Умри ради меня - Эми Плам

— Но почему ты? Я хочу сказать, почему именно ты? Наверняка ведь те, кто постоянно спасает жизни — ну, пожарные, или полицейские, или солдаты, — не просыпаются три дня спустя?

Винсент пожал плечами:

— Мы и сами до сих пор не понимаем, почему некоторые люди предрасположены к тому, чтобы превратиться в ревенантов. Жан-Батист думает, что это связано с генетикой. А Гаспар уверен, что это просто судьба, что кто-то из людей оказался избранным. Но доказательств этим точкам зрения нет.

Я пыталась понять, что сотворило Винсента и ему подобных: магия или природа? Вот только в моем уме эти две причины почему-то не разделялись, в особенности теперь, когда все естественные законы, которым меня учили, оказались перевернутыми вверх дном.

Винсент придвинул к дивану низкий столик и налил мне стакан воды. Я с благодарностью приняла его и сделала несколько глотков, наблюдая за тем, как Винсент снова занимается камином, подбрасывая в него поленья.

Потом он сел на пол напротив меня. Диванчик был достаточно низким, а Винсент достаточно высоким, чтобы его глаза оказались почти на одном уровне с моими, когда он продолжил рассказ, тщательно взвешивая каждое слово.

— Видишь ли, Кэти, я пытался разобраться, как все это работает. Я тебе говорил, что однажды дожил до двадцати трех лет. Я пять лет сопротивлялся потребности умереть. Меня тогда попросил об этом Жан-Батист, чтобы я дожил до того возраста, когда смог бы распоряжаться семейными бумагами. Это было трудно, но я выдержал. Жан-Батист дал мне это задание, потому что знал: я сильнее других. И к тому времени я уже долго наблюдал за тем, как сам он сопротивляется своим порывам. И потому знал, что это возможно. Та женщина, с которой ты меня видела на днях. В «Ла Палет»…

В глазах Винсента вспыхнула боль:

— Да, Женевьева. Юл мне объяснил, что вы просто друзья.

— Я надеялся, что ты ему поверишь. Я понимаю, что это должно было выглядеть… компрометирующе. Но я тогда попросил Женевьеву встретиться со мной, чтобы расспросить о ее собственном положении. Она замужем. За человеком.

Я разинула рот.

— Но… как же…

— В первый раз она умерла примерно в то же время, что и я. И незадолго до того вышла замуж. Ее муж остался в живых. И когда она очнулась, она вернулась к нему и с тех пор живет с ним.

— Но ему должно быть…

— Да, ему за восемьдесят, — закончил мою мысль Винсент.

Я попыталась представить себе прекрасную блондинку рядом с мужчиной, который годился ей в прапрадеды… Нет, такую жизнь я вообразить не могла.

— Они до сих пор безумно любят друг друга, но их жизнь не была легкой, — продолжил Винсент. — Она не могла сопротивляться потребности умереть, однако муж поддерживал ее, говоря, что это судьба и что она справится. Он всегда гордился ею, а она — им. Но ведь скоро придет его очередь умереть, и она останется одна. В общем, все это — вопрос выбора, но я не могу просить кого бы то ни было решать в мою пользу…

Винсент взял меня за руки. Ладони у него были теплыми и сильными, а от его прикосновения по всему моему телу пробежала радостная волна, осевшая в сердце.

— Кэти, — сказал он, — я могу оставить тебя в покое, держаться как можно дальше. Да, это будет жалкое существование, но я справлюсь, если буду знать, что ты счастлива. Но если ты хочешь быть со мной, я могу предложить вот такое решение: я стану сопротивляться смерти до тех пор, пока мы вместе. Я уже говорил с Жан-Батистом, и мы придумали, как мне с этим справиться. Я не хочу, чтобы ты то и дело переживала потрясение, видя мою смерть. Я ничего не могу поделать с тем, что на три дня каждый месяц ты будешь оставаться одна. Но остальное я могу контролировать. И буду. Если ты решишь дать мне шанс…