Рассвет нового мира - Ярослав Коваль

— О-о… Думаю, вообще умение держать в своей власти своего демона — редкий дар. Но если речь о неуязвимости сознания, то, боюсь, не могу уверенно сказать, способен ли на такое любой беллий, или только террианин, или только русский… Кто может уверенно сказать? Факт в том, что я, как видите, способен хранить свободу духа и даже защищать айн от экзорцизма.

— Защищать?

— Для неё обряд гибелен, как для человека — чан с кипятком, в который он падает. Я способен сохранить её цельной, но она вынуждена покориться божественной власти, потому что чувствует на себе её могущество, — решил я сделать хоть какой-то реверанс в сторону религиозных представлений столь мужественного и вообще внушающего уважение человека.

— А стоит ли вам сохранять её? — задумчиво произнёс он. — Ведь демон есть демон. Он всегда останется опасным, тем более, раз, как вы говорите, способен даже действовать в обход вас и без вашего ведома. Коварства и злобности подобным существам не занимать. Мало ли на что оно вообще способно.

— Экзорцизм ведь не способен в полном смысле убить её дух. Он может лишь раскромсать его и оставить существовать в куда более уродливой форме. Сейчас я хоть как-то могу её контролировать, а если контроля не останется, да ещё и существование её будет существованием умертвия — только бог знает, на что такое создание будет способно. И даже если я переживу подобную полусмерть айн — нося в душе ошмётки чужого гниющего духа, невозможно сохранить свой дух в целости и чистоте.

— Понимаю. Да, конечно, вы правы, почтенный. Я сейчас всё подпишу. — Служитель осторожно направился к столику, имеющемуся в притворе, и тут-то стало заметно, сколь нетвёрдо он держится на ногах. То ли устал, то ли перепугался, а может быть, и то, и другое разом. — Вы смелый человек — так рисковать своей жизнью и душой!

— По-настоящему мужественны вы, — ответил я раздумчиво. — Я ведь уже однажды проходил эту процедуру и был уверен, что снова выдержу. А вот вы впервые… Как вас зовут? Мне наверняка предстоит встреча с Пресвященным, я обязательно упомяну о вас, как о служителе, соблюдающем свой долг до конца.

Мой собеседник порозовел от удовольствия, но, конечно, пробормотал:

— Стоит ли отвлекать владыку такой мелочью…

— Мне куда выгоднее, если вас переведут из провинции куда-нибудь поближе к Арранарху или Хиддалоу. Предвижу, мне ещё не раз понадобится обуздывать демоницу. Она быстро забывает урок. Не беспокоить же Пресвященного каждый раз… Благодарю. Меня ждёт экипаж?

— Да, почтенный, всё подготовлено. Может быть, вам будет угодно перекусить?

— Да, было бы недурно. Но лучше, если мне с собой завернут что-нибудь в путь. Откровенно говоря, я и так уйму времени потерял.

— Скажу своим помощникам, они распорядятся, — заверил он меня.

Однако в экипаже я едва успел положить в рот первый кусок из свёртка, заботливо упакованного в корзинку, как отключился на подушках, куда прилёг буквально на секунду. Я бы и не заметил, наверное, что уснул — так мгновенно это случилось — если б айн опять не вытянула меня в пространство, так хорошо мне знакомое. То самое, где мы когда-то познакомились. Она придавала ему разные обличия: иногда пустыня, иногда подземелье замка, катакомбы, даже однажды твёрдый пятачок посреди болота — всегда сумрачно, всегда полумрак, серые и чёрные оттенки, непроглядное небо. Мало приятного.

Демоница скорчилась на земле в нескольких шагах от меня. Едва приподняв голову, посмотрела глазами умирающей лани. Не будь это она, неизбежно вызвала бы моё сочувствие. А тут — какое уж к ней вообще может быть сочувствие!

— То есть тебе меня совсем не жалко? — возмутилась она.

— А я должен тебя жалеть? Ну ладно, прекратим это бесполезное сотрясение воздуха. Мне интересно знать, усвоила ли ты урок.

— Да что же это…

— Мне интересно знать, нужно ли его повторять.

— Нет, не нужно. — Она выпрямилась, и даже тон сменился. Стал намного более спокойным и деловитым. Что и требовалось доказать — всё, что она пытается демонстрировать — притворство. Правда — только её холодная расчётливость и коварство. — Я всё поняла. Ладно. Я буду выполнять твои требования. Чего ты сейчас хочешь?

— Я хочу, чтоб ты нашла способ украсть у демонов энергию в пользу монильской армии.

— Ну нет такого способа, — тихо произнесла она, подойдя поближе. — Понимаешь? Нет. Вот, смотри — я тебя не обманываю. Ты же способен увидеть, если будешь знать, на что обращать внимание.

— Я вижу только, что ты такого способа не знаешь. Это не означает, что его нет. Ты должна попробовать его отыскать.

— Послушай, что ты хочешь на самом деле? Ты желаешь, чтоб я работала над новой энергосистемой человеческих миров или тратила время на изобретение того, что изобрести нельзя? Ну сам подумай — демоны тысячелетиями размышляли об этом, их главной целью всегда является чужое могущество. В бою — превозмочь его, после боя — прибрать к рукам. Если б можно было наложить лапу на чужую магию ещё перед боем, разве б они не воспользовались ею?

— Я верю: на то, что оказалось не по зубам демонам, окажется способен человек.

— Допустим, хотя в этом заявлении скорее видна твоя запредельная самоуверенность. Но я-то тоже демон. Хоть и в прошлом.

— А разве два года общения со мной не повлияли на тебя благотворно? Жаль. Ладно, тогда тебе другое поручение. Думай о том, как можно завоевать Ишниф. Нам придётся покорить твою родину, чтоб добраться до твоих записей. И смотри: если сейчас ты составишь для нас дельный план, и он сработает, выше вероятность, что потом ты сможешь получить эту область обратно в свои руки. Если я найду способ выковырять тебя из себя и дать тебе новое тело.

— Нет такого способа.

— Так же, как нет способа отобрать магию на поле боя?

— Примерно так же.

— Посмотрим. Знаешь, и для меня будет облегчением наконец-то остаться полноправным хозяином своего тела.

— Ты и так полноправно им распоряжаешься, — устало произнесла айн. Черты её поплыли и стали вполне демоническими. Но всё равно приятными человеческому глазу. — Я никак не способна вмешаться в ситуацию.

— Это не значит, увы, что я полностью управляю ситуацией. Ты прекрасно это знаешь.

— Значит, мечтаешь избавиться от меня?

— Мечтаю, да. Моя мечта, думаю, и тебя не огорчит.

— Боюсь, она бесплодна, так что мне рассчитывать не на что, — усмехнулась демоница. — Но Ишниф я постараюсь помочь завоевать. Пусть это будет местью Хтилю. Только я могу так именоваться, любому другому это имя не принесёт удачи.

— Тебе оно тоже её не принесло.

— На твоём месте я бы пощадила моё самолюбие, — прошипела она с яростью.

Глаза её полыхнули огнём, который, пожалуй, даже сделал демоницу притягательной в моих глазах. Я любил женщин, в которых все глубины их натуры высвечивались, будто молнией, вспышкой бешеной ярости. Надо отдать должное таким — они страстны и по-своему искренни. Если хочешь узнать, на что способна вспыльчивая женщина — просто выведи её из равновесия и посмотри. Сдержанная же до самого последнего момента хранит кинжал за пазухой.