Говорящая с призраками. Демониада - Нина Линдт

Белая дама в тумане клубящейся тьмы стояла в начале прохода. Итсаску потянулась к пистолетам на поясе. Ноктурна покачала головой:

– Не думаю, что это хорошая идея.

Возглас удивления Сержа отвлек ее, вампирша повернулась и в ужасе увидела, что ребята схвачены демонами.

– В другой раз я бы насладилась агонией, но я здесь по другому поводу.

Она махнула рукой, и картина поплыла к ней по воздуху.

– Самаэль считал, что сила в изображении. Но я куда хитрее. Сила в раме. А изображение всего лишь ловушка, кстати, весьма удачная.

– Куда они делись? – Итсаску пыталась рассчитать, как стрелять, чтобы не задеть ребят. Выиграть время. Вот что ей было необходимо.

– Вы их больше никогда не увидите.

Рама остановилась перед Ноктурной, она протянула к ней ладони, и черная жижа потекла из деревянной поверхности, всасываясь в клубы тьмы, которые росли вокруг нее.

Итсаску подхватила пальцем за спусковую скобу пистолет, развернулась и по очереди быстро выстрелила в демонов, которые держали Диего, Лику и Сержа. Она всегда делала это хладнокровно, четко и быстро. Несмотря на то, что потом, когда появлялось время для анализа, опасности и риски становились очевидны. Но не сейчас. Потом повернулась в сторону Ноктурны и выпустила три пули ей в голову.

Серж тут же достал свои железные звезды, Лика натянула тетиву. Вместе они прикрывали Диего от выползающих отовсюду демонов, а он освободил Лию, а вот Мари не успел, демон подхватил девчонку, метнулся в сторону Ноктурны. Его когти превратились в щупальца, которые стали подниматься к лицу беспомощно дергавшейся девушки.

На Ноктурну выстрелы не произвели никакого воздействия, серебряные пули упали, не долетев. Итсаску выругалась. Тьма вылезала из проклятой картины и вползала в демонессу, отчего та приобретала странное мерцающее свечение.

Серж схватил Итсаску за руку:

– Уходим!

– Мари, – возразила ему вампирша. – Где шавка?

Парень помотал головой:

– Слишком поздно.

Она проследила взглядом за спину Ноктурны: демон воткнул свои щупальца в глаза и рот девушки, засовывая все глубже, та на глазах Итсаску обмякла и перестала дергаться.

– Сейчас здесь все взорвется, надо уходить.

Серж потянул ее за собой, и они побежали. Впереди мчались Лика, Лия и Диего.

Все здание вибрировало и ходило ходуном. Они выскочили из него, когда стеклянные двери начали дребезжать от волн энергии. И едва успели скрыться за поворотом, как громкий грохот сотряс улицу, взвыли машины, взрывная волна пронеслась мимо, неся с собой пыль, стекло, бумагу, куски бетона, арматуру, книги.

Ребята прижались к стене, опустились на корточки, защищая головы.

Когда они встали, Лика плакала навзрыд.

– Что мы будем делать? – только и спросила она, ее всегда аккуратно уложенные волосы были растрепаны. – Как противостоять Ноктурне без графа Виттури? Неужели это конец?

Диего порывисто обнял плачущего ангела и прижал к себе:

– Нет, Лика. Мы что-нибудь придумаем.

– Но как выяснить, куда унесло Главного и Настю? – спросил Серж.

– Надо спросить Риту. Она у нас спец по сверхъестественному в отсутствие графа, – решила Итсаску.

– Черт! Не было времени вам сказать, кажется, Рита тоже исчезла. – Диего с силой размял лоб ладонью. В ушах еще гудело от взрыва.

– Тогда начнем с того, что отчитаемся Цезарю, – предложил Серж.

Боль от перехода была такой сильной, что все кружилось перед глазами, а вдохнуть воздух не было сил. Откуда-то издалека доносился до нее испуганный голос Габриэля:

– Она же не умерла? Не умерла? Настя-я-я!

И голос графа Виттури, который манил и настаивал:

– Настя, дыши! Дыши, черт тебя возьми!

Кто-то нажимал ей со всей силы на грудную клетку ритмично, сильно.

«Как дышать?!» – хотела возмутиться она, но не могла.

Чьи-то губы накрыли ее, вдыхая в нее воздух. И снова давят на грудь. Как дышать? Как вздохнуть?

И вдруг ее словно вытолкнуло на поверхность реальности, и, судорожно хватая воздух, она выгнулась, граф Виттури подхватил ее под плечи.

– Вот так, вот так, дыши! Только дыши!

Он ласково гладил ее по лицу, пока она пыталась отдышаться. О боже, как же больно! От страха и боли черно перед глазами. Настя в поиске защиты обняла за шею графа. А тот принялся укачивать ее, поглаживая по спине, пока она хныкала от ломоты в костях.

– Сейчас пройдет, сейчас все пройдет, родная, потерпи.

Голос перекатывался бархатисто и томительно, и она прижалась крепче к водолазке, вдыхая его запах. И боль действительно стихла. Осталась легкими покалываниями на коже, которые можно было терпеть. А вот отпускать демона не хотелось.

Он прижался к ее лицу щекой, поцеловал ее в висок, взмокший от боли.

– Получше?

Нехотя она кивнула и отстранилась. Но испуганно заморгала. Она его не видела, только ощущала.

– Я ослепла? – Она в ужасе раскрывала глаза шире, но ничего не видела.

– Нет, просто мы в черной дыре.

– Где?!

– Здесь нет света. Никогда не было и не будет.

– И что же делать? Как выбраться отсюда?

Демон медлил с ответом, и от каждой секунды молчания веяло обреченностью.

– Отсюда невозможно выбраться.

Почему она не чувствовала отчаяния? Может, потому что еще прошло слишком мало времени, и осознание безвыходности их положения еще не осело в голове. А может, просто потому что вдруг подумала, что сейчас, пока она лежит в объятиях демона, с ней не может случиться ничего плохого, ведь она ощущает его тепло и заботу. Возможно, в темноте будет проще реализовать свое желание поцеловать его? Ведь это он делал ей искусственное дыхание. Она думала об этом и гладила его лицо во тьме. Пыталась по-новому, руками, увидеть его губы и подбородок, подушечками пальцев сыграть на его скулах азбукой прикосновений «поцелуй меня».

Она чувствовала, как, прижимая ее к себе все сильнее, он наклоняет к ней свое лицо…

– Кхе… – раздалось внезапно где-то со стороны, и Настя дернулась. И момент был упущен.

– Здесь есть еще кто-то? – спросила она у демона.

– Габриэль, – хрипло произнес он.

– И я, – осуждающе ответил папа римский. – И если синеволосая пародия на ангела ничего не понял, то я вас прекрасно вижу и…

– Вы нас видите, ваше святейшество?! – краснея от стыда и одновременно загораясь надеждой, спросила Настя. – И видите, где мы?

– Ну да. Местечко не для любовных утех, – предупредил призрак. – Хотя, учитывая безнадежность нашего положения, остается только предаться похоти напоследок. Можете продолжать.