно хорошо для тебя, королева Ривы, – ответилапророчица. – Но эта роскошь не для меня.

– Сенедра! – Гарион задохнулся отвозмущения. – Ты же не одета!

– Да ну тебя! – отмахнулась Сенедра. – Кто извас не видал голых женщин? Важнее то, что я никак не могу сладить с моейзагадочной подружкой. Цирадис, если ты не наденешь это платье, я очень, оченьрассержусь на тебя! К тому же нам срочно нужно соорудить тебе подходящуюприческу.

Пророчица же, словно на глазах у нее и не было повязки,приблизилась к Сенедре и нежно заключила ее в объятия.

– Дорогая, дорогая моя Сенедра, – ласковозаговорила она, – сердце твое больше, чем ты сама, моя крошка, а твоязаботливость согревает мне душу. Но я вполне удовлетворена моим незатейливымнарядом. Возможно, со временем вкусы мои и переменятся – тогда я с радостьюприбегну к твоим любезным услугам.

– С нею решительно невозможно разговаривать! –всплеснула руками маленькая королева. И грациозно скользнула в двери дамскойкомнаты – только взметнулся коротенький подол.

– Ты должен получше ее кормить, – заявил БельдинГариону. – Не пойму, в чем душа держится...

– Она и такой мне нравится, – ответил Гарион.Потом взглянул на Цирадис. – Не желаешь ли присесть, великаяпрорицательница?

– Если позволишь.

– Разумеется!