Ты жена мне, помнишь? - Ольга Островская

– Если ты не родишь мне сына, все земли Мораду станут моими, – продолжает просвещать меня в законах наследования Федерик. – С правом передать их вместе с титулом другому сыну, или старшему внуку от любой из дочерей.

Кошмар, как всё сложно.

– Про другого сына… это ты намекаешь, что если снова овдовеешь, будешь вынужден снова жениться, чтобы он у тебя всё-таки появился? – бросаю на мужа внимательный взгляд. Он в ответ мрачно хмурится. Не кивает, но я и так ответ знаю. Тема и для меня не самая приятная. Но я должна разобраться. – А что если девушка наподобие… меня умирает, не успев выйти замуж и родить наследника?

Мы здесь одни, и эхо наших шагов гулкой волной несётся впереди. Вокруг мерцают щиты, не позволяющие подслушивать. Но всё же в разговоре мы по негласному согласию стараемся говорить обо мне, как об Анне. Чтобы и потом не путаться.

– Тогда по закону наследником становится ближайший родственник по мужской линии. Если такового нет, всё отходит короне.

Ясно. И опять всплывает корысть, которую мог поиметь король со смерти Анны. Если ему, конечно, нужно имущество Мораду. Ведь оно так и так потомкам его величества должно достаться, раз уж Анна вышла замуж за Федерика.

– А ведь получается, тебе… моя смерть тоже выгодна, – хмыкаю мрачно. – Такой замок чудесный можешь получить в своё безраздельное пользование.

В ответ удостаиваюсь весьма тяжёлого взгляда. Но встречаю его спокойным своим. Ещё и брови вскидываю. Ну а что? Разве нет?

– Род Мораду был одним из древнейших и сильнейших в Арганде. Помимо этого замка я ещё очень много чего могу получить. Но сын от тебя мне нужнее, – замечает Федерик. Усмехается цинично: – Поверь, я не бедствую, ведьмочка. На перерождение всё нажитое имущество всё равно не заберу. Так или иначе потомкам оставлю. Так что с живой жены мне пользы больше. А уж теперь и подавно. Мне в супруги настоящую ведьму вручили. Первую за многие столетия. Такое сокровище надо беречь.

М-да. Аргумент веский.

– Богиня ясно дала понять, что я не первая. Так что тут извини, – поправляю его с ироничным смешком. – Ну а что с ближайшими родственниками по мужской линии Мораду. Есть такие?

– Да. Есть. Родной брат Иезеннии, которого и назначили… твоим опекуном, когда погибли родители. Именно у него я и просил твоей руки, – огорошивает меня супруг.

Так у Анны и опекун имелся? Впрочем чему я удивляюсь, если тут женщина не может даже родной дом наследовать. Теперь понятно хоть, откуда рядом с бедняжкой эта спесивая старуха взялась. Хотя вопросов, как водится, становится наоборот ещё больше.   

– Я так думаю, что ты его проверил вдоль и в поперёк, – снова бросаю на мужа быстрый взгляд.

– Да. И меня не радуют результаты, – мрачно поджимает губы Федерик. – Судя по отчётам моих людей, он совершенно не участвовал в судьбе своей воспитанницы. И уже многие годы вёл затворнический образ жизни, избегая общения с людьми. Особенно с собственной сестрой, которая и воспитывала Анну единолично. После того, как Иезенния исчезла, мои люди снова наведались к нему, но он… в несколько невменяемом состоянии.

Что значит, в невменяемом? Это как понимать?

Но большего Федерик рассказать не успевает. Мы как раз подходим к массивной двустворчатой двери, густо оплетённой светящейся паутиной заклинаний. Кажется, я их ещё чётче и ярче стала видеть в последнее время. Научиться бы такие плести.

Муж подходит к двери, что-то магичит, хмурится настораживаясь, но слышится щелчок и высокие обитые железом створки медленно открываются перед нами. Федерик запускает вперёд что-то весьма напоминающее сеть, прислушивается пару минут и только после этого удовлетворённо кивает. Зажигает светлячок, подбрасывая его в воздух, и позволяет мне войти в очередной ещё более тёмный коридор. И сам заходит со мной.

Дверь позади с гулким и каким-то роковым грохотом закрывается. И я застываю, тревожно всматриваясь в густые тени, которые не способен разогнать один маленький огонёк.

– Не бойся. Тут безопасно. До ловушек мы ещё не дошли, – заметив моё состояние, уверяет муж, уже совершенно привычно обнимая за талию. И подталкивая дальше. К следующей двери.

– Каких ловушек? – настораживаюсь я.

– Магических, – хмыкает муж. – Боишься? А так рвалась исследовать семейный архив Мораду. Без меня ехать собиралась.

– Конечно рвалась. Где я ещё возьму информацию про то, как обуздать свои силы? Ну и немного боюсь, да, – издаю нервный смешок. Это место на меня действует угнетающе. – Не хочу быть продырявленной какой-то стрелой, или раздавленной между надвигающихся стен. Провалиться под пол мне тоже не улыбается.

– Боги, откуда такие предположения? – Федерик даже останавливается, чтобы удивлённо посмотреть на меня.

– Приключенческих книг в детстве перечитала. И фильмов насмотрелась о всяких расхитителях гробниц.

– Что такое фильмы? – вскидывает брови. 

И вот попробуй объясни.

– Эм… это как спектакль. Актёры играют свои роли, специальные люди… запечатлевают изображение этого действа, а потом с помощью особых технологий дорисовывают всякие спецэффекты, и такие истории потом, как двигающиеся и говорящие картинки, демонстрируют в кинотеатрах по всему миру.

И не только в кинотеатрах, но принцып работы телевизоров я сейчас не готова объяснять. 

– Хм, как интересно, – задумчиво склоняет голову набок мой супруг. – Я знаю кое-что похожее. Артефакт запечатления, изобретённый одним гениальным артефактором из Сэйнара. Он запечатлевает и воссоздаёт энергетические колебания пространства, в том числе световые и звуковые. Используется их разведкой. Мы пытались выведать секрет изготовления, но пока безрезультатно.

Ничего себе изобретение. 

– И что, ни переманить этого артефактора, ни подкупить нельзя? – заинтересованно прищуриваюсь я. Представляю, какое преимущество имеет разведка этого Сэйнара, с такими-то занятными штучками.

– Нет. Герцог Севастьен Гиерно, глава Департамента госбезопасности Сэйнара, родственник и близкий друг королевской семьи, слишком предан своей стране и слишком неподкупен, – с досадой и нескрываемым уважением сообщает мне Федерик.

Ого. Целый глава госбезопасности. Неудивительно, что к нему не могут подобраться. Ещё и друг королевской семьи…

– Стой. Под королевской семьёй ты имеешь в виду свою старшую сестру и её мужа? Я же правильно запомнила, это ведь за королём Сэйнара она замужем?

– Да, – кивает Федерик, останавливаясь перед очередной дверью и принимаясь разбираться с запирающими заклинаниями.

Что-то царапает меня в услышанном. Интересно получается. Пятнадцать лет назад королева Сэйнара чуть не умерла, сильно изменилась после покушения, порвала все связи со своей родиной. А друг её семьи изобретает такой интересный и уникальный, как я поняла, артефакт.

– А когда он этот артефакт изобрёл? – интересуюсь осторожно.