Ассортир - Алексей Викторович Иванов

– Как все наши ученые? – усмехнулась Талия. – А я-то думала, чего это они все такие толстые.

– Тем более что от кого на самом деле произошел Дарвин мы не знаем. Может быть, он только поделился с нами своим самонаблюдением. Вероятнее всего, это их семейная тайна, которую он подло раскрыл.

– Как известно, философия такова, каков сам философ.

– В силу того, что основой логики мышления является логика непосредственного бытия, анализируя произошедшие именно с ним события любой философ и вырабатывает «прокрустово ложе» именно своей логики, которую он затем и развивает в своей философии. При помощи которой он и пытается затащить всех и вся на свой разделочный стол.

– Видя очевидные – только ему – чужие недостатки, – улыбнулась Талия.

– Которые все они могут (и должны) использовать для своего саморазвития. Это часть их кармы – логики их непосредственного бытия, основы именно их мышления.

– Актуальной непосредственно для них.

– Их мета-язык, на котором они вынужденно (своим предыдущим в прошлых жизнях саморазвитием) не только общаются, но и взаимодействуют в этом мире. Улучшая, в итоге, либо же ухудшая каждое своё детство.

– Недо-понимая всех остальных.

– Что и является трамплином каждого к пониманию.

– Понять-таки всех и вся.

– Основой, создающей реактивную тягу к остальным, подстрекая разумно взаимодействовать с другими, с виду неотличимыми от тебя самого, постоянно натыкаясь на этот парадокс самообоснования, пытаясь разгадать (дешифровать) для себя логику их поступков. Которая, на первый взгляд, выглядит как предательство. Твоих интересов.

– Заставляя обижаться.

– А через это – и пытаться их понять. С самого детства. Слагая гимн своей картины мира. Так что если кто-то настаивает на истинности именно какой-то одной из теорий, приводя нам самые веские аргументы, буквально заставляя нас именно так и думать, то это говорит лишь о том, что данная теория актуальна именно для него. Но – не для всех остальных. Ощущающих своё духовное родство с другими теориями, актуальными именно для них. Теориями, творящими именно их жизнь по своему образу и подобию. Позволяющими каждому из нас духовно, а вслед за этим и физически совершенствоваться. Изменяя самого себя. Так сказать, на корню. Именно поэтому каждый из нас и пытается создать здесь свою философию жизни, которая полностью передавала бы на бумаге – и у нас в голове – именно наше мировоззрение. Находя своих подлинных приверженцев и поклонников своей теории из числа тех, история становления которых в качестве живого – уже – существа (в отличии от мертворожденных, которые только слушают других, ни о чём не думая) почти полностью совпадает с нашей. Именно поэтому-то знание любого беса основано на вере в его истинность. Не актуальную для других, с виду похожих – теперь – на него существ. Истина конкретна.

– И для каждого из нас она именно своя?

– Ровно до тех пор, пока мы не добредём по этой дороге до Абсолюта, спотыкаясь о теории других существ и запутываясь в силках совершенно ложных для нас всеохватывающих «мировых систем». Абсолют – именно та истина, которая актуальна для всех без исключения. Но убедится в этом мы сможем не раньше, чем это станет частью нашего истерического опыта.

– Став богами?

– Если не встанем тем, кем застынем в одном из мировоззрений. Не имея уже ни возможности, ни желания двигаться куда-то дальше.

– Терракотовым воином? – усмехнулась Талия.

– Тем, что станет родным именно для нас домом. Пока до нас наконец-то не дойдёт, что мы жили всё это время в шалаше. И над нашим горизонтом не замаячит путеводная звезда Абсолюта. Расширяя наше восприятие практически до бесконечности. Как у всех богов. Так что мне не дано знать, в чём прав был Дарвин, а в чём – нет. Но меня из ленивого обывателя и нерадивого работника только интенсивный труд превращал в мастера своего дела, повышая мои функциональные и интеллектуальные возможности. А затем моё мастерство начинало распространяться и на все другие виды работ. Везде и всё я начинал делать как можно быстрее и как можно качественнее. Развивалась смекалка. Таким образом я становился мастером не только своего дела, но и – на любом процессе, куда бы меня затем ни ставили. И я понял, что Мастерство – это особый, не зависящий от типа работы дар, который легко можно в себе развить. Повышая разумность тела. Там, где необходимо работать предельно быстро и качественно. Трансформируя инстинктивный ум в рассудок. Затем – если одновременно с этим ещё и соблюдать заповеди – в интеллект.

– А как долго нужно работать, чтобы стать Мастером?

– Опять ты рассуждаешь во времени, – улыбнулся Ганеша, – а его нет в настоящем. В котором мы пребываем всегда. Существуют только периоды длительности, этапы. А любой период длительности, как и любую химическую реакцию, можно быстро сократить, повысив свою заинтересованность и эффективность. Как долго ты будешь проходить этап обучения зависит только от того, как быстро и точно ты начнёшь действовать и как долго ты сможешь это ускорять. Повышая свою интенсивность, жизненный тонус и мастерство. Возможно, три-четыре недели, – вспомнил он, – а возможно – и целую вечность. Все зависит от усилий, которые ты будешь к этому прикладывать. Ведь мы постоянно деградируем. После каждого приёма пищи и сна. Именно поэтому и нельзя есть много за три-четыре часа до сна.

– «Ужин отдай врагу», – вспомнила она.

– И чем больше усилий для роста мы прикладываем, тем быстрее и необратимее происходит наша эволюция. На генном уровне. Я же говорю, время – величина относительная.

– Боюсь, что в моей жизни не будет подобной работы, – вздохнула она.

– В том-то и дело, что твоя работа должна стать бесподобной! Ты можешь как можно быстрее и качественнее мыть полы, посуду, чистить овощи. И вообще начать делать свои прямые обязанности по дому не кое-как, как сейчас, а – быстро и эффективно! Ища в их исполнении лишь повод для проявления своего мастерства.

– А что, без обязанностей – никак? – деланно лениво произнесла Талия. – Я думала, что именно для этого я тебя и завела. Как полезное в быту домашнее животное, – улыбнулась она.

– Ну, и зря! Ты упускаешь свои возможности! А о животных надо, наоборот, заботиться, – улыбнулся Ганеша. – А не дрессировать меня, заставляя носить к тебе в зубах то пиво, то зарплату.

– И чем старше оно становится, тем больше с ним хлопот, – вздохнула Талия. И усмехнулась.

– В жизни только неукоснительно следуя правилам общежития мы возрастаем до уровня абсолютного совершенства. Либо, плюя на всё, постепенно снова падаем до элементарной частицы с её беспорядочным движением. Во время схлопывания галактики. Чтобы в