Все двадцать семь часов! - Наталья Косухина

Раздался щелчок закрывшейся двери, затем — вопль разъяренной женщины.

Брошенная любовница Миро минут пять пинала различные склянки и все, что находилось в туалетной комнате. После чего раздались шаги и хлопнула дверь.

Макс немного повернулся и только потянулся к замку, как в туалетную комнату кто-то вошел.

— Лавиния, давай быстрее. Тебе еще нужно найти этого неуловимого Лагфорта.

Судя по звукам, Лавиния, охотящаяся на Макса, закрылась в соседней с нами кабинке. Во мне начинало просыпаться беспокойство, которое оправдалось характерными звуками того, что кишечник неизвестной «хищницы» чувствовал себя нехорошо. И все это сопровождалось неприятным запахом. Очень сильным неприятным запахом!

Я, чуть развернувшись и уже не заботясь, услышат меня или нет, обхватила Лагфорта руками и уткнулась ему в грудь, чтобы хоть как-то приглушить аромат. Макс беспокойно завозился, уткнувшись мне в голову.

А между тем ее подружка продолжала заливаться соловьем:

— Ты обязательно должна завоевать этого промышленника. Да, с Феодором Миро нам не повезло. Кто же знал, что он воспользуется твоей неопытностью в любовных делах. Но на этот раз мы будем умнее. Тем более что Лагфорт назгар. Нужно устранить как-нибудь эту надоедливую Нурир — и он весь наш. Если б не она, его бы уже давно кто-то прибрал к рукам. Поверь мне, я-то знаю.

В этот момент назгар, о котором говорила женщина, был сильно занят. В связи с участившимися неприятными звуками и запахом из соседней кабинки он, бедняга, приподняв меня рукой, вжался носом в ложбинку между моей шеей и плечом, пытаясь не дышать. Я же в ответ уткнулась носом в шею Макса, пытаясь унюхать хваленый дурманящий запах назгаров в надежде, что он сможет перебить вонь. Так, как в этот момент, мы с Максом не были близки никогда!

— Нам с тобой необходимо попасть в высшее общество, и Лагфорт — прекрасная возможность. Кто эта Нурир по сравнению с тобой? Да ты очаруешь и одурманишь этого назгара так, что он тебя никогда не забудет.

Не знаю, как Лагфорт, а я эту дуру буду помнить долго: ужасно здесь было, просто не передать словами! Меня уже скрутило рядом с Максом.

Тут дверь соседней кабинки отворилась, и послышались шаги этой Лавинии.

Ну давай уходи отсюда побыстрее.

— Но, Мари, а если он меня бросит и меня убьют?

Послышался шум льющейся воды.

— Не бойся, все будет в порядке. Ты особенная и такая милая, что он будет покорен тобой.

Я и так уже покорена! Ну давайте идите отсюда!

Только послышался звук закрывшейся двери, мы вылетели из проклятой кабинки и, ощутив более-менее свежий воздух, кинулись к стене. Видно, Макс прислушивался внимательнее меня или сильнее хотел выбраться, но спустя несколько секунд заветный проход снова появился. Кинувшись к нему как к последней надежде, мы с Максом, прижавшись к стене, закрыли каменную дверь.

— Как я рад, просто не передать словами! — прохрипел Макс.

— И не говори.

Переглянувшись, мы вспомнили, чего наслушались за эти трудные и «тесные» минуты в туалете, и целенаправленно устремились в обратную сторону.

То, что нужно, мы уже узнали, а помимо этого, даже больше чем требовалось. Теперь бы быстрее переодеться и уйти с этого ужасного приема.