Патруль вызывали? - Алексей Калугин

– Для того чтобы Джи-Си был признан виновным в ереси и приговорен к столбованию, достаточно подкинуть к дверям Храма анонимное письмо, сообщающее, что тот, кто называет себя Посланником, уже был замечен в других городах и селениях Волвара, где произносил проповеди и провозглашал себя наместником Небесного Отца на земле. В письме можно припомнить и тех трех самаритян, которые пришли в Итор вместе с Джи-Си, назвав их верными учениками и последователями лже-Посланника. После такого доноса Джи-Си не отвертеться. Пока храмовики будет вершить свой суд над ним, нам предстоит связаться с Пасти и договориться о высылке транспортного зонда. Нам потребуется одежда стражников и миниатюрный антиграв-генератор, способный поднять корпус робота. Джеймс, ты сможешь быстро отключить Джи-Си?

– Без проблем, – заверил бортинженер. – Если только мне удастся подойти к нему на расстояние вытянутой руки и в этой руке у меня будет какой-нибудь металлический предмет.

Наутро на площади перед Светлым Храмом Небесного Отца, как всегда, шла торговля. Но в центре все уже было готово к предстоящей казни. Три массивных столба, установленных на невысоком помосте, были вычищены ножами до желтоватого блеска. По краям помоста стояли стражники с копьями в руках, обливаясь потом и недовольно посматривая на колготящуюся вокруг толпу из-под надвинутых на самые глаза кожаных шлемов. День обещал выдаться жарким. Приговоренным это сулило скорую смерть, а стражникам – мучительное ожидание конца экзекуции под лучами убийственного солнца. Дабы стражники не начали падать с ног прежде приговоренных, распорядитель казни отдал приказ проводить смену караула возле столбов через каждые два песнопения, звучащие в Храме.

Ближе к полудню на площади стало тесно от продолжающего прибывать народа. Бесплатных развлечений в Иторе было немного, поэтому поглазеть на очередную казнь собирались почти все, у кого на данный час не была назначена какая-нибудь важная деловая встреча. В толпе можно было увидеть как богатых торговцев, слуги которых принесли с собой небольшие раскладные стульчики, зонты, чтобы прикрывать хозяев от раскаленного полуденного солнца, и кувшины с прохладительными напитками, так и бездомных попрошаек, которые даже сейчас не прекращали своей основной деятельности, активно выпрашивая медяки у своих соседей. Ну, конечно же, шныряли среди толпы и вездесущие карманники, для которых дни не делились на праздники и будни.

После того как в Светлом Храме Небесного Отца прозвучало восьмое утреннее песнопение, на ступени собора вышли стражники, вооруженные кинжалами и копьями. Следом за ними появились трое храмовиков, одетых в просторные зеленые мантии, полностью скрывающие под собой фигуры самаритян. На голове каждого из них возвышалась сложная цилиндрическая конструкция из разноцветных полос материи и длинных нитей с нанизанными на них золотистыми и серебряными шариками. Широкие полы одежды храмовиков стелились по каменным ступеням лестницы, когда служители Храма Небесного Отца стали медленно спускаться вниз.

– Похоже, сейчас будет вынесен приговор, – негромко произнес Тротт, стоявший рядом с Мориным в плотной людской толпе.

– Отлично тебя слышу, – услышал он ответ Ку Ши, прозвучавший из аудиоклипсы.

Ку Ши на пару с Кромовым до времени находился в укрытии. И хотя располагалось оно невдалеке от площади, о том, что происходило на месте казни, они могли узнавать только из переговоров с теми, кто наблюдал это воочию.

– Как настроения в толпе? – спросил Ку Ши.

Тротт для верности глянул по сторонам.

– Да вроде как все спокойно, – ответил он. – Если не считать того, что у командира уже вытащили из кармана кошелек.

– Не страшно, – усмехнулся Ку Ши. – Деньги нам больше не понадобятся.

– Почему? – услышал Тротт возмущенный голос Кромова. – Я бы не отказался еще раз отобедать в том же заведении, что и вчера.

– Немедленно прекратить засорять эфир пустой болтовней, – раздраженно прошипел Морин.

– Можно подумать, что, кроме нас, здесь кто-то еще пользуется этим эфиром, – насмешливо фыркнул Кромов.

Храмовики спустились до середины лестницы и остановились, заняв предписанный ритуалом порядок: главный толкователь Наставлений Небесного Отца стоял на ступень ниже следовавших за ним служителей Светлого Храма. Главный толкователь вскинул левую руку вверх, и над многоголовой толпой, заполнившей площадь, повисла гробовая тишина.

Из дверей Храма в сопровождении стражников с обнаженными кинжалами вышли трое человек, руки которых были связаны за спиной в запястьях и локтях. Двое были самаритянами звероподобного вида – немытые и нечесаные, одетые в какие-то лохмотья, едва держащиеся на их крепких мускулистых телах, – бросающие по сторонам злобные взгляды из-под широких бровей. Не требовалось проявлять глубокую проницательность, чтобы догадаться, что они приходятся друг другу братьями. Третьим был Джи-Си. Выйдя на солнечный свет, он чуть прищурился и добродушно улыбнулся.

– Вот же идиот, – процедил сквозь стиснутые зубы Морин. – Он что, не понимает, что его собираются убить?

– Что там у вас? – прозвучал над ухом командира голос Кромова.

– Ничего, – ответил Морин. – Осужденных вывели из Храма. А Джи-Си лыбится так, словно ему собираются вручить почетный знак «Коммивояжер года».

– Граждане великого Волвара! – отчетливо и громко провозгласил главный толкователь Наставлений Небесного Отца. – Трибунал Светлого Храма Небесного Отца рассмотрел дела троих преступников, совершивших злодеяния на территории государства Волвар, и вынес по ним свои вердикты, которые теперь должны быть утверждены вами!

– Ого! – удивленно вскинул брови Тротт. – Да здесь у них подлинная демократия!

– Не более чем иллюзия, – ответил ему голос Ку Ши. – Толпой легко манипулировать.

– Вам всем уже известны мерзкие душегубы Фатлах и Ташрик, в течение десяти декад наводившие ужас на окрестности Итора, – продолжал между тем главный толкователь Наставлений Небесного Отца. – Проникая в дома, они вырезали семьи, не щадя ни детей, ни стариков. При этом они не брали ни денег, ни ценностей. Только то, что попадалось под руку, – еду и кое-какую одежду. Им была нужна лишь кровь. Поэтому трибунал Светлого Храма Небесного Отца единогласно приговорил душегубов Фатлаха и Ташрика к столбованию. Утверждаете ли вы этот приговор, граждане Волвара?

Толпа на площади была единодушна в своем решении:

– Столбовать!.. Столбовать мерзавцев!..

Выждав пару минут, храмовик поднял руки и скрестил их над головой.

– Я принимаю вашу волю, граждане Волвара, – произнес он, когда на площади снова установилась тишина. – Душегубы Фатлах и Ташрик будут сегодня же казнены.

Толпа одобрительно загудела.

– Третий преступник приговорен трибуналом Светлого Храма Небесного Отца к столбованию по обвинению в ереси и святотатстве, – продолжил свою речь главный толкователь Наставлений Небесного Отца. – Он называет себя Джи-Си и утверждает, что является Посланником Небесного Отца. – Губы храмовика перекосила язвительная усмешка. – Поскольку в Наставлениях, оставленных нам Небесным Отцом, не содержится ни единого упоминания о существовании неких Посланников, которые могут говорить и действовать от его имени, всякий, кто выдает себя за провозвестника воли Небесного Отца, совершает тем самым тяжкий грех. Поэтому, учитывая то, что названный Джи-Си, по его же собственному признанию, уже не первый год занимается распространением еретического учения о Посланниках Небесного Отца, выдавая себя при этом за одного из них, трибунал Светлого Храма Небесного Отца приговорил его к столбованию. Однако, проявляя милость, трибунал постановил, что экзекуция может быть прекращена, как только приговоренный Джи-Си признает свои заблуждения. Утверждаете ли вы этот приговор, граждане Волвара?