Сумерки - Стефани Майер

Эдвард с любопытством наблюдал, как я пытаюсь осмыслить услышанное. Медовые глаза так и сверкали из-под опущенных ресниц.

- Уверен, мне удалось бы увести тебя из школы, - задумчиво сказал он.

- Вне всякого сомнения.

- Потом я попробовал изменить расписание, чтобы не сидеть с тобой за одной партой. Но ты тоже пришла в административное здание. В той маленькой теплой комнатке у меня голова пошла кругом от твоего запаха. Я едва не поддался соблазну, ведь кроме нас там была только одна женщина, с которой бы я справился без труда.

Представив события прошлого в его восприятии, я испугалась. Бедная администраторша, она чуть не погибла из-за меня!

- Но я вытерпел. Сам не понимаю, как я заставил себя не караулить на улице и не идти по твоим следам до дома. На свежем воздухе мне стало легче, и я смог принять верное решение. Откровенничать с Эмметтом и Кэри не хотелось, поэтому я отправился прямо в больницу к Карлайлу и заявил, что уезжаю.

Я удивленно взглянула на Эдварда.

- Мы поменялись машинами - у Карлайла был полный бак бензина, а мне не хотелось останавливаться. Заходить домой было страшно - Эсми наверняка устроила бы сцену и упросила никуда не ездить. Следующим утром я уже был на Аляске. Два дня провел среди старых знакомых, но очень скучал пo дому. Страшно не хотелось огорчать Эсми и остальных родственников, а чистый горный воздух выветрил последние воспоминания о твоем запахе. Я убедил себя, что убегать глупо. Я ведь и раньше сталкивался с соблазном, однако никогда не уступал! Разве можно позволить простой девчонке, - зло улыбнулся он, - сгонять себя с насиженного места?

Эдвард задумчиво смотрел вдаль, а я молчала. - Прежде чем вернуться в школу, я несколько дней охотился, ел и пил больше, чем обычно. Изо всех сил старался убедить себя, что смогу относиться к тебе как ко всем остальным людям. Судя по всему, я был слишком самонадеян.

Несомненную трудность представляло то, что я не могу читать твои мысли. Пришлось действовать окольными путями: внедряться в сознание Джессики и выискивать то, что хоть как-то связано с тобой. Джессика - девушка недалекая, мыслит примитивно, так что копаться в ее мыслях - занятие не из приятных. Тем более что ты далеко не всегда откровенна. Эдвард поморщился.

- Мне хотелось, чтобы ты поскорее забыла о случившемся в первый день, и я решил сам начать разговор. Нужно было разобраться в твоих мыслях, но ты оказалась гораздо сложнее и интереснее. И снова этот запах, исходящий от твоей кожи и волос… А потом на моих глазах тебя чуть не переехал фургон. Позднее я подумал, что все сложилось как нельзя лучше: если бы я тебя не спас и твоя кровь растеклась по асфальту, не думаю, чтобы смог сдержаться, и тайна нашей семьи была бы раскрыта. Но все это пришло мне в голову потом. Когда я увидел неуправляемый фургон Тайлера Кроули, единственной моей мыслью было: «Только не она!»

Эдвард закрыл глаза, будто признание забрало слишком много сил. Я внимательно слушала, понимая, что мне должно быть страшно. Вместо этого я чувствовала облегчение - наконец-то все встало на свои места - и даже сочувствие - он ведь так страдал и все же нашел в себе силы признаться, что хотел лишить меня жизни.

- А потом мы попали в больницу, - подсказала я.

- Мне было безумно страшно, - признался Каллен. - Ведь я вел себя безответственно и подверг семью риску. А потом я поругался с Розали, Эмметтом и Кэри, когда они заявили, что сейчас самое время… Ссора получилась ужасная, мы столько друг другу наговорили! Зато Карлайл меня поддержал, и Элис тоже. - Назвав имя сестры, Каллен нахмурился. - А Эсми сказала, что я могу делать, что хочу, лишь бы никуда не уезжал!

Весь следующий день я подслушивал мысли твоих собеседников и понял, что ты меня не выдала. Логическому объяснению это не поддавалось! Я понимал, что больше рисковать нельзя и от тебя следует держаться подальше. Но каждый день запах твоих волос, кожи, свежесть дыхания терзали меня так же, как и в первый.

Теплые тигриные глаза смотрели так нежно!

- Но, в конце концов, - продолжал Эдвард, - лучше бы я выдал семью в самый первый день, чем причинить тебе боль сегодня, здесь, когда меня ничто не останавливает.

Любопытная, как все девушки, я не удержалась от вопроса - Почему?

- Изабелла, - Эдвард шутливо взъерошил мои волосы. Я затрепетала от его прикосновения. - Белла, я не смогу жить, если причиню тебе боль. Ты вообразить не можешь, что я чувствую, когда представляю тебя, бледную, холодную, неподвижно лежащую на земле… - Каллен пристыженно опустил глаза. - Не видеть твоего румянца, блеска в глазах, когда ты разгадываешь глубинный смысл моих слов… Ради чего тогда жить? - В печальных глазах застыл вопрос. - На всем свете для меня нет никого дороже тебя. Отныне и навсегда.

У меня голова шла кругом. От невинного обсуждения моей гибели мы плавно перешли к взаимным признаниям. Эдвард ждал, и я, трусливо разглядывая руки, понимала, что он ждет моего ответа.

- Мои чувства тебе прекрасно известны. Ну… в общем, я лучше умру, чем соглашусь жить без тебя. Знаю, я идиотка!

- Ты правда идиотка! - рассмеялся он. Наши глаза встретились, и я тоже рассмеялась. Ну и ситуация, мы оба смеемся над моей глупостью.

- Значит, пума, или в моем случае, лев, влюбился в бедную овечку! - радовался Эдвард, а мне стало не по себе.

- Какая глупая овечка! - вздохнула я.

- А лев - ненормальный мазохист! - поддержал Эдвард и снова рассмеялся. Интересно, о чем он сейчас думает?

- Почему?.. - начала я, не зная, как продолжать.

- Что почему? - улыбнулся Каллен.

- Объясни, почему ты раньше убегал от меня?

- Ты знаешь, почему. - Радостная улыбка погасла.

- Просто хочу понять, что именно я делала не так. Нужно же мне знать, что можно, а что нельзя ни при каких обстоятельствах.

- Белла, мне не в чем тебя упрекнуть, - снова улыбнулся Эдвард. - Все недоразумения произошли по моей вине.

- Но я же хочу помочь, чтобы тебе было легче.

- Ну, - нерешительно начал Эдвард, - мне не по себе, когда ты подходишь слишком близко. Люди стараются держаться от нас подальше, инстинктивно чувствуя опасность… Когда ты совсем рядом, я чувствую запах твоего горла, - выпалил он, напряженно вглядываясь в мое лицо.

- Тогда ясно, - легкомысленно произнесла я, пытаясь разрядить обстановку. - Горло больше не показываю!

- Да нет, все не так страшно, - рассмеялся Эдвард. - Просто меня удивили собственные ощущения.

Он поднял руку и осторожно положил мне на шею. Я не шелохнулась, и ничего похожего на страх не испытала.

- Видишь, какая гладкая и нежная…

Кровь бешено неслась по жилам, и мне бы очень хотелось как-нибудь замедлить ее бег. Ведь Эдвард, очевидно, слышал, как стучит мое сердце.

- Румянец тебе идет, - вкрадчиво проговорил он и, нежно коснувшись щеки, взял мое лицо обеими руками, бережно, словно хрустальную вазу.