Конан и награда наемника - Ник Эндрюс

— Куда мы идем? — спросил аквилонец.

— Прямо, — спокойно отреагировал Конан.

— А если серьезно? — не успокаивался наемник.

Киммериец тронул за плечо кушита и проговорил:

— Аджа, узнай, где находится «Сердце льва». Мы остановимся на ночлег именно в этой таверне. Посмотрим, что за лачугу выбрал Сиптах!

— Но ведь там стигийцы! — вырвалось у Селены.

— Правильно, — кивнул головой северянин. — Врага лучше держать рядом с собой. Если противник на виду, то ты уже не получишь внезапный удар в спину!

— А вдруг змеепоклонники сразу нападут? — c опаской поинтересовался кушит.

— Не думаю, что их много, — ответил варвар.

Тяжело вздохнув, чернокожий наемник направился к ближайшему тлацитланцу. Вскоре тот замахал руками и начал объяснять Адже дорогу. Разговор затянулся, и мужчина, бурно жестикулируя, принялся то и дело хватать кушита за запястье. В конце концов, воину удалось вырваться.

— О чем вы так долго беседовали? — удивился Валер.

— Этого человека зовут Лумбу, — пояснил Аджа. — У него шесть дочерей. Выдать их замуж трудно, вот он и предлагает девушек на ночь.

— Всех сразу что ли? — рассмеялся аквилонец.

— Всех, — спокойно произнес кушит.

— Какой ужас! — возмущенно вымолвила волшебница. — Отец торгует собственными дочерьми. Да его повесить мало!

— Спокойнее, Селена, — улыбнулся Конан. — У каждого народа свои законы и обычаи. В Шеме, например, людей продают в рабство за долги, и никто этим не возмущается. Скажи лучше, Аджа, где «Сердце льва»?

— В противоположной части города, — проговорил чернокожий наемник. — У Полуденных ворот. По мнению Лумбу, это одно из лучших заведений Ксухотла.

Солнце коснулось пылающим краем крыш домов. Жара спала, и люди высыпали на улицу. Слух о чужестранцах мгновенно разнесся по городу. Сотни зевак отправились на поиски удивительных бледнокожих людей: всем не терпелось взглянуть на гостей.

Как странно устроен мир! В полуночных государствах Хайбории рассказывают легенды о Черных королевствах, а здесь — о далеких странах с огромными кораблями и о всадниках, закованных в стальные латы, и чаще всего отчаянному путешественнику никто не верит. Обычно в городе торговали купцы из Куша, Кешана, Пунта и Зембабве, а это народы с черной кожей. Появление в столице стигийцев, а теперь и шемитов разворошило Ксухотл. «Барсы» с трудом пробивались сквозь плотную толпу.

— Проклятье! — донесся крик Угриса. — У меня кто-то стащил кинжал!

— Смотрите за своим оружием, — мгновенно отреагировал киммериец. — Воров в городе хватает. Любой клинок здесь — огромное состояние!

В центре столицы находилось большое каменное строение. Оно было сложено из огромных, грубо обтесанных камней и возвышалось локтей на двадцать над поверхностью земли. К входу вела широкая крутая лестница. Сейчас у подножия ее стоял высокий человек в страшной разукрашенной маске, с резным деревянным посохом в руке. Из одежды на тлацитланце была только набедренная повязка. Кроме него, на ступени вставать никто не решался. По рядам местных жителей прошел испуганный шепот. Что-то грозно выкрикнув, мужчина начал подниматься по лестнице. Часть толпы тотчас покинула улицу, остальные зло смотрели вслед жрецу.

— Что он сказал? — спросила Селена.

Кушит замялся. Говорить правду наемник явно не хотел. Но грозный взгляд волшебницы ничего хорошего не предвещал.

— Жрец проклинал горожан за их глупость, — вымолвил Аджа. — Сказал, будто в людях с белой кожей скрывается зло. Он предупреждал тлацитланцев о том, что с полуночи придут враги и обратят всех в рабство.

— Вот мерзавец! — выругался Валер. — Это же ложь!

— Кто знает, — задумчиво произнес киммериец. — Быть может, жрец не так уж и далек от истины. Сколько сейчас в Хайбории невольников из Черных королевств? Тысячи! Армия Аквилонии или Турана легко завоюет эту страну.

— Сюда надо еще добраться, — возразил аквилонец.

— Верно, — согласился варвар. — Но для гирканских лошадей нет преград…

— Подумайте лучше о себе, — вставил кушит. — Чутье подсказывает мне, что находиться в городе небезопасно. У жреца наверняка много сторонников.

— Раньше утра все равно не уйдем, — спокойно отреагировал северянин. — Надо запастись продовольствием и водой. Да и чего бояться? Ксухотл всегда славился своими распрями и внутренней борьбой за власть. Половина жителей города боготворит жрецов, а остальные их ненавидят. С восходом солнца покинем столицу тлацитланцев и двинемся на восход. Будем ждать амазонок в саванне.

Речь варвара успокоила путешественников, и они неторопливо продолжили путь. Конан внимательно присмотрелся к храму. Сама верхняя постройка действительно выглядела грубоватой и примитивной, но зиккурат под ней впечатлял. Точно пригнанные блоки без единой трещины, идеально обтесанные камни, плавность линий… Без сомнения, основание здания принадлежало какому-то древнему храму. Его не смогли разрушить орды завоевателей, а тлацитланцы воспользовались наследством племен, обитавших на этой земле многие столетия назад. Такое в истории Хайбории случалось часто — например, туранцы использовали дворцы захваченных ими иранистанских городов, а немедийцы возводили свои замки на развалинах храмов Ахерона…

Между тем, отряд покинул главную площадь Ксухотла. По узкой грязной улочке шемиты шли к противоположным воротам. Валер оказался прав: таверна выглядела как стойло для лошадей где-нибудь в Кофе или Аквилонии: прямоугольная вытянутая постройка с широкими окнами, кривыми стенами и покатой соломенной крышей. Хозяева «Сердца Льва» наверняка еле-еле сводят концы с концами. Слишком мало торговцев и путешественников останавливается в столице тлацитланцев.

Как и следовало ожидать, вход в дом не имел даже двери. Дерево здесь стоит дорого, а потому местные жители ограничивались куском материи. Откинув ее в сторону, киммериец решительно вошел внутрь. Несколько чадящих факелов не могли разогнать темноту. Впрочем, глаза постепенно привыкали к полутьме.

Всюду валялись старые циновки, на стенах висели потертые дырявые ковры. Нигде не было видно скамей или столов — посетители располагались прямо на полу. Сейчас в таверне находилось не больше десятка тлацитланцев. Они о чем-то оживленно беседовали, не обращая внимания на новых гостей.

В правом дальнем углу слышались приглушенные стоны — парочка занималась любовью, ничуть не стесняясь окружающих. Тут же, виляя бедрами, прохаживались две темнокожие красотки, в надежде, что кто-нибудь обратит внимание на их пышные телеса.

Совсем иначе вела себя группа мужчин слева. Мгновенно вскочив на ноги, воины поспешно хватались за оружие. Стигийцы! Северянин насчитал шестерых. За спиной у солдат были видны обнаженные фигуры местных жриц любви. Что ж, змеепоклонники зря времени не теряли и в удовольствиях себе не отказывали…