Лотерея - Вячеслав Кумин

Элен и Эрик покинули вертолет.

Дверь головного модуля послушно открылась и впустила парочку в святую святых любого корабля. Внутри их встретила тишина и пустота с затхлым воздухом.

При появлении людей автоматически заработали системы жизнеобеспечения, зажегся свет. Вспыхнули какие-то панели.

— Добрый день… — прозвучало из динамиков.

Элен невольно вскрикнула и огляделась по сторонам.

— Что это?

Эрик только вздрогнул, едва удержавшись от восклицания, хотя почувствовал, как сердце едва не выскочило из груди. Придя в себя, он лишь матернулся вполголоса.

— Кто ты? — спросил Махов.

— Бортовой компьютер транспортного корабля «Интестинал ворм»…

— Ну да, кто же еще.

— Прошу уточнить ваш статус… — попросил компьютер.

— То есть? Что еще за статус?

— Кем вы являетесь?

Эрик хотел было пошутить, что они вообще инопланетяне из созвездия Ориона, но почел за лучшее промолчать. А ну как на этот счет есть какая-нибудь спящая программа, которая примет все за чистую монету? И что тогда? Еще уничтожит их…

— Уточни вопрос…

— Вы колонисты, прилетевшие на «Интестинал ворм» или колонисты, прилетевшие ранее на других кораблях?

— А ты сам-то как думаешь? — невесело усмехнулся Махов. — Учитывая, где мы находимся.

— Уточните ваш статус…

— Ладно, глупая жестянка. Мы только что прилетевшие колонисты… И вообще, проводи нас к главному терминалу, а то топчемся в дверях!

— Следуйте за огнями на полу…

Элен и Эрик, следуя за переливающимися огоньками, оказались в командной рубке.

— Странно, — прошептала девушка.

— Что?

— К чему все эти кресла для экипажа и классические консоли управления, учитывая уровень автоматизации. Дань традиции или просто строили по старым схемам?

— Скорее последнее. А также на случай если все же придется работать экипажу. Мало ли…

Эрик и Элен разместились в покрытых пылью креслах.

— Компьютер, уточни место нашего пребывания. Где мы приземлились? Мы действительно на Сахаре? — спросил Махов.

— Верно. Посадка совершена на планетоиде, имеющем дополнительное обозначение «Сахара». Сахара — седьмой спутник из двадцати трех планеты типа газовый гигант…

— Стоп, вывести всю информацию на экран, — потребовал Махов, оборвав компьютер.

— Выполнено…

На экране действительно высветился и открылся файл затребованной информации.

— Система Дионис, вторая планета из трех от звезды Диониса — газовый гигант Баос, спутник Баоса — Сахара. Действительно Сахара, — вздохнул Махов и, вложив один из кристаллодисков в специальный приемник, потребовал: — Скопировать на внешний носитель всю информацию о планетоиде Сахара.

— Подождите… выполнено.

Махов забрал кристаллодиск и продолжил знакомиться с полученной информацией. Но чем больше он читал, тем сильнее ужасался.

— Боже мой…

— Я бы сказала много емче… — выдавила девушка, также читая подборку.

— Я бы тоже, но постеснялся.

По всему выходило, что на Сахаре сейчас весна, где-то ее середина, а значит эта нестерпимая, запредельная жара и не жара вовсе, а так, недоразумение… Еще настанет лето — и температура в дневное время поднимется до ста градусов — температура кипения!!! — а ночью не будет опускаться ниже нынешних дневных температур в сорок пять — пятьдесят градусов.

— Это ад… Это кромешный ад. Мы сваримся вкрутую. Запечемся…

Это тем более ад, потому как лето из-за особенности орбиты газового гиганта тут затяжное и длится ровно полгода, то есть примерно девять земных месяцев, потому как период обращения газового гиганта равен полутора земным годам. По три месяца длится весна и осень и три месяца длится зима.

Утешением могло служить разве только то, что Сахара время от времени закрывается от солнца своим хозяином — Баосом, вокруг которого планетоид в свою очередь обращался примерно за тот же месяц. А значит, по пятнадцать дней в течение земного месяца они не будут видеть и ощущать на себе прямого воздействия этой печки под названием Дионис. Будет только ночь, или как предложил ее называть Ремезов — меганочь, освещаемая хозяином, и абсолютная тьма, освещаемая только далекими звездами.

— Интересное тут разделение времени суток, — заметила Элен.

— Да, оригинальное.

Радовали только зимние температуры — три жалких месяца относительно нормальной жизни на этом чертовом планетоиде. Если верить справке, то в это время на Сахаре идут довольно обильные дожди, во что сейчас не очень-то и верится. А в самый холодный месяц во время меганочи температура опускается аж до нуля и появляется вероятность выпадения снега. Во что уже не верилось абсолютно.

«Дожить бы нам только до тех благословенных дней», — не без горькой иронии помечтал Эрик.

Покончив с изучением условий Сахары, Махов вывел на экран карту района посадки.

— Теперь все понятно, — хмыкнул он.

— Что?

— Да вот почему обрывается на сто пятом модуле, хотя должно было идти дальше. Оказывается, все из-за формы каньона.

— У-образная…

— Да. Главный компьютер выбрал этот участок, чтобы модули сели максимально плотно и ближе друг к другу, а не растянулись на тысячу километров. По той же причине здесь же сели модули «Орфея».

— Что тут, мало У-образных каньонов? Их тут тьма тьмущая… И «У», и «Х» и даже «М»-образных, что еще предпочтительнее выбранного компьютером.

Эрик, заглянув в другие файлы, посмотрел данные и сделал заключение: