Вариор. Выжить любой ценой - Джейн Лувако

– Сестрёнка, я сражён твоей красотой, – закатил глаза к потолку, прижимая руки к сердцу, Нафис. А Шамси одобрительно окинул меня взглядом.

– Да ну тебя, – заулыбалась я. Он, конечно, дурачится, но мне приятно, – остальные ещё не готовы?

– Сейчас подойдут, – сказал Шамси.

Не успел он договорить как вошла Рами, окружённая ребятами. На ней было нежно лавандовое платье со светло-розовыми цветами, вышитыми по лифу и низу юбки, расширяющейся книзу. Оголённые плечи и скромно прикрытая зона декольте, вкупе с высоко поднятой причёской, открывающей шею и прядками волос, игриво выпущенными из причёски, создавали образ невинный и воздушный.

– Рами, ты прекрасна! – Я взяла её за руки и ласково пожала их. Они были ледяными.

– Правда? – она немного порозовела и тихо прошептала: – Я так волнуюсь!

Я ещё раз пожала её пальчики:

– Всё будет хорошо!

В комнату быстро вошёл Фаби. Он был серьёзен как никогда. Проходя дополнительное обучение у Эдхара, он выполнял его задания и порой передавал нам его распоряжения, касающиеся нас.

– Намир и Шамси, вы ведёте в бальный зал Рами. И потом весь вечер находитесь вблизи неё и её жениха. Сагир и Тагир, вы с Алиной. Филька, на тебе присмотр за прислугой. Нафис, мы с тобой около Дара.

Братья привычно кивнули в ответ, соглашаясь.

– Фаби, а почему мы не можем на балу, как обычно, страдать от скуки? Мы готовимся к нападению или опять какой-то заговор?

– Мелкая, не обращай внимание, это просто Эдхар решил устроить проверку, чему он нас научил. Всего-навсего, – весело мне подмигнул Нафис. – Да и повод хороший, помолвка Рами, – и вдруг сделал большие, страшные глаза и заговорил страшным голосом, подвывая. – А вдруг кто решит украсть нашу прекрасную невесту прямо из рук её возлюбленного?

Ребята заржали как ненормальные. У Рами кровь отлила от лица:

– Тьфу на вас, – еле прошептала она побледневшими губами, накрепко вцепляясь руками в Намира и Шамси, чем вызвала новую волну смеха.

Из комнаты мы выходили в хорошем настроении. Первыми ушли Намир, Шамси и Рами, а мы с близнецами – последними.

Зал сиял. Из огромных хрустальных люстр под потолком струился яркий, слепящий свет. Он отражался в многочисленных зеркалах на стенах и дробился в стрельчатых панорамных окнах–дверях, выходивших в сад, мерцал в блестящем, выложенном узорами мраморном полу, превращая зал в лакированную шкатулку для хранения солнечных зайчиков. Красота, блеск, богатство и скука, зависть, злословие. Каждый бал похож на предыдущий и в то же время, не похож.

Фрейлины строили глазки всем подряд. Вот и сейчас, весело шушукаясь, они заглядываются на Намира. Тот, кидая им томные взгляды, всё же не отходит от сестры и её жениха, что-то рассказывая им весёлое. Родительницы пытаются повыгоднее найти партию для своих дочек. А так как ни Дара, ни Эдхара ещё не было, то и основная охота у них начнётся позднее. Обедневшие или проигравшиеся в запрещённые кости, тары ищут вдовушек побогаче и так далее… Скучно. Интересно только в первый раз увидеть это всё вживую.

Я скучающе, с приклеенной улыбкой счастья на губах, оглядывала зал. Шакти побрал бы весь этот этикет! С нами кто-то здоровался, мы кому-то отвечали.

Вот Валионор занял всё внимание отца жениха Рами и его жены. Вот тар Рагнози под ручку с неизвестной мне тари проходит по залу, нашёптывая ей что-то на ушко и цепко оглядывая зал. Буквально на секунду его взгляд останавливается на Нафисе и становится более тёплым. Вот Нафис и Фаби, подхватив дочь Главного целителя тайной Канцелярии, увлекают его вместе с женой ближе к трону.

Вот тар с холодными серыми глазами, сверкающими металлом и пепельными волосами, пренебрежительно осматривает зал. Увидев нашего Шамси, кривится, словно съел что-то неприятное. Рядом с ним стоит пятнадцатилетний юноша как отражение отца в зеркале и красавица жена, с холодной красотой и ледяными глазами. Я не помнила их имени, но знала, что они были связаны с последним заговором. А в тайну того, как этот тар смог соскочить с крючка Эдхара, нас, естественно, никто не поставил в известность.

Вот Шамси, почувствовав взгляд холодных глаз, скользнул по тару, как по пустому месту и повернулся к жениху Рами, что-то с улыбкой отвечая ему. И только я заметила, как напряглись и чуть побелели скулы брата.

Мы медленно прохаживались по залу с близнецами. Сагир и Тагир развлекали меня разговорами, как могли, ограждая от скуки.

– Ребята, а вы Фильку видели? – спросила я, продолжая мило улыбаться. – Что-то никак его не нахожу.

Меня медленно развернули в сторону окон.

– Вон, смотри левее тари в малиновом платье, – подсказал мне Тагир.

Я перевела взгляд и наконец увидела последнего из братьев. Он держал за руку одну из фрейлин и что-то пылко ей говорил, а она мило краснела и опускала глазки. Я еле сдержала смешок, всё же фыркнув. Вот ведь ловелас. Надеюсь, пока он волочится за юбками не забудет о том, что Эдхар велел ему приглядывать за прислугой. И тут же увидела его моментальный, но цепкий  взгляд, пробежавшийся по ним.

Постепенно в зале наступила тишина.

Распорядитель бала вышел в центр зала и торжественно провозгласил:

– Правитель Контиола тар Дарион Каности и наследный принц, эристави Тайной канцелярии и Советник правителя – тар Эдхаир Каности.

Мужчины поклонились, женщины присели в реверансе.

Первым шёл Дар. На шаг позади него справа – Эдхар. Подойдя к трону, правитель Кантиола остановился и дождавшись, когда все поднимутся, объявил открытие бала. После того как он сел на трон, зазвучала музыка и пока ещё редкие пары закружились в танце.

Мимо нас промелькнула Рами со своим женихом. Я загляделась на них, до чего же красивая пара! Они светились от любви и счастья и я им немного завидовала белой завистью. Я тоже хочу любить и быть любимой, купаться в нежности и счастье, чтобы сердце замирало в упоении от ласковых глаз, рук и губ.

Предаваясь сокровенным девичьим мечтам, не заметила как к нам подошёл тот пепельноволосый юноша, на родителей которого я недавно обратила внимание.

– Я хотел бы пригласить тари на танец, – обратился он к близнецам, – вы позволите?

Не успели они ответить, как за его спиной появился Шамси.

– Тари танцует только со своими братьями, – холодно проговорил он и подал мне руку.

Я, присев по этикету, вложила свои пальчики в его ладонь. Мы медленно кружили по залу. Все ребята замечательно умели танцевать. Да и немудрено. У нас через день были уроки танцев и умения красиво держаться и подавать себя. Так что мы с Рами, как единственные девочки в нашем мужском коллективе, успели перетанцевать со всеми. Но больше всего мне нравилось это делать с Шамси. Нравились его грациозные, уверенные движения, вкупе с благородным, аристократическим видом.