Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

(Из воспоминаний Игоря Логинова)

Екатеринбург, 16 мая 2008 г.

Со времени расставания с Вероникой прошло уже месяца два, так что рана вполне зарубцевалась. Может, она была не слишком глубокой, но столь быстрое выздоровление я отношу на счет своих возросших способностей к Э-магии. Помимо всего прочего, разрыв с Никой навел меня на мысль, что теперь я должен пересмотреть свое отношение к так называемым «легким романам». В связи с тем, что сдерживать свою эмоциональную энергию во время секса — задача для меня пока что невыполнимая, придется интимные отношения с женщинами включить в список «сильные ограничения». Не могу сказать, что ситуация здорово меня огорчила, но безусловно не обрадовала. Не впасть в уныние по этому поводу помогало то, что уже самой своей природой (точнее, природой своей Силы) Э-маг обречен на позитивное мышление, если, конечно, он хочет жить. Умение не зацикливаться на плохом и во всем искать положительную сторону становится жизненно необходимым. Оно, кстати, и всем остальным тоже бы не повредило. Вообще мир таков, каким мы его воспринимаем. Пессимисты, циники, мизантропы и склонные к депрессиям невротики живут в собственноручно созданном аду. Так стоит ли брать с них пример?

Лично я практически до автоматизма довел умение мгновенно сбрасывать любой появляющийся негатив в свой резервуар. Да и позитив тоже — кто знает, когда что пригодится?

Наш с Тихоновым бизнес постепенно пошел в гору. Благодаря накапливанию положительных эмоций, которое я практикую с самого начала нашего партнерства, моя Сила осечек пока не давала, и все пациенты уходили исцеленными. А спустя какое-то время к нам обращались их родственники и друзья. Если в первый месяц у нас было, в лучшем случае, по одному клиенту в неделю, то теперь работать приходилось с пятницы по воскресенье с утра до вечера. Мы с Мишкой здорово поправили свои финансовые дела, но опасения мои постепенно нарастали. Столь быстрое расширение клиентской базы было чревато тем, что рано или поздно о нас могли прослышать те, кому этого совсем не следовало бы. А таких набиралось немало: налоговая, милиция, пресса, да и теневые хозяева жизни. Для отвода глаз я работал на дому для одного нотариуса (оформлял документы), а Тихонов занимался рассылкой спама по Интернету. Кроме того, я почти сразу сменил квартиру и теперь вместо двухкомнатной стал снимать однокомнатную. Это было разумное решение, с какой стороны ни посмотри: и расходов меньше, и ни у кого не возникнет ощущения, что я живу не по средствам. Криминалитет нас тоже пока не беспокоил, но мысль о том, что наша лафа продлится недолго, меня посещала все чаще. Может, Мишка и считал так же, но виду не подавал.

Тем не менее до сих пор все шло (тьфу-тьфу-тьфу!) нормально, и, если не считать моих смутных опасений, ничто не предвещало беды. А она пришла, как всегда, откуда не ждали.

Проснулся я в ночь с субботы на воскресенье в семь утра совершенно разбитым. По медицинской шкале мое самочувствие тянуло на «тяжелое», на грани перехода в «очень тяжелое». Последний раз я испытывал подобное еще в «БШК», когда напугал Мишку своим внезапным приступом. Мое теперешнее состояние в принципе по симптомам было схоже с тем случаем: те же слабость, тошнота, головная боль, затрудненное дыхание. Вот только сила ощущений на сей раз превосходила прежнюю чуть ли не в разы. Как будто меня накрыло жуткое похмелье, круто перемешанное с чем-то еще более поганым. Я попытался окатить себя с головы до ног положительной волной, однако ощутимого эффекта это не дало.

И вот тут я испугался. Обладание Э-магией дало мне чувство неуязвимости, к которому я уже привык. Мне не приходило в голову, что есть ситуации, с которыми я не смогу справиться. Этакий подмастерье, возомнивший себя мастером и сейчас за это получивший щелчок по носу. Я не знал, что происходит и как этому противостоять. Мой недуг не был обычной болезнью — с нею бы Э-магия совладала. Значит, это либо враждебное воздействие кого-то более сильного, чем я (об этом мне даже думать не хотелось), либо некий побочный эффект моей собственной Силы.

Первый вариант почти не оставлял мне надежд на спасение, а вот второй осмыслить стоило уже хотя бы потому, что тут был шанс придумать средство для исцеления. Итак, я принялся напряженно думать, хотя мое состояние для этого мало подходило. В чем дело? Неужели опять недовольство собой так нехорошо аукнулось мне? Да нет вроде. К тому же в подобных случаях направленная на себя положительная волна всегда помогала. Нет, тут что-то другое.

Блин, как же плохо! Жар поднялся недетский. Лоб горел так, что специально смоченный носовой платок на нем моментально высыхал: наверняка не ниже тридцати девяти. И мысли такие тяжелые и неповоротливые, словно к каждой из них пудовая гиря приделана. К тому же ни за одну толком зацепиться не получается — сознание уже готово отказать. Нет, только не это! Собраться и думать, думать, думать! Искать спасение, потому что в противном случае я тут в течение часа ноги протяну. Но чувство обреченности, словно медленный яд, принялось разъедать меня изнутри, отнимая последние силы и помогая странному недугу окончательно меня одолеть.