На путях преисподней - Энгус Уэллс

Уинетт по-прежнему не сводила с него глаз. Против воли она понимала, что за всю жизнь не видела более красивого мужчины… кроме Кедрина.

— А где это безопасное место? — настойчиво спросила она.

— Здесь, — он небрежно взмахнул рукой, словно желая разом указать на дворик и все, что его окружало. — Нигде не может быть безопаснее. Здесь тебе действительно ничто не угрожает.

Уинетт нахмурилась. За изысканной беспечностью, с которой он играл словами, словно на придворном балу, таилась странная уклончивость, и это порождало в ней все нарастающее смятение. Она прикрыла ладонью талисман и замерла, прислушиваясь, как он подрагивает, согревая кожу.

— А, талисман Кирье, — мягко произнес Эйрик. — Без него твое спасение тоже не обошлось.

— Тоже?!

— Ну, конечно, я принял в этом некоторое участие, — он улыбнулся и с шутливым самоуничижением махнул рукой. — Мне пришлось вмешаться, иначе эта тварь могла унести тебя… совсем в другое место.

— Так тебе известно об этой твари? — То был не вопрос. — Значит, и о Кедрине тоже? Что с ним случилось?

Мгновение, которое она ждала ответа, глядя ему в лицо, растянулось в вечность. Смятение захлестнуло ее. Когда Эйрик наконец ответил, смешливые искорки уже исчезли из его глаз.

— Не знаю, — проговорил он очень просто и искренне. — Надеюсь, он жив, но утверждать наверняка не могу.

Растерянность, которую Уинетт испытала некоторое время назад, безуспешно пытаясь разгадать головоломку с окнами, вернулась стократ сильнее. Она из последних сил пыталась удержать слезы страха и досады. Ну же, твердила она себе, не теряй голову. Но после непродолжительного сопротивления битва была проиграна.

— Пожалуйста, не плачь, — ласково произнес Эйрик. — Ты в безопасности. Обещаю, я не пожалею усилий, чтобы узнать о твоем любимом. И верну вас друг другу, если в моей власти. Хотя… как я завидую ему — человеку, которого так любят.

Последние слова прозвучали чуть слышно: казалось, Эйрик стеснялся этой мысли. Но Уинетт разобрала их и ухватилась, как утопающий за соломинку:

— Ты согласен это сделать? Ты это можешь?

Эйрик смущенно пожал плечами. Сейчас он выглядел точно маленький мальчик.

— Я попытаюсь, — повторил он. — Даю слово.

Уинетт ощутила, как на нее снисходит странное успокоение. В голосе Эйрика по-прежнему звучала бесконечная искренность.

— Я в растерянности, — призналась она. — Ты не мог бы мне кое-что объяснить?

Быстрым изящным движением Эйрик взял ладонь Уинетт в свою обветренную руку — мягко, но так крепко, что она вряд ли смогла бы освободиться — и смотрел ей прямо в глаза.

— Ты должна меня простить, — его голос звучал скорее примиряюще, чем с мольбой, — я так привык к этому месту, что иногда забываю о правилах хорошего тона. Да и гости здесь бывают нечасто. Неудивительно, что ты растерялась. Кто бы на твоем месте не растерялся? Спрашивай, о чем хочешь, и я постараюсь объяснить тебе в меру своих сил.

Он выпустил ее руку и вновь поднес кубок к губам. Уинетт лихорадочно пыталась привести в порядок мысли, роящиеся у нее в мозгу.

— Тогда все-таки: куда я попала?

— В один из миров, о которых людям пока неизвестно, — ответил Эйрик. — Вряд ли я смогу выразиться яснее. Тварь несла тебя в Нижние пределы. Там бы тебе пришлось вечно блуждать вместе с другими обреченными душами. Но я решил вмешаться.

— Значит, я мертва?

— Нет! — Он покачал головой и широко улыбнулся. — Ты безусловно жива. Неужели ты не чувствуешь?

— Я… не уверена, — откликнулась Уинетт. — Я же не знаю, как должны чувствовать себя мертвые.

— Честное слово, совсем не так, — рассмеялся Эйрик. Уинетт ответила сдержанным кивком.

— А как тебе удалось… вмешаться?

— У меня есть кое-какие возможности, — сообщил он. — Ведь я принадлежу скорее этому миру, нежели тем, которые тебе известны. Например, я могу получить власть над теми, кто обитает на окраинах преисподней.

— Так значит… — ледяной ужас стремительно сгустился у нее в голове, и пальцы судорожно сжали талисман. — Ты — Ашар?

Эйрик запрокинул голову и неудержимо расхохотался. Уинетт посмотрела на него с недоумением, но страх отступил. Этот смех был слишком непритворным.

— Неужели это похоже на владения Ашара? — спросил он, немного успокоившись.

Уинетт огляделась. Лучи солнца подсвечивали нарядные розы и магнолии, играли в брызгах фонтана, рассыпались искорками в темных волосах Эйрика. Она смущенно покачала головой.

— Это действительно нелегко понять, — отголоски смеха все еще можно было уловить в его голосе. — Боюсь, моих скромных способностей не хватит, чтобы объяснить все, что здесь происходит. Думаю, будет лучше, если ты позволишь показать тебе одно место и сама его исследуешь. Тогда тебе будет проще понять остальное.

Если это и был обман, то слишком искусный. Эйрик смотрел прямо, и она не могла уловить ничего, изобличающего коварство.

— Тогда как ты сможешь узнать, что случилось с Кедрином?

— Пойми, это… необычное место. Здесь у меня особые возможности. И все они к твоим услугам. Даю тебе слово: я сделаю все возможное, чтобы узнать о Кедрине и вернуть его тебе. Хотя… — он промолчал и добавил чуть церемонно, — я бы предпочел, чтобы ты вместе со мной правила этим миром.

— Правила?!

— Ты настоящая королева среди женщин, — провозгласил Эйрик и поднял кубок, словно произнося тост. — Но… королевам тоже нужно есть. Надеюсь, теперь ты достаточно мне доверяешь, чтобы разделить со мной трапезу?

Он жестом указал на уставленный яствами стол. Уинетт нерешительно кивнула, но взяла ломтик жареного мяса и откусила. Ароматная мякоть сама таяла во рту. Эйрик уже предлагал ей другие яства. Каждое было произведением кулинарного искусства, каждое дарило наслаждение и насыщало. Эйрик наполнил ее кубок прохладным вином; пригубив, Уинетт нашла, что оно восхитительно. Напряжение незаметно отпускало ее.

— Не знаю, сколько времени все это потребует, — проговорил он, глядя, как она ест. — Ты сможешь немного подождать?

— А разве у меня есть выбор? — Уинетт вновь ощутила внутри холодок и поняла: дело не в том, что вино слишком холодное.

— Вообще-то нет, — миролюбиво откликнулся Эйрик. Он откинулся на спинку стула, и его великолепные мышцы снова туго натянули ткань рубашки. — Но законы, которые здесь правят — совсем иные, чем в твоем мире, — он заметил, как она нахмурилась, наклонился и пристально поглядел ей в глаза. — В твоем мире срок покажется для тебя долгим — здесь ты и не заметишь, как он пролетит. И наоборот. Может случиться, что Кедрин придет завтра, проведя в пути долгие годы. Но его «завтра» может настать для тебя через год. Я не могу сказать, как будет.

— А ты не сможешь вернуть меня обратно? — Уинетт попыталась говорить как можно спокойнее. Продолжая улыбаться, Эйрик покачал головой.