Муж для ведьмы - Екатерина Кариди

Но дела, как назло, не заканчивались. Стоило ему навести относительный порядок в Лурде, как новый всплеск случился рядом. В соседнем Кваэре. Как будто кто-то делал это специально.

Пришлось срочно вылетать туда. А в Кваэре последствия всплеска выразились по-иному. Не было разлома, зато по всей округе опять разбредалась нежить.

Самое неприятное, что ни в Лурде, ни в Кваэре не удалось найти источник всплеска. Причем в Лурде еще можно было предполагать, что ведьма, не справившись с собственной силой, погибла, сгорела в разломе. Но в Кваэре никакого разлома не было, там вообще прошло все на удивление тихо, зато окрестности города буквально заполонили ходячие мертвецы.

В итоге у магистра Саварэ стала понемногу формироваться крамольная мысль, что все эти разломы и толпы нежити не связаны с ведьмами. А появляются по какой-то другой причине. По какой? Ему на ум приходили землетрясения, прочие стихийные катаклизмы, однако это могло объяснить появление в земле трещин. Но ходячие мертвецы?

Были у него смутные подозрения на объединенную коллегию магов. Все маги состояли на учете, проходили идентификацию и в обязательном порядке приводились к присяге. А дальше орден в дела коллегии не вмешивался. Кроме случаев, когда состав преступления был явным. Что если в обход закона проводятся черные ритуалы?

Но доказательств, разумеется, не было.

Он чувствовал, что все они упускают из виду что-то важное.

В конце концов не выдержал. Как только развернул работу штаба теперь уже в Кваэре, с утра сорвался в верховную миссию. В архивах обязательно должно найтись что-то подобное. Магистр хотел сличить исторические данные и выявить закономерности.

Оказавшись в архиве, естественно, не мог не поинтересоваться, как обстоят дела с расшифровкой записей на кристаллах из Сквартонской миссии. Там появились первые результаты, на одном из обломков удалось зафиксировать самый момент всплеска и крохотный, похожий на луч, фрагмент ауры. Но главного, основного, среди обломков кристаллов не было.

Получалось, он не все привез из Сквартона в тот раз.

Он немедленно отправился к генералу ордена испрашивать разрешение на повторный осмотр хранилища Сквартонской миссии. Говорил убедительно — когда нужно, Саварэ бывал красноречив. Старик выслушал его внимательно и спросил только одну вещь:

— Гийом, скажи мне, у тебя там кто-то есть?

Его залило краской, как мальчишку. Однако он совладал с собой и не стал врать.

— Да, — кивнул он. — Женщина.

— Женщина… — Генерал ордена встал из-за стола, отошел к окну и спросил, поворачиваясь к нему лицом: — Кто она?

Не сразу, потому что вопрос был очень личный, но Саварэ ответил:

— Племянница трактирщика.

— Хмммм, — медленно протянул тот. — Ты не похож на того, кто мог бы увлечься племянницей трактирщика. Она… особенная?

Саварэ кивнул.

— Да. Особенная.

— Как ее зовут?

— Донна Иннелия, — сказал он. И добавил: — Из Таргота.

— Из Таргота… — эхом повторил старик, проведя рукой по груди.

И тут же отвернулся к окну, оправляя свое серое одеяние. Через несколько мгновений генерал ордена обернулся. Следов волнения уже не было видно на его лице, только немного дрожали руки. Сказал негромко:

— Отправляйся в Сквартон. Только возвращайся сегодня. Я буду ждать.

* * *

И вот сейчас Саварэ был уже в Сквартоне.

По-хорошему, надо было бы сначала навестить миссию, но он оставил Черного посреди улицы, а сам пошел к ней.

Было что-то новое, непривычное в охватившем его волнении. Когда открывал дверь таверны, Саварэ даже задержал дыхание. И первый взгляд — в сторону стойки. Ну? Где она? Где?

За стойкой стояла совсем другая девица. Он даже лица ее не рассмотрел, просто понял, потому что в ней не было света. Мгновенное разочарование…

Но не успел он опомниться, как она вынырнула откуда-то сбоку и чуть не налетела на него. Заглянул в ее сияющие глаза и на мгновение пропал. Полный зал, слишком много глаз вокруг, все это отодвинулось куда-то.

А потом мир стал возвращаться, только с другими красками.

Все стало ярче. Даже шум в таверне теперь воспринимался иначе. Музыкально. Черт побери, Саварэ и сам понимал, что немного рехнулся. Как будто скинул десяток лет и всю усталость и вернулся в молодость.

Улыбнулся в бороду и произнес, залихватски выгнув бровь:

— Добрый день, донна Иннелия.

Она просияла еще больше.

— Добрый день, магистр Саварэ.

— Рад видеть вас в добром здравии.

Боже, что он нес. На самом деле инквизитору сейчас хотелось впиться в эти полуоткрытые розовые губы поцелуем, а потом схватить в охапку и уволочь в свое логово. Благо Черный недалеко, здесь, за поворотом. Но, во-первых, у него были дела, а во-вторых…

Не удержался, спросил, но тихо, вполголоса:

— Вам понравились сладости?

Он имел в виду вовсе не сладости, и оба понимали это, судя по тому, как она смутилась и покраснела от удовольствия, когда шепотом ответила:

— Очень.

Потом они несколько секунд просто смотрели друг на друга, и чтоб он сдох, если не слышал, как поют птички в голове. Однако из этого блаженного состояния надо было выныривать, они так и стояли в дверях, и на них пялилась вся таверна. Она очнулась первой.

— Будете делать заказ? Что вам подать?

Как будто струна вдалеке дрогнула, напоминая, что у него мало времени.

— Нет, донна Иннелия, позже. Сейчас мне нужно в миссию. А потом я вернусь, и мы продолжим. Вы ведь помните, мы с вами не договорили. М?

Оба помнили, как закончилась их прошлая встреча. А эта фраза уже звучала как какой-то их личный пароль.

— Да, конечно, кхмм… — прошептала она, касаясь губ кончиками пальцев.

Желание схватить ее в охапку и уволочь отсюда стало явственнее. Мужчина шумно выдохнул, оглядываясь в сторону выхода, и повторил:

— Сейчас мне пора. Но я зайду попозже.

Развернулся и вышел.

* * *

Наверное, это было очень глупо, но Инна смотрела ему вслед и просто барахталась в сиропе розовых мыслей. Пока рядом с ней не возник Кристоф и не просипел ей на ухо:

— Племянница, ты это, пользуйся моментом. Намекни ему, — он оглянулся, показывая на чудо-машину, прикрытую простыней. — И про землю ту, под ресторацию которая, тоже. А то один бургомистр хорошо, а Саварэ и бургомистр лучше.

Вот обязательно надо все опошлить! У нее, можно сказать, свидание. В кои веки раз!

— Послушайте, дядя, — начала она, потом махнула рукой, понимая, что все равно не поймет, и сказала: — Хорошо, посмотрим.