Арифмоман. Червоточина - Александр Рудазов

Эйхгорн недоверчиво моргнул. Монах понял слово «анестезия». Более того – он в курсе, что она бывает местная.

А потом брат Рокабриан раскрыл свой ранец, и глаза Эйхгорна полезли на лоб. Там лежали десятки разноцветных пузырьков и кулечков с порошками, но кроме того – там был полный хирургический набор! Тончайшие скальпели, ланцеты, иглы, пинцеты, зеркальца, пила, молоточек, долото, кусачки, плоскогубцы, расширители, отвертки…

Монах совершил странное движение – словно бы перекрестился, только лба коснулся дважды, в области бровей. Прошептав несколько слов, он извлек нож и нечто вроде шприца без иглы. Молниеносное движение – и нож рассекает Эйхгорну мышцу на бедре. В следующий миг брат Рокабриан вставил туда этот странный «шприц» и капнул какого-то раствора из пузырька.

После этого он просто уселся напротив и принялся выжидать, продолжая что-то бормотать. Эйхгорн полагал, что монах молится, но прислушавшись, обнаружил, что тот просто размеренно считает.

Досчитав до тридцати, монах встал и надавил Эйхгорну на живот.

– Чувствуете что-нибудь? – спросил он.

– Нет… – растерянно ответил Эйхгорн.

Он и в самом деле ничего не чувствовал. Боль исчезла полностью – вместе со всеми прочими ощущениями. Низ живота и верхнюю часть ног словно заморозили.

Монах кивнул, поставил рядом с собой ранец, смазал чем-то живот Эйхгорна и сделал первый надрез.

Выглядело это… невероятно. Худые руки мелькали с умопомрачительной быстротой, хватая то одно лезвие, то другое, рассекая, перетягивая и зажимая окровавленные кусочки. Инструменты так и порхали в тонких пальцах, скальпель вибрировал, точно живой.

На лице монаха ничего не отражалось. Полностью отрешенное, оно выглядело гипсовой маской. Молча и сосредоточенно он резал Эйхгорна, и тот видел это, понимал – но ничего не чувствовал.

Действительно, прекрасная анестезия.

Вот пинцет извлек наружу окровавленный отросток. Аппендикс. Эйхгорн смотрел на него затуманенным взглядом – и не верил.

Брат Рокабриан же прижал к разрезу гладкий темно-красный камень и попросил Эйхгорна:

– Подержите так, мэтр.

– Что это… за камень?..

– Эстетль. Его еще называют кровяным камнем.

– И что он… делает?

– Останавливает кровотечение.

Кровило действительно уже меньше. Монах вооружился иглой-крючком и произнес:

– Именем божьим, зашиваем разрез.

Через пару минут брат Рокабриан уже снова мыл руки, а Эйхгорн лежал на кровати, озадаченно глядя на живот. Онемение еще не прошло, но какие-то ощущения уже появились. Снова понемногу начинало побаливать, но теперь это была совсем другая боль. От операции, а не от воспаленного аппендикса.

– Швы можно будет снять через десять дней, – произнес монах, ставя на стол баночку с мазью. – Просто разрежьте нитки тонким стерильным лезвием, аккуратно вытяните и перебинтуйте – полагаю, с этим вы легко справитесь и сами, мэтр. Чтобы не было заражения, дважды в день смазывайте вот этим. Если будет сильно болеть, глотните отвара из мандрагоровых яблок – но не больше одного глотка за раз. В больших дозах он смертелен. Пищу первые три дня употребляйте только жидкую, потом можете переходить на кашу, яйца и рубленое мясо. Только много не ешьте, блюдите диету. Вставать можно с завтрашнего дня. Не поднимайте тяжелого, не пейте вина, не курите, не познавайте женщин. Я пробуду в этом городе еще шесть дней – если возникнут осложнения, посылайте за мной пажа.

– Спасибо вам… святой отец… – с трудом выговорил Эйхгорн. – Сколько я вам должен?..

– Это мой священный долг, мэтр, – покачал головой брат Рокабриан. – Да хранит вас Бог Исцеляющий.

Чуть позже, лежа в постели и прихлебывая бульон из брабулякра, Эйхгорн спросил у Еонека:

– Что это был за монах, где ты его нашел?

– Просто какой-то чернец из ордена Подорожника, – пожал плечами паж. – Кто-нибудь из них все время околачивается в городе.

– Так их таких что, много?..

– Конечно, мэтр. Целый орден. Говорят, у них даже собственная страна есть на каком-то острове.

– И все умеют… лечить?

– Ну а как же, мэтр? – удивился Еонек. – Они же служат Медеору, Богу Исцеляющему. Если вас не смогут вылечить в ордене Подорожника – вас не смогут вылечить нигде.

– И они лечат бесплатно?

– Конечно, бесплатно. Им так их бог велит. Но если хотите, вы можете сделать их ордену пожертвование. Многие делают.

Эйхгорн откинулся на подушку и издал слабый смешок. Дрожащей рукой он поднес к губам диктофон и сделал аудиозаметку:

– Информация к размышлению – монахи бывают полезными. Кто бы знал…