Все, кроме чести - Артур Василевский

«И правильно, — подумалось Антону, — негоже премьер-министру соваться в адское пекло. На то простые исполнители имеются».

Визорам повезло — их посадили в ту же крытую повозку, где ехали вновь прибывшие маги. Точнее, один маг и две магини. На парне так же, как на визорах, был полный комплект прочных доспехов, а вот девушки были облачены не в пример легче, из брони — лишь кольчужка, шлем и стальной нагрудник.

Какое-то время они ехали в полном молчании, расположившись на скамьях друг напротив друга. Живчик Роман так и стрелял глазами в сторону рыжей чертовки. Та не оставалась в долгу, и взгляд ее был вызывающе дерзок. «Н-да, — подумалось визору-ищейке, — знает себе цену девочка, еще как знает».

Антон же если и поглядывал на свою зазнобу — а чего тут от себя таить, влюбился по самые… гм-гм, уши, — то делал это украдкой. Целительница и вовсе не поднимала очей, опущенных долу. Щеки ее раскраснелись, это было заметно даже в полутьме фургона. Впрочем, и у визора лицо вскоре запылало почище спелого помидора. Неожиданно в голову юноши пришла совершенно неуместная мысль о том, что здешние жители ни о каких томатах или о табаке да кофе и не слыхивали. Не родился еще Колумб, и Америго Веспуччи тоже не родился, да и викинги пока не плавали к берегам далекой неведомой земли.

Нелюдимый боевой маг расположился наособицу и за всю дорогу не проронил ни слова. Сумрачно смотрел куда-то вперед, словно пытался взглядом пробуравить передний полог, а заодно и спину возницы.

Впрочем, визорам до него не было никакого дела. Их интересовало и заботило другое. Вернее, другие…

Антон, наконец, устал играть в молчанку и подал голос первым. Откашлялся и обратился к прекрасной блондинке:

— Достопочтенная дева, не будешь ли ты так любезна, чтобы сообщить свое имя? — Он тут же спохватился и представился: — Антоний, визор, вассал комтура Гунтара.

Девушка, не поднимая глаз, тихо вымолвила:

— Я знаю, кто ты такой. — Потом она вскинула голову и глянула прямо в глаза — нет, в душу! — собеседнику: — Меня зовут Клотильда. Я служу при дворе короля целительницей и алхимиком.

У Антона разом пересохло в горле. Он сглотнул и с легкой хрипотцой сообщил:

— Более чудесного имени я до сих пор не слыхивал.

Девушка улыбнулась. Что удивительно — без тени кокетства.

Так они и ехали, украдкой бросая друг на друга быстрые взгляды. Но отчего-то больше не проронили ни слова: Антон из-за природной робости в отношениях с представительницами прекрасной половины человечества, а девушка… Да кто ж ее знает? Визор попытался ненавязчиво подключиться к ней и прощупать ее мысли и чувства, но у него ничего не вышло. Магиня попалась непростая, умело блокировала любые проявления ментального любопытства. Столетов лишь чуть коснулся ее разума, все понял и тут же убрался восвояси.

Наконец, повозка остановилась, и маги один за другим попрыгали на землю. Должно быть, мечтательно-влюбленный видок Антона бросался в глаза, потому что проходящий мимо Роман толкнул его в бок:

— Очнись! Сейчас не время для розовых соплей.

Благодаря этой колкости Столетов и впрямь пришел в себя, быстро собрался, вытесняя из головы сладкие грезы. Впереди — дело, серьезнее донельзя. Нужно напрячь все свои силы, чтобы не просто выжить в проклятом месте, но и победить врага.

Их подозвал к себе граф, еще раз прошелся по совместно выработанному плану. Потом напутствовал ободряющими словами и велел выступать.

— Мы будем ждать вас здесь, — твердо произнес Гунтар напоследок.

Расценив слова графа как приказ, окружавшие его лейды принялись за разбивку бивака. Установили походные шатры. Поблизости поставили по углам кибитки, а на них положили длинные жерди из срубленных деревьев, устроив навес. Таким образом, выстроили крытый загон для лошадей, чтобы защитить их на случай атак с воздуха. Никто не забывал про гарпий.

А поисковая группа, состоящая, кроме шестерых магов, из такого же количества бахисов — среди последних были, само собой, Абдулла, Вульфгар и вчерашний следопыт, — выдвинулась в Тартар.

Вытянулись в цепочку: впереди, так же как в первый раз, осторожно шагали Ромул с проводником, сразу за ними норманн и сарацин, в середине отряда двигались двое боевых магов — ребята уже знали, что рыжеволосую красотку зовут Брунгильдой, — потом визор, целительница и помощник Гунтара, замыкала процессию троица вооруженных до зубов бахисов.

Антон шел рядом с Мартином. Наставник заметно прихрамывал, хотя помимо местного лекаря его рану осмотрела и обработала утром Клотильда. Она держалась рядом, высокая, стройная, вся такая мягкая и нежная — и даже доспехи не скрадывали ее изящную фигуру. Визор с усилием отвел взгляд от девушки и переключился на окружающее, активировав режим сканирования.

До вчерашней крайней точки, как ни странно, добрались без проблем. Никто не пытался напасть, разорвать, перегрызть горло и вспороть прикрытую доспехами плоть. Лишь пару раз путь пересекли одиночные твари, сродни болотному вампиру, но из них быстро вышибли дурь бдительные бахисы. Магам даже не пришлось беспокоиться.

Когда прибыли к памятному холму, увидели: на месте недавнего боя все было чисто — ни самих трупов, ни каких-либо следов от них. Антон удивленно осмотрелся, потом подошел к Абдулле и поинтересовался: куда делись мертвые оборотни? Встали и ушли?.. Тот неопределенно пожал закованными в броню плечами: никто не знает, куда деваются убитые монстры, но они всегда исчезают через какое-то время. Возможно, сородичи пожирают их без остатка. Или отравленная миазмами проклятого мира почва поглощает их наподобие Стона Земли.

Антон почесал лоб под шлемом: ясно, что ничего не ясно.

Тем временем его друг выкрикнул взволнованно:

— Вижу след! Он все еще заметен…

Мартин махнул всем, повелительным жестом указывая вперед:

— Поторопимся. Порядок следования тот же. Быть предельно внимательными — входим в неизведанные места.

Антон возрадовался, что идет рядом с Клотильдой. Решил про себя: костьми ляжет, но девушку в обиду не даст. Хоть та и заверила в начале пути в ответ на его настойчивые расспросы, что сумеет постоять за себя, случись что. Как бы в подтверждение ее слов на поясе магини висели два легких самострела, а в ножнах на боку — длинный кинжал. Но Столетову нравилось чувствовать себя крутым перцем — сильным и надежным защитником. Потому при словах наставника он лишь крепче сжал рукоять спаты и напряг свои магические силы, вслушиваясь в сумрачный и гнетущий фон Тартара.