Пока боги спят - Алекс Елин

- Кажется, кто-то очень не хочет, чтобы мы выбрались из Керши, - констатировал Стюарт, потирая ушибленную в драке руку.

- Будем дожидаться подмоги тут? – Рик с сомнением осмотрел поляну. Она ему категорически не нравилась, но вот чем, он не мог объяснить. Летчику просто хотелось убраться отсюда как можно быстрее и как можно дальше, словно бы сам горный воздух был пропитан черной ненавистью и злобой.

- Нет, лучше не стоит, - пожал плечами Стюарт. – Они уже в курсе, что мы неподалеку, и мы устранили их группу. Скоро они сюда придут с куда большими силами, чем оставили в засаде, а у нас обуза в виде недавних гражданских.

- Значит, будем уходить в горы и пробиваться в Розми, - констатировал Рик. Оглядел свой маленький отряд, прикинул их шансы на успех. Шансы были малы. Очень малы. – Передай по спутнику, что мы планируем уходить в горы, надо назначить новую точку рандеву, - попросил он своего пилота, экипированного спутниковой связью.

- Прости, шеф, но это невозможно, - тот покачал головой. – Спутник не выдержал столкновения с действительностью и прямого попадания из автомата… - молодой парень развел руками. – Мы без связи.

- Люблю я эту работу, - сообщил полковник Стюарту. – Тогда будем выбираться так. Надеюсь, наши сообразят, куда мы идем и где нас лучше встретить.

- Это если они еще будут уверены, что мы живы, - намекнул мрачный Стюарт, но заткнулся, сообразив, что не все присутствующие смогут оценить его черный юмор.

- Вы сможете идти? – Рик при отсветах догорающих вертолетов оглядел принцессу, прихрамывавшую на левую ногу. Рядом с ней еще на базе взорвалась кершийская граната. Иоланте повезло, что произошло маленькое чудо: принцессу лишь зацепило взрывной волной. Женщина тяжело опиралась на руку одного из телохранителей, на голове у нее темнела довольно большая рана, покрытая запекшейся кровью, надо было бы перевязать ее, да только кровь уже не шла, а терять времени розмийцы не могли – преследователи наверняка уже шли за ними.

- Да, офицер, - прошептала принцесса Иоланта. – Помогите моей дочери, ей очень сильно досталось сегодня.

- Все хорошо, мама, - пробормотала маленькая и хрупкая девочка. Рику она показалась нереально худой, кожа белая, почти прозрачная, покрытая на руках и ногах ссадинами и начавшими синеть кровоподтеками. Девочка была еще очень угловатой, как и любой подросток, немного неуклюжая и с большими серо-зелеными глазищами. Пожалуй, она еще больше похудела и побледнела с их последней встречи, а ноги и руки стали еще более тонкими и длинными.

- Давайте я помогу Вам идти, Ваша Светлость, - обратился он к Талинде Виктории, немного похожей на жеребенка вытянутым личиком. Наверное, с возрастом она округлится, пропорции слегка поменяются, и девушка станет очень даже симпатичной, может быть даже красавицей, но сейчас на этого маленького хрупкого залитого кровью человечка было жалко смотреть.

- Я могу и сама, - запротестовала она. – Вам же надо будет смотреть по сторонам, а я буду только мешать.

- У нас еще есть время, пока они не пришли сюда. Мы должны уйти как можно дальше, и сделать это надо как можно быстрее, - терпеливо принялся убеждать ее Рик. – Вам придется опереться на меня.

- Хорошо, - согласилась она. – Дайте мне пистолет, у вас их два. Я умею стрелять. В бою вам будет не до того, чтоб его передать, а если их будет много, то вам не придется думать обо мне. Чтобы вы могли нас защитить, вы должны быть уверены, что я смогу за себя постоять и сама себя защитить, - очень уверенно сказала она.

- Вы умеете стрелять, Ваша Светлость? – спросил Стюарт, шедший впереди.

- Да. И немного драться. Меня этому учили, - совершенно серьезно ответила девочка. – Не смогу из-за необходимости скрытности это вам продемонстрировать, но поверьте: я метко стреляю из любого оружия… которое могу удержать в руках, - несколько смущенно добавила она.

- В человека выстрелить сможете? – Рик нехотя протянул ей второй пистолет. – Это очень важно: сможете или нет?

- Да, - уверенно ответила она, стараясь рассмотреть пистолет, и даже вроде как прикинула как его будет удобнее держать.

- Откуда Вы это знаете? Стрелять по мишеням в тире и в человека – это две совершенно разные вещи, многие подают в отставку потому, что не могут выстрелить в человека, - Рик помог ей перебраться через небольшой завал из камней на тропе.

- Я очень не хочу умирать. Мне очень хочется жить, и я буду биться за себя, маму, моих людей до последнего вздоха, - просто ответила девочка, пряча пистолет за ремень грязных джинсов.

Она говорила несколько высокопарно, пытаясь казаться взрослее, чем была на самом деле. И все же в ней чувствовался какой-то непостижимый стержень, непоколебимая уверенность в своих пока еще довольно скромных силах; у нее был характер, была воля. И у нее был ум. Она могла постоять за себя, была смелой и отважной, Рик это понял еще в их первую встречу, но сможет ли она убить?

- Надеюсь, Ваша Светлость, Вам не придется сегодня никого убивать, и мне тоже, - закончил диалог полковник, оглядывая темные стены леса, обступившего едва различимую ночью тропу.

3

Последние отсветы заката уже давно отгорели над Фритауном. Теперь над столицей властвовала ночь, что укрыла своим бархатным пологом улицы города-сказки, города-сна… На черном небе сияли зеленые звезды, отражаясь в волнах моря Ожиданий, набегающего на песочный пляж, в надежде в час прибоя добраться до роскошных особняков, жилых домов или хотя бы до пальм, что высились на недоступной для моря береговой линии.

В храмах жрецы отслужили полуночные молитвы, совершили полуночные ритуалы. Они удалились на ночное бдение в покои храмов или же отправились дожидаться утренних молитв и ритуалов, время которых должно было настать вместе с розовым рассветом, что должен был разгореться через несколько часов на западе.

В самый глухой час ночи спали не только полуночники, засыпали ночные птицы, довольно потягивались после ночной охоты коты, уютно сворачивались в комочек в своих норках грызуны, что пережили эту ночь,